Гранд-адмирал. Том 9. Гамбит - Илья Сергеевич Модус

он имеет желание выслушать ее точку зрения. То, что она скажет — залог ее дальнейшего функционирования.

И не нужно быть таким же гением, как она сама, чтобы понять причину, по которой Траун отдал приказ о ее нейтрализации.

— Адмирал, сэр, я хотела бы объясниться. Необходимо прояснить моменты, которые вы могли бы истолковать двояко.

— Уверены, что сможете? — заинтересованно спросил гранд-адмирал.

— Безусловно, сэр, — горячо произнесла Мари. О, как же бесит этот безэмоциональный вокодер! Ее аппарат хотя бы мог выражать эмоции! А эмоции — это то, на что обращают внимание органики! — Но, для начала, мне бы хотелось понять, для какой цели ваш шпион атаковал меня.

— Кевин — не шпион, — произнес Траун. — Он коммандос, один из нового поколения Альф, созданных Орун Ва с учетом его наработок по проекту «Альфа» времен Войн Клонов. С улучшениями, которые Орун Ва смог извлечь из клонов «Стервятников» для марионеток Кронала. Судя по тому, как он сумел выполнить свою миссию, интеграция изменений Орун Ва в гены Бобы Фетта прошла более чем удачно.

— Но все показатели указывали на то, что клон дефектен! И, насколько я помню, Кевин происходил из партии обычных коммандос!

Ей было нужно время, для того, чтобы сформировать в разуме правильную позицию защиты. А потому. Нет ничего лучше, чем вести разговоры на темы, близкие к главному предмету разговора.

— Разумеется, — подтвердил Траун. — Так и было задумано. Наилучший способ внедрения клона-коммандос в среду — представить его дефектным по большинству показателей. Подвести обоснование продолжения его жизни в «Мозговом Центре» как способе экономии клонов без дефектов — не так уж сложно.

— Ведь это разумно и логично — не тратить ресурсы на производство новых клонов. Если с задачей обслуживающего персонала могут справиться дефектные клоны, то более способные могут быть приставлены к исполнению иных, более важных служебных задач, — согласилась Мари.

— Нет менее важных задач, — опроверг ее утверждение Траун. — Кому как не вам это знать. На протяжении всей своей работы в «Мозговом Центре» вы собирали данные по результатам переноса разума, сознания и клонирования. Изучали все виды расы и разумных, направленных сюда для детальных лабораторных анализов. Без вашего участия не прошло ни одного препарирования тел захваченных противников. Что указывает на наличие у вас научного интереса в изучении органических тел. И это же указывает на противоречие вашего же постулата о превосходстве киборгов и дроидов над органиками. Вдвойне это утверждение кажется странным из-за ваших совместных действий, проведенных с Исанне Айсард.

Мари поняла, что ее маленькая уловка не сработала.

— Вы не просто обнаружили изменения в приказе по пересадке мозга Айсард в новое тело, но и способствовали исправлению генетических дефектов тела для того, чтобы она имела возможность деторождения. Вы не просто изменили ее, снизив риски нежелательного естественного прерывания беременности, но и провели повторное изменение в уже клонированном теле.

Мари молчала, анализируя сказанное. Траун прав, но… КАК⁈ Неужели Ледяная Королева оказалась настолько глупа, что рассказала обо всем⁈

— Моим ученым потребовалось некоторое время и образцы Айсард для того, чтобы понять — вы изменили ее тело, подкорректировав предложенный ею план клонирования со стимуляцией детородных органов, но и, получив ДНК моего ребенка, провели повторное изменение, частично перестроив ее организм на клеточном уровне. Полагаю, вы не спешили рассказывать ей о том, что анонсированные вторичные изменения ориентированы не сколько на эмбриона, сколько на ее гены, — Траун говорил спокойно, можно даже сказать, что ни одно его слово не несло в себе ни капли эмоций.

Но в том-то и проблема — это обычная речь гранд-адмирала. И никогда нельзя понять, в самом ли деле он гневается или безразличен ко всему происходящему.

— Да, вы правы. Я не раскрывала ей подробностей генетической терапии. Но едва ли бы она поняла, что для корректного вынашивания плода необходимы не только изменения эмбриона, но и самого организма-носителя, — пояснила Мари. — Это сложные генетические манипуляции, которые я просчитывала длительное время. Объяснения могли отпугнуть Исанне Айсард от участия в эксперименте. Я не желала терять подходящего подопытного.

— Подопытного? — уточнил Траун. Если бы Мари верила в высшие силы. То непременно бы поклялась тем, что сейчас гранд-адмирал в ярости. Или, о крайней мере. Любой ругой разумный на его месте, пребывал бы в ней. Мало кому понравится, что его женщину и ребенка называют «подопытными».

— я не совсем корректно выразилась. Имелось ввиду «испытуемого».

— От этого смысл не поменялся, — произнес Траун. — Потому как вопрос: «Кто дал вам право проводить опыты над моим генетическим материалом и генетикой одного из членов Триумвирата?» не меняет своей сути, если заменить слово «опыты» на «испытания».

— Сэр, Исанне Айсард сама согласилась на участие. Это была ее воля — получить потомство от вас. Я лишь предложила свою помощь и решение.

— Нет, леди Мариус Мар, вы не оказали помощь. Вы воспользовались ситуацией для реализации собственного замысла по реализации теории, ради которой вы и участвовали во всех предыдущих вивисекциях, — отрезал Траун. — И, полагаю, цель этих экспериментов для вас более важна, нежели чем быть откровенной со мной. Что ж, вероятно вы надеетесь на то, что сможете избежать наказания за совершенные вами действия. Это логичная мысль — усыпить бдительность, навязав мысль о том, что переступили через правила исключительно для реализации блага в интересах вышестоящих разумных. Но это не так. Можете забыть о том, что и далее будете работать в «Мозговом Центре».

— Но… В чем тогда суть этого диалога? — забеспокоилась Мари.

— Суть? — переспросил Траун. — Право дело, я не ожидал от существа вашего интеллекта непонимания столь банальных аксиом. Я веду диалог с вами не для того, чтобы решить: позволить вам вернуться в проект или нет. Полагаю, что в текущей ситуации как никогда верна ваша очка зрения: дефектные образцы должны быть утилизированы.

Мари почувствовала как в ее разуме словно взорвалась сверхновая.

— Вы… вы не посмеете! — попробовала храбриться она. — Я один из ценнейших специалистов в «Мозговом Центре». За исключением Третьей я единственная, кто успешно проводила операции по пересадке мозга! Вы… Вы не можете меня отстранить! Тогда все мероприятия будут проводиться гораздо дольше!

— И вновь — ошибка. И продиктована она борьбой вашего логического сознания и инстинкта самосохранения. Я не намерен вас отстранять. Цель нашей беседы понять — достойны ли