В тени восьмиконечного креста. Мальтийский орден и его связи с Россией - Петр Стегний

море во время Русско-турецкой войны 1787–1791 гг. В том же ряду — корреспонденция российского посланника в Неаполе А. Я. Италин-ского, непосредственно вовлеченного в контакты с Англией по мальтийским делам в 1798–1801 гг.

Значительное увеличение объема и более чем троекратное расширение научно-справочного аппарата потребовали изменения структуры книги. В отличие от первого издания освещаемые сюжеты разделены на пять глав, посвященных различным этапам дипломатических отношений России с Мальтийским орденом «от Петра до Павла» — т. е. с конца XVII в. до начала XIX. За эти хронологические рамки выходят только первая («Под знаком благочестия и послушания») и пятая («Постскриптум») главы, в которых сжато излагаются история Мальтийского ордена до появления на острове первых российских представителей Б. П. Шереметева и П. А. Толстого и основные вехи деятельности Ордена после прекращения его присутствия в России в эпоху Александра I.

Разумеется, изменение структуры книги, ее насыщение архивными первоисточниками ставили перед автором и вопрос о некоторой жанровой эклектике, характерной для первого издания. В конечном итоге, однако, и третье издание сохраняет черты «нарративной истории». Результаты исследования излагаются в форме живого рассказа о людях и событиях славного и трагического «осьмнадцатого века». Сохранены авторские отступления в жанре путевых заметок, впечатлений от знакомства с историей и культурой Мальты, рассказа о перипетиях «копания в архивах», порой — через 20 лет — оборачивающихся долгожданными находками.

С искренней признательностью автор благодарит всех тех, без чьей помощи эта книга не могла бы выйти в свет: руководителя Росархива А. Н. Артизова, директора и сотрудников АВПРИ — мидовского архива на Серпуховке — И. В. Попову, О. В. Волкову и Ю. Басенко, заместителя директора РГАДА Ю. М. Эскина. Спасибо главному редактору журнала «Родина» Ю. А. Борисенку, опубликовавшему отрывок из этой книги в своем журнале.

Но особо хочется сказать о бесценном дружеском внимании, с которым следил за написанием этой книги генеральный директор издательства «Международные отношения» Борис Петрович Лихачев. Рукопись, которая должна была выйти в его издательстве, лежала перед ним в Центральной клинической больнице за день до операции на сердце, которую ему не суждено было пережить. Я сам принес ее ему, зная, что только любимая работа, которую он, великий издатель, энциклопедист, один из последних романтиков уходящей книжной эпохи, делал с таким блеском, могла отвлечь его перед предстоявшей тяжелой операцией. Вдова Бориса Петровича Нина Тихоновна передала мне рукопись, на первых страницах которой остались его редакторские пометы, сделанные, как всегда, остро заточенным простым карандашом.

ВМЕСТО ВСТУПЛЕНИЯ (предисловие к первому изданию)

Впервые мне довелось увидеть Мальту в июле 1986 г., когда «Боинг» с восьмиконечным мальтийским крестом на фюзеляже пошел на посадку в аэропорту Лука. В лучах заходящего солнца Мальта похожа на бирюзового жука-скарабея, застывшего на золотистой глади Средиземноморья. Крутые скалистые берега сковывают кажущиеся неподвижными мраморные прожилки прибоя.

С высоты остров выглядит до странного маленьким. Садимся как на палубу авианосца. Короткие формальности в таможне и иммиграционной службе — и наш автомобиль, шелестя шинами на крутых поворотах, мчится по серпантину шоссе, вырубленного в известковых скалах. На Мальту опускаются влажные средиземноморские сумерки. Мощный свет галогеновых фонарей отражается в лоснящемся, не по-нашему гладком асфальте. Левостороннее движение напоминает о том, что в течение более полутора веков, вплоть до сентябрьского дня 1964 г., когда в небе Валетты впервые взвился бело-красный флаг независимой Мальты, порядки здесь определяли англичане.

От аэропорта до Валетты — шесть километров пути, проходящего по местам городской застройки. Столица Мальты давно уже практически срослась с несколькими городками, вытянувшимися от знаменитой Большой гавани до бухты Сент-Джордж. Три «города рыцарей» — Калькара, Витториозо и Сенглеа, — стоящие на противоположном берегу Большой гавани, входят в зону торгового порта. Многочисленные приезжие предпочитают останавливаться в гостиницах и пансионатах Слимы — центра туристической индустрии Мальты — или в новостройках Сент-Джулиана и Пачевиля. Те же, кого, как и нас, интересует история Мальтийского ордена, манит рыцарская романтика, предпочитают Валетту.

Минуем Хамрун, небольшой уютный городок с аккуратными виллами, будто перенесенными сюда с Британских островов, и вливаемся в поток автомашин на широкой, застроенной многоэтажными зданиями улице Санта Анна. Мы — во Флориане, бывшей некогда предместьем столицы. Слева проплывает, поворачиваясь, массивный корпус гостиницы «Финикия», где в 1942 г. союзники разрабатывали планы захвата Сицилии. За старинным фонтаном, разбитым в середине площади, — Порто Регале, главные ворота Валетты, к которым со стороны Флорианы ведет мост, перекинутый через глубокий, поросший густым кустарником ров. За ним поднимаются мощные, укрепленные контрфорсами стены и бастионы Валетты.

Оставив вещи в номере скромной гостиницы «Осборн», выходим на прогулку.

Валетта — цитадель знаменитого Мальтийского ордена — покоряет мгновенно. Ее особое, ни с чем не сравнимое обаяние чувствуешь с первых шагов по немноголюдным в вечерний час улицам. Расстояния здесь невелики. От городских ворот до форта Сент-Эльмо, стоящего на крутом скалистом берегу у входа в Большую гавань, минут 40 ходьбы. У строгой четырехгранной колокольни шотландского собора Сент-Эндрю сворачиваем в узкую улочку, круто сбегающую вниз, к набережной Мерсамкшетт. Минуем старинное здание со стрельчатыми готическими окнами. Когда-то Вальтер Скотт работал здесь над своим последним романом из жизни рыцарей-госпитальеров[1]. Рядом скульптурная группа: рыцарь в супервесте[2] благочестиво преклонил колено перед девой Марией с младенцем Христом на руках.

Глухой удар пушки, за которым, детонируя и рассыпаясь далеким эхом, следуют другие, застает нас у гранитного парапета набережной. На ней, несмотря на поздний час, полно гуляющих. Небо над островом расцвечивается огнями бесчисленных фейерверков, отражающихся в маслянисто-черной воде. К бурному удовольствию публики пушки бьют, не переставая. Воздух вздрагивает, как при артобстреле. У первого повстречавшегося прохожего выясняем, что фейерверк устроен по случаю отмечавшегося в тот день религиозного праздника. Мальтийцы — ревностные католики. На острове 57 церковных приходов, и крестные ходы — с выносом хоругвей, богато убранных фигурок святых, патронирующих местную церковь, — приходятся чуть ли не на каждое воскресенье. Расходы на народные гулянья и фейерверки — и немалые — оплачиваются Ватиканом.

По крутым ступеням лестницы, поднимающейся к увенчанному массивным куполом католическому собору, возвращаемся в центр города. Не торопясь шагаем по улице Республики. Центральная магистраль мальтийской столицы прямым лучом пересекает полуостров Шеберрас, на котором стоит Валетта. Тесно прижавшись друг к другу, замерли бесчисленные туристические магазины с опущенными на ночь металлическими шторами. Чугунные пушки охраняют кафедральный собор Св. Иоанна. Памятник королеве Виктории перед зданием Национальной библиотеки поблескивает старинной бронзой в свете ночных фонарей. Двое полицейских в черной форме тихо переговариваются в арке бывшего Дворца великих магистров, где ныне размещаются парламент и канцелярия