📚 Hub Books: Онлайн-чтение книгРазная литератураПатрис Лумумба - Николай Петрович Хохлов

Патрис Лумумба - Николай Петрович Хохлов

Шрифт:

-
+

Интервал:

-
+
1 ... 26 27 28 29 30 31 32 33 34 ... 74
Перейти на страницу:
пишите. Здесь есть наши люди. Они все доставят по назначению…

Из тюрьмы пошли письма. Лумумба вздохнул облегченно: движение, возглавляемое им, не погасло. Он это чувствовал и гордился этим. Когда его вызвал на допрос прокурор, он держался уверенно и спокойно отвечал на все вопросы. Прокурор особо предупредил, что любое политическое выступление в тюрьме осложнит и без того сложное положение заключенного.

— Вы шутите, господин прокурор, — сказал Лумумба. — Я нахожусь не просто в Катанге, а в катангской тюрьме. Насколько мне известно, население этой провинции не проявляет никакого интереса к тому, что происходит в далеком Леопольдвиле.

— В этом я с вами полностью согласен, — подхватил прокурор. — В ваших словах сказывается наблюдательный политик. Катанга останется Катангой. Ее дело добывать медь, а не заниматься политикой. Достаточно пожить в Катанге, чтобы убедиться в неосуществимости так называемой африканской независимости. Здесь даже не каждый европейский инженер сможет работать. «Юнион миньер» отбирает элиту со всего мира — из Бельгии, Канады, из Западной Германии и Соединенных Штатов. Лучшие инженеры, лучшие администраторы…

— И лучшие юристы, осмелюсь заметить, — вставил Лумумба.

— Благодарю вас, — улыбнулся прокурор. — Чем я могу облегчить ваше положение? Ваше дело, как вы знаете, затяжное. Все будет зависеть от общей политической ситуации. Если события пойдут на убыль и все успокоится, то, как я полагаю, не будет повода задерживать здесь ваше пребывание.

— Вы мне сочувствуете, господин прокурор, не так ли?

— Как служитель Фемиды — да, определенно и твердо. Но как гражданин Бельгии я не разделяю ваших политических концепций. В них много наивного, нереального. Мне чужд расовый подход, но каждая нация должна иметь место, отведенное ей историей. В Конго же, согласитесь, нет даже единой нации. Впрочем, я увлекся, здесь не место для политических дискуссий. Так о чем вы хотели меня попросить?

— Мне нужны книги, господин прокурор. Я хочу заняться историей Катанги, структурой ее промышленности.

— Это можно. Я распоряжусь. Из газет вы можете? получать «Мвана шаба» — «Дитя меди». Ее издает компания. Трудно придумать более удачное название! Катанга — дитя меди, дитя Европы и больше всего Бельгии.

Разговорчивый прокурор вышел. Слово свое он сдержал: Лумумба стал получать книги, альбомы, газету. В Катанге он бывал и раньше — приезжал сюда по служебным делам из Кинду и Стэнливиля. Командировочных выдавалось мало, и он останавливался не в отелях Элизабетвиля, а в дешевеньком доме для приезжих, расположенном в африканском квартале под названием «Кения». Тут проживали рабочие и служащие компаний. Незначительный процент африканцев составляли мелкие чиновники и квалифицированные рабочие: эти жили более или менее сносно. Имели даже собственные домики, разъезжали на мотоциклах и на автомашинах — роскошь, неведомая конголезцу в других районах страны. «Юнион миньер» ввела страхование рабочих: увечье на рудниках, где все еще широко практиковался тяжелый ручной труд, несмотря на усиленное внедрение машин и автоматов, приносило деньги. Просто надо было иметь увечье, подтвержденное консилиумом врачей, да до увечья следовало проработать солидный срок…

