Белая Леди - Мария Новей

родине. Невысокое, простое, но стильное. Похоже, что за эти месяцы мне сильно приелись небоскребы Арка, душа просила чего-то более простого и приземистого.

– Проходите, не стесняйтесь, – сказал Виктор Андреевич, слегка подталкивая меня в поясницу…

Казалось бы, вполне невинное прикосновение, но мое тело внезапно прожгло от резкого выброса гормонов. Вместо того чтобы пойти, куда мне сказали, я застыла и покраснела, пытаясь справиться с охватившим меня чувством. Альфа убрал руку и молча направился в дом.

Он не заметил?.. Или все-таки заметил…

Очнулась я, когда почувствовала, как Моли тянет меня за руку. Сделав глубокий вдох, я неуверенно пошла за ней.

Внутри оказалось очень просторно, светло и уютно. Всюду ощущался приятный аромат растений, который исходил от искусственных освежителей воздуха. Бежевые и коричневые цвета интерьера и мебели приятно сочетались между собой, а огромные панорамные окна открывали потрясающий вид на скалы и звездное небо.

Мы с Моли разулись, аккуратно поставили свою обувь на пороге и скромно прошли в середину гостиной.

– Будьте как дома, – гостеприимно произнес хозяин дома, стаскивая через верх свою рубашку, а потом добавил, – Но не забывайте, что в гостях!

Мы с сестрой молча переглянулись и сели на большой коричневый диван. Виктор Андреевич тем временем отправился в дальнюю часть дома, где, судя по всему, у него находилась кухня, и открыл большой холодильный отсек. Стуча и звеня посудой, он что-то ворчал себе под нос, но вскоре вернулся к нам с большим подносом, водрузив его на стол.

– Ешьте, – бросил он, садясь напротив нас на квадратный мягкий пуфик и пододвигая себе один из трех контейнеров.

Я смущенно отвела взгляд от его обнаженной мускулистой груди и, не дожидаясь повторного приглашения, быстро вскрыла контейнеры. Дождалась, когда пища внутри них разогреется, и пододвинула один их них сестре. Девочка брезгливо заглянула внутрь и, скорчив гримасу, отодвинула его подальше.

– Молина! Ты должна поужинать! – прошептала я сестре, но она лишь упрямо насупилась.

– А ты избалованная, принцесса, я смотрю, – хозяин дома прервал свою трапезу, внимательно смотря на Моли, – И память у тебя короткая… Наверное, стоит повторить.

К моему удивлению, Молина опустила глаза и пододвинула к себе контейнер. Под пристальным взглядом Виктора Андреевича она быстро съела свою порцию и даже выпила зеленый чай, который никогда не любила. Когда странный ужин был закончен, мужчина поднялся с места, собрал всю грязную посуду и отнес ее на кухню.

– За той дверью моя спальня, – указал он пальцем на дверь позади нас, – Паровая кабина там есть. Кровать большая, вдвоем поместитесь. Постель чистая, три дня назад менял… А!.. Ну, и вместо пижам можете надеть мои футболки. Там в гардеробе найдете.

– Хорошо, – кивнула я и, схватив девочку за руку, повела ее в сторону двери.

***

Молина тихо посапывала рядом со мной, обняв ногами и руками одну из многочисленных подушек, а я все никак не могла сомкнуть глаз. Я раз за разом переваривала события сегодняшнего вечера. Эта внезапная встреча с Тенером вновь раскрыла мою рану, вновь заставила страдать, вспоминая подробности смерти родителей. То, что я смогла вырваться из его лап – настоящее чудо! Если бы в кабинете не оказалось моего босса, то мы с Моли связанные сейчас бы ночевали в каком-нибудь подвале Тенера, а не на большой мягкой кровати…

Кровати, постель которой вся пропахла ее хозяином…

Я очередной раз беспокойно перевернулась на другой бок, взбила подушку и закрыла глаза…

Его поцелуй был такой… такой… интимный… Он как будто и не целовал вовсе, а занимался со мной любовью!.. Почему Антон никогда меня так целовал? Может, если бы он хоть раз так сделал, я бы почувствовала к нему то же, что и к Виктору Андреевичу?

Сомневаюсь… Меня в этом мужчине привлекает буквально все. Его внешность, его взгляд, голос, запах… Хотя его поведение и поступки временами кажутся мне очень странными. Но самое главное – это то, что он смог противостоять Тенеру и Фиору! Это было безумно, невероятно и очень круто! И я… я даже ни разу не поблагодарила его за наше спасение…

Я поднялась и, аккуратно спустившись с кровати, направилась к выходу. Хозяина дома я почувствовала в самой отдаленной комнате, которая оказалась лоджией.

– Не спится? – послышался негромкий, с хрипотцой голос.

Мужчина сидел в большом пластиковом кресле, выложенном изнутри мягкими подушечками, и держал в руках темную бутылку с алкоголем.

– Не могу уснуть. Наверное, перенервничала.

– Садись, – Виктор кивнул на точно такое же кресло напротив и, когда я в него села, протянул мне бутылку, – Глотни… расслабься…

– Виктор Андреевич, – я опустила голову, чувствуя смущение, – Большое Вам спасибо! За то, что спасли нас… За то, что не оставили на растерзание этому убийце.

Он промолчал, а я поднесла стеклянное горлышко к губам, сделав несколько глотков. Сначала вкус мне показался сладким, но потом я почувствовала сильную терпкость и горчинку. Меня немного передернуло, но я все равно улыбнулась, возвращая бутылку хозяину.

Внезапно альфа перехватил мое запястье и потянул на себя, заставляя привстать со своего места. Я спотыкнулась о его ноги и неуклюже завалилась прямо на его… голый торс!

– Тебе очень идет моя футболка, принцесса, – негромко произнес он, и я почувствовала, как его теплые большие ладони нежно сжимают мои ягодицы.

ГЛАВА 10

Я не отпрянула и не попыталась вырваться. Я просто замерла, продолжая лежать на мужчине. Его руки блуждают по моей попе, оставляя на коже обжигающие следы, а я завороженно смотрю на его приоткрытые губы, из-под которых виднеются кончики острых клыков. Сердце колотится так сильно!.. Наверняка он слышит. И не только… Он чувствует, как пульсирует моя энергия… как сильно я возбуждена!..

Осторожно выдыхаю и тянусь вперед. Хочу снова повторить тот поцелуй, хочу снова пережить те ощущения… Я едва касаюсь его губ и застываю, не решаясь продолжить… Не слишком ли нагло я себя веду?.. Сильные руки слегка подталкивают сзади, и наши уста сливаются в поцелуе. Нет… не слишком…

Его губы страстно скользят по моим, а язык уверенно проникает внутрь, вытворяя там невероятные вещи. А я… я неумело отвечаю, растворяясь в нежности и охватившем меня желании.

Как же приятно! Как волшебно! И почему меня так сильно прет от этого альфы?..

Не важно! Мне уже все равно…

Чмокающие звуки и возбужденное сопение внезапно прерываются, когда Виктор Андреевич хватает меня за плечи и отстраняет от себя, заставляя принять сидячее положение. В мои половинки сзади впивается его каменный орган, и я напряженно замираю,