Испытание империи - Ричард Суон

– Я не могу оставить здесь казаров, я должен удостовериться, что они вернутся! Без них нам не остановить Клавера в мире смертных!

– Нет! Не остановить! – прозвучал до боли знакомый голос и безумно захохотал.

Мы обернулись. И в самом центре демонического роя увидели Бартоломью Клавера. Мертвенно-бледный, он парил в эфире, словно король-чародей, и над его бритой головой сверкали руны. Сквозь брешь в ткани пространства за его спиной открывался пугающий и завораживающий вид – огромный ансамбль обсидианово-черных зиккуратов и храмов, хаотично расставленных в немыслимые геометрические комбинации посреди пейзажа из крови и костей. Из этого измерения хлынул поток темных, враждебных энергий, окружив Клавера короной черного света.

– Чтобы остановить меня, сэр Конрад, горстки псов недостаточно, – произнес Клавер.

Его голос звучал у нас в головах, как рой мух в гниющем трупе. Демоны неслись сквозь пространство, и Гессис был уже рядом. Казалось, еще мгновение, и все будет кончено – и нас вышвырнет в адское измерение за пределами Спящего города. Или же нас просто развоплотят без следа. Сложно сказать, что было бы желанней.

– Прекратите это безумие! – закричал Вонвальт. – Есть еще время все прекратить!

– Время? Временные потоки сходятся! Стекаются в одной-единственной точке. Взгляните сами! – ответил Клавер.

Мы посмотрели вниз: внезапно улицы наводнила армия, колонны закованных в доспехи воинов, чуждых к безумию преследующих нас тварей. Армия демонических солдат, хмурых и озлобленных.

Гессис в очередной раз издал неистовый рев. Нас разделяли уже какие-то десятки футов. Казалось, ему стоило лишь протянуть руку, и я могла целиком поместиться на его ладони. Я завопила от ужаса…

* * *

…и оказалась совсем в другом месте. Мне уже доводилось там бывать. Покои в замке, где за окнами простиралось лишь голубое небо в хлопьях белых облаков. Судя по медовым отсветам, день клонился к вечеру – насколько уместно там было судить о времени.

У окна спиной ко мне стоял Эгракс. В этот раз на нем была тога из белой, расшитой золотом парчи. Одеяние вступало в яркий контраст с его глянцево-черной кожей. Я заметила у него на шее серебряную цепочку и подумала о медальоне Олени, который Вонвальт использовал в своих сеансах. В покоях царило запустение, как если бы замок разграбили.

– В какую же передрягу вы ввязались, – произнес Эгракс, не оборачиваясь. В тяжелом, свинцовом воздухе его голос звучал столь ясно, словно зарождался у меня в голове.

Я огляделась, затаив дыхание от страха и растерянности. Рассудок еще не вполне оправился от пережитого, и нервы были натянуты до предела.

– П-почему я здесь? Что произошло?

Я невольно коснулась того места на груди, где Эгракс оставил свою метку. Внутри что-то болезненно пульсировало. Возможно, это был некий маяк в пространстве? Ярлык, потянув за который Эгракс мог перенести меня в свой чертог, когда ему вздумается?

– Твой наставник переправил тебя из Спящего города. Я хотел поговорить с тобой, прежде чем ты вернешься в мир живых. Должен предупредить: в Спирит-рад тебя ждут не самые приятные минуты.

Я тряхнула головой, пытаясь стряхнуть оцепенение.

– Прошу вас, я… не понимаю…

– Клавер прав. Течение времени сужается, и потоки его сходятся. Его могущество растет с каждым днем.

– Какое это имеет значение? – спросила я беспомощно. – Какая разница, кто правит в Империи Волка, когда надвигается целая армия демонов?

– Мир смертных и священные измерения связаны между собой, причудливо и неразрывно. Я не могу объяснить тебе: высок риск превратного исхода. Но знай, Хелена, что в лице Бартоломью Клавера наш противник получил союзника уникальной энергии и таланта. Течение времени постоянно стремится к слиянию своих потоков, и Судьбе нет дела, принесет ли это благо или зло нашим измерениям. Судьба своенравна.

– Гессис? Наш противник? Вы говорите о нем?

Эгракс покачал головой.

– Гессис – лишь Привратник чистилища. Он будет преследовать тебя, пока ты находишься там, где тебе быть не следует. Это своего рода сторожевой пес. Нет. Есть нечто гораздо хуже, сущность несравнимо более злобная.

– Сэр Конрад говорил, что в загробном мире не бывает ни добра, ни зла. Есть лишь сущности, столь значительные, что их невозможно познать.

– Что ж, сэр Конрад ошибался, – небрежно ответил Эгракс и вытянул вперед руку.

В окно влетел грач и сел ему на палец. Эгракс прошел на середину комнаты, и через мгновение передо мной предстала Правосудие Августа.

– Леди Августа! – выдохнула я.

– У нас мало времени, – сказала Реси. У нее был взволнованный вид, лицо раскраснелось. Она быстро заговорила с Эграксом: – Противник делает ход, они прорвались в Изместье. Клавер был в Городе.

– Знаю, – тихо произнес Эгракс. – Не ожидал такого развития событий. Его покровитель весьма щедр на дары.

– Клавер следует за Гессисом. Он знает, что должен убить меня, чтобы…

– Тише. – Эгракс вскинул руку и кивнул на меня. – Я не хочу нарушать течение времени. Выход еще есть, я его вижу.

Теперь на меня смотрела и леди Августа.

– Мы не можем ничего ей сказать? Наша госпожа совершает приготовления. Риск видится мне небольшим.

– Хелена, – заговорил Эгракс, обращаясь ко мне, – помощь скоро придет. Вы не одиноки. Клавер движется к Сове, но тебе это и так известно. Вам следует вернуться туда, и как можно скорее. Путь откроется сам – через книгу тайных знаний, давно позабытую.

Я нахмурилась.

– Книга тайных знаний?

Эгракс переглянулся с Августой.

– Это все, что я готов сказать. Нельзя нарушать ход времени.

– О чем вы говорите?

– Ответы ждут вас в Сове. А теперь ступай. И приготовься: тебя поджидает новый кошмар.

– Постойте! – воскликнула я, но в груди болезненно запульсировало, и я переместилась обратно.

* * *

Я очнулась и обнаружила, что Вонвальт взвалил меня на плечо и вынес из часовни обратно в главный зал Спирит-рад.

– Что происходит? – пролепетала я.

В голове все перемешалось, словно меня растолкали от сна посреди ночи.

Вонвальт немедленно поставил меня на ноги, и я ударилась стопами о мраморный пол. Я заметила в его руке меч: лезвие было испачкано кровью. И только тогда мое внимание привлекли крики, доносящиеся из часовни.

Вонвальт посмотрел на меня, глотая ртом воздух. По его лицу струился пот, волосы были всклокочены.

– Клавер! – ответил он.

Дверь часовни с треском распахнулась. Я резко повернула голову и увидела в дверном проеме уродца, убитого во время Нирсанар Нави. Это был уже не беспомощный младенец, а громадный казар, монструозное существо – бугристое, неправильной формы тело в жгутах сухожилий и вздутых вен. Где-то на груди, пониже разинутой пасти и промеж уродливых конечностей, я разглядела голову Клавера, пролезающую из клокочущей плоти, словно богомерзкий