И все же рабочие в Катанге в материальном отношении жили заметно лучше своих собратьев в других концах Конго. Не то что в Мбужи Майя — Козьем потоке, как называлась еще касайская Бакванга с ее алмазными россыпями. Группа Оппенгеймера из Южной Африки, получившая право на добычу промышленных алмазов в провинции Касаи и занимающая первое место в капиталистическом мире по их производству, не находила средств, чтобы приодеть африканских алмазо-искателей: они ходили босиком и голыми руками перебирали речную гальку и песок. Нет мест, богаче алмазами, чем Мбужи Майя, где сливаются, образуя Санкуру, реки Бушимайя и Луилу. Нет их глуше — и нет обильней. Рабочие устраивали забастовки, требуя выдачи… резиновых сапог и перчаток. Это на приисках миллиардера! В Катанге орудовала более опытная рука хищника. Эксплуатация прикрывалась демагогией либералов, существованием «рабочего» профсоюза. Для рабочих были открыты бесплатные вечерние курсы, им выдавали премиальные, некоторых из них направляли в Бельгию на практику.

В Катанге свили гнездо действительно способные бельгийские администраторы. Годфруа Мунонго мог предаваться воспоминаниям, рассказывая слушателям о своем дедушке, который сражался с первыми отрядами первых европейцев, об отце, заключенном бельгийцами в тюрьму. Все это отошло в прошлое. В настоящее время верховные вожди Катанги тесно сотрудничали с администрацией компании «Юнион миньер дю О’Катанга». Здешние вожди давно вышли из тесных хижин; теперь они проживали в роскошных особняках, разъезжали на современных американских машинах, носили европейскую одежду, летали в Брюссель, имели бельгийские ордена.

Семь китов поддерживали катангское небо над предприятиями компании: вождь племени балуба Касонго Ниембо с резиденцией в городе Камина (Северная Катанга), братья Киконджа и Кабонго, верховные вожди балуба и басонге, Мутомбо Мукулу — вождь коренных катангских балуба, Мвакисенге, вождь племени чокве в районах Дплоло и Сандоа, Мвато Ямво, вождь лунда, Мвенда Мунонго, вождь народности баеке, и жадовильский вождь Мпанде, повелитель всех басонге. Они Срослись с «Юнион миньер», так как ее промышленная активность приносила им и прямые и косвенные доходы: компания выплачивала им деньги за использование земель, а их подчиненные, занятые на производстве, обязаны были приносить часть заработанного вождям.

Катангская родоплеменная верхушка служила надежной опорой бельгийским предпринимателям, которые во всем действовали через верховных вождей. Представители компании решали с ними вопросы о найме рабочей силы, о переселении крестьян, о покупке новых участков земли, о заработной плате и о наказаниях увиливающим от работы. Трудовые конфликты разбирал вождь. Компания стояла в стороне, на чем приобретала моральные и политические дивиденды. В качестве почетных гостей вожди приглашались на открытие новых горных разработок, школ для детей рабочих, спортивных сооружений, больниц и домов отдыха, библиотек и читален. Велась продуманная игра, достигавшая своей цели. Когда в 1958 году отмечалось пятидесятилетие установления «Свободного государства Конго», в элизабетвильском «Гранд-отеле Леопольда II» собралась вся европейская знать Катанги. Прибыли гости из Брюсселя, Лондона, Иоганнесбурга и Солсбери. Между сэрами, графами и принцами торчали, как колья в колониальном частоколе, верховные вожди меднорудной провинции.

Медный пояс поднял Катангу на гребень мирового промышленного производства. А начиналось все с медных больших крестов, изготовляемых деревенскими кузнецами в специальных шалашиках и используемых в качестве денег. На кресты приобретали соль, ткани, табак, спиртные напитки, украшения, домашний скот. 28 октября 1906 года бельгийские и английские инженеры-предприниматели создали «Юнион миньер дю О’Катанга». Компания ежегодно отмечает эту дату своего рождения, вывешивая портреты основателей — Жана Жадо и Роберта Вильямса. Компания разрасталась, привлекая капиталы из Европы и Америки, вкладывая их в новые отрасли. Горные реки покрылись сетью электростанций. Заводы переводились на автоматическое управление. Невдалеке от Жадовиля сохранилась одна старая хижина. Приезжие

1 ... 26 27 28 29 30 31 32 33 34 ... 74
Перейти на страницу:

Комментарии

Обратите внимание, что комментарий должен быть не короче 20 символов. Покажите уважение к себе и другим пользователям!

Никто еще не прокомментировал. Хотите быть первым, кто выскажется?