Очнуться волчицей - Наташа Айверс

во мне вспыхнули его чувства. Я ощутила жгучее облегчение его разрядки, смешанное с яростным желанием обладания. В голове стучало: моя, только моя.

Его руки продолжали ласкать мою самую чувствительную точку в такт тому, как его естество пульсировало и всё ещё коротко тыкалось и тёрлось о мои бёдра, словно он не в силах был перестать двигаться даже после полученного удовольствия. Левой рукой он скользнул выше, оставляя влажную дорожку на моём животе, и обхватил пальцами сосок, потёр его, потянул, выбивая из меня новые дрожащие стоны и доводя до безумия. Накрыло так, что я сорвалась в новый всплеск оргазма, разделяя его наслаждение, будто мы были одним телом.

Волна схлынула, оставив меня обессиленной в его руках, а он не спешил отпускать. Его ладони продолжали скользить по моим бёдрам и животу, размазывая свою влагу по коже нарочито медленно — так, словно он оставлял на мне свою метку, невидимую, но осязаемую, как печать, которой оборотень помечает единственную.

Я тяжело дышала, всё ещё приходя в себя, когда он мягко уложил меня на бок, сам лёг сзади, укутал нас одеялом так, что мы оказались вдвоём в тесном коконе. Его влажная от пота грудь плотно прижалась к моей подрагивающей спине, ладонь погладила мой живот и поднявшись, обхватила грудь.

— Спи, — коротко сказал он, укладывая мою голову себе на предплечье, просунув под меня руку.

Я уже открыла было рот, чтобы возмутиться: кто он такой, