Князь Андер Арес 9 - Тимофей Грехов

подстриженные кусты превратились в обгоревшие остовы, а декоративные плиты дорожек стояли дыбом, словно чешуя гигантского зверя.

А в центре этого хаоса, на высоте тридцати метров, я увидел Стефана. Он завис в воздухе, окруженный вихрем искрящегося электричества. Гром нанес удар, связка из трех ослепительных молний, бьющих в одну точку, и следом боковой выпад своим клинком. Вестница смерти встретила атаку на скрещенные мечи, и звук столкновения их сил был похож на падение горы. Они оба рухнули на землю, подняв столб пыли и каменной крошки.

Я приземлился на остатки фонтана. Тварь вцепилась в Грома, а он в неё, они катались по вывернутому дерну, как два уличных бойца, только каждый их тычок мог испарить небольшой квартал. Ударившись о стену учебного корпуса, они отскочили друг от друга.

Я заметил, что левый рукав у князя оторван вместе с куском кожи, обнажая красное мясо и пульсирующие вены.

— Исцеление! — я не глядя бросил в него структурированный поток магии крови. — Живой?

— Бывало и лучше, — Стефан коротко кивнул, сплевывая пыль, перемешанную с кровью. — Она быстра, Андер, и очень резкая.

Я не стал отвечать. Взмах руки, и метапосох в моих пальцах послушно перетек в форму массивной боевой косы. Лезвие из черного металла полыхнуло алыми рунами. Я бросился на вестницу смерти, используя чары ускорения.

Мы сошлись в серии ударов. Моя коса свистела, описывая невозможные дуги. Для твари стало явной неожиданностью то, что я могу удлинять руки прямо в процессе замаха. После прямолинейного и мощного Стефана я оказался для нее крайне неудобным противником. Я бил под углом, менял длину древка, пытался подсечь её ноги, но вестница двигалась очень быстро. Она просто перетекала из одной позиции в другую, и мне не удавалось нанести ей даже царапины.

Чем-то её стиль двигаться напоминал тот, которому я учил гвардейцев и отрабатывал сам.

— Какого хрена ты здесь забыла⁈ — проорал я, когда мы на миг разорвали дистанцию. — Ты же подписала себе смертей приговор, ибо мы тебя отсюда не отпустим?

Вестница оскалилась. Она раздвинула губы, обнажая ряды острых, как иглы, зубов.

— Вы пееер-вые на-па-ли, — прошипела она и ткнула длинным пальцем сначала в меня, потом в сторону Стефана. — Ты и ты… Я уверрр-ена, что это ваш никч-ёёём-ный ко-рооооль при-ка-зал вам сде-лать это. Я знаю… я убьююю вас за уничтожение моих близкиииих. Смерть за смеееерть.

— Что ты, мать твою, несешь⁈ — я искренне не понимал, каких таких «близких» мы могли уничтожить. — У тебя что, бабушку-личинку в Пустоши кто-то обидел?

— Не обращай внимания, Андер, — Стефан встал справа от меня, перехватывая клинок поудобнее. — Она сумасшедшая. Я пытался с ней говорить, там в голове только шум и жажда крови.

Тварь не дала нам договорить. Она атаковала первой. Её ладони вспыхнули угольно-черным пламенем, и в нашу сторону рванула волна некроэнергии, от которой трава под ногами мгновенно превратилась в пепел.

— Вместе! — крикнул я.

Мы со Стефаном одновременно выставили щиты. Мой алый барьер и его искрящаяся стена молний сплелись в единый купол. Удар некромантии был такой силы, что нас протащило по земле на пару метров назад, оставляя в плитке глубокие борозды.

— Теперь мы! — Стефан взревел, выпуская каскад молний.

Я не отставал. Почти тысяча кровавых игл со свистом устремилась в вестницу. Она закрутилась волчком, отбивая атаки своими клинками с такой скоростью, что вокруг неё образовалась серая сфера.

Гром снова слился с электрическим потоком, сокращая дистанцию в один миг. Я активировал чары ускорения, стремясь оказаться у неё за спиной, но чуть опоздал. Стефан уже успел обменяться с ней серией из трех ударов, и воздух вокруг них просто вскипел от избытка энергии.

Заметив моё приближение, в естница даже не повернула головы. Из её спины выстрелили три копья чистой тьмы прямо мне в грудь. Я успел среагировать, выставив диагональный магический щит под острым углом. Копья скользнули по плоскости и с воем улетели в сторону внешней стены Академии, прошивая полутораметровый камень, как лист бумаги.

— Твою же… — пробормотал я, видя аккуратные дыры в стене. — Понял. Больше никаких рикошетов в сторону города. Только в землю или в небо.

Я нырнул под её длинную руку, метя лезвием косы в сочленение доспеха на боку. Она подпрыгнула на три метра вверх, пытаясь на обратном движении отсечь мне ногу. Металл звякнул о металл, Стефан вовремя подставил свой клинок, принимая удар на себя. В ту же секунду я ударил сверху, заставляя тварь согнуться.

— Гром, держи её! — заорал я. И Стефан ударил пространственным сжатием. Его молнии не просто били, они свивались в кольца, пытаясь сдавить вестницу, словно невидимые тиски. Тварь издала такой рев, что у соседнего корпуса лопнули последние уцелевшие стекла.

В этот момент она выхватила что-то из складок своего тряпья и бросила под ноги. Я почувствовал всплеск нестабильной энергии слишком поздно.

— Назад! — успел крикнуть я.

Взрыв был не огненным, а каким-то… вакуумным. Нас просто раскидало в разные стороны. Стефан, принявший основной удар, кубарем покатился по двору и с треском врезался спиной в вековой дуб в пятидесяти метрах от меня. Он был жив, в отличие от дерева, что захрустело и начало заваливаться.

Вестница не стала тратить время на Грома и бросилась на меня, двигаясь рывками, словно в кадрах старой пленки.

Мы сцепились в безумном танце. Я не видел ничего, кроме её горящих фиолетовым огнем глазниц. Кровавые иглы, огненный лезвия… огненные стены, возникающие прямо между нами, я использовал всё, до чего мог дотянуться мой разум. Я ловил её клинки на древко косы, отбивал магией, контратаковал в миллиметрах от её костлявого лица.

Наконец Стефан, пошатываясь и отряхивая щепки с плеч, начал возвращаться в бой.

Вдруг я почувствовал, что рядом с нами материализуются люди. И это было невероятно, потому как пространство было закрыто чарами помех.

Когда показались Милена, Андуйский и Крас я был конечно же рад. Вот только у меня возник вопрос.

— «А что… я мордой не вышел, что мне не дали частоты, на которых можно обойти столичные чары помех?»

Посмотрев на Гром, я понял, что он тоже удивлён тем способом, которым появилось подкрепление, и мне стало немного приятнее, что не я один такой.

— «ХАХ! Зависть наше ВСЁ».

Вслух же я сказал другое.

— Ну, наконец-то! — искренне выдохнул я. — Чего замерли? Подключайтесь,