Великая война на Кавказском фронте. 1914-1917 гг. - Евгений Масловский
Шрифт:
Интервал:
Действительно, как только начался маневр турок, от начальника Ольтинского отряда начали поступать непрерывные донесения не только об усилившейся деятельности турок против него, но и наступлении в Ольтинском направлении сил не менее корпуса, что и принудило Ольтинский отряд начать отход под сильным давлением противника.
Эти повторные донесения, полученные в копии в штабе армии и приведенные в предыдущей главе при описании действий Ольтинского отряда, подтверждали предположения штаба армии о начале турками крупной операции и указывали, что марш-маневр турок имеет целью обход нашего правого фланга.
Серьезность положения усугублялась тем обстоятельством, что командующий Сарыкамышской группой генерал Берхман не придавал большого значения как донесениям начальника Ольтинского отряда, так и сообщениям штаба армии о назревании крупной операции со стороны турок, к чему надо приготовиться.
Донося Главнокомандующему телеграммами от 10 декабря №№ 862 и 871 о действии в районе Ольты 10-го турецкого корпуса, таким образом уже создавшему тогда угрозу правому флангу Сарыкамышской группы, командующий этой группой этими же телеграммами извещает, что он решает перейти на всем своем фронте в Пассинской долине в наступление в направлении на Кеприкейские позиции, вместо того, чтобы принять спешно меры к непосредственному обеспечению, пока было на то время, Сарыкамыша, жизненно необходимого для существования всей Сарыкамышской группы.
Опасения за Сарыкамыш были вполне естественны. Сарыкамыш был головой единственной железной дороги, связывающей войска группы с глубоким тылом; он был сосредоточием для войск группы всех запасов продовольствия, огнестрельных припасов и госпиталей, находился на единственном шоссе из Тифлиса через Каре к нашей границе у Караургана. Сарыкамыш был базой для войск группы. Из этих данных вытекало все исключительное значение Сарыкамыша.
Между тем с переходом в наступление в Пассинской долине всех войск опасное положение группы еще более ухудшалось: с большим, при наступлении, удалением частей от Сарыкамыша и ввязыванием их в бой, задача помощи последнему становилась труднее, и положение всех войск, в случае потери Сарыкамыша, стало бы безысходным.
Эти обстоятельства и побудили начальника штаба армии сделать доклад Главнокомандующему о происходившем в районе Сарыкамыша, где обстановка создалась весьма тревожная, и Главнокомандующий приказал выехать своему помощнику и начальнику штаба в штаб Сарыкамышской группы, в с. Меджингерт, дабы ориентировать командующего группой и, если понадобится, принять на месте необходимые решения[35].
Положение признавалось начальником штаба армии настолько критическим, что он выехал не один, а взял с собой тех чинов штаба, с помощью которых помощник Главнокомандующего, в случае необходимости, мог взять управление группой в свои руки.
С этой целью с генералом Мышлаевским и начальником штаба генералом Юденичем выехали: генерал-квартирмейстер генерал Болховитинов, начальник оперативного отделения полковник Масловский, начальник разведывательного отделения подполковник Драценко, и каждый из двух последних взял с собой по одному из своих помощников, капитана Караулова и штабс-капитана Кочержевского.
10 декабря экстренным поездом генерал Мышлаевский и генерал Юденич, в сопровождении названных чинов штаба армии, выехали в Меджингерт.
Почти тотчас же по прибытии в последний, после полудня 11-го декабря в штабе группы началось серьезное совещание, в котором приняли участие как все прибывшие из Тифлиса с генералом Мышлаевским, так и офицеры Генерального штаба группы.
На этом совещании начальник штаба армии высказал свое убеждение, основанное на тщательном изучении обстановки, что турки уже начали наступательную операцию против нас с глубоким обходом нашего правого фланга крупными силами и, как следствие этого обозначившегося обхода, Ольтинский отряд, под давлением превосходящих сил противника, отходит.
Вследствие несогласия командующего Сарыкамышской группой генерала Верхмана с высказываемыми начальником штаба армии и чинами его штаба предположениями о крупном маневре турок в обход нашего правого фланга, и единственной его боязни за наш левый фланг, были потребованы донесения штаба 2-го Туркестанского корпуса за последнее время, которые совершенно подтвердили предположения штаба армии.
Действительно, ряд донесений 2-го Туркестанского корпуса за последние дни указывал, что на фронте корпуса происходила непрерывная смена частей и продвижение их к северу в обход правого фланга корпуса. Разъезды от 2-го Туркестанского корпуса, высланные на фланг и отчасти в тыл корпуса, доносили о наблюдаемом ими движении неприятельских колонн в сторону русской границы.
Но, не придавая значения этим донесениям, командующий группой этих данных штаба 2-го Туркестанского корпуса не сообщал в штаб армии, между тем как они, в связи с данными Ольтинского отряда, выявляли грозную обстановку[36].
Насколько командующий Сарыкамышской группой до конца мало придавал значения всем донесениям об обходе турками его правого фланга, видно из того, что, когда командующий 2-м Туркестанским корпусом вечером 10-го декабря, получив сведения о движении турецкой колонны в два батальона и четыре эскадрона в направлении на Лавсор-Микар, т.е. глубоко в тылу, хотел направить к Еникею два батальона 18-го Туркестанского стр. полка с батареей для противодействия обнаруженному обходу, то вследствие категорического приказания командующего Сарыкамышской группой это распоряжение было отменено, и в Еникей был двинут лишь один батальон 18-го Туркестанского стр. полка без артиллерии[37]. А на следующий день, 11-го декабря, командующий группой телеграммой № 888 требует немедленно направить в Еникей и остальные два батальона 18-го Туркестанского стр. полка и батарею[38].
Поделиться книгой в соц сетях:
Обратите внимание, что комментарий должен быть не короче 20 символов. Покажите уважение к себе и другим пользователям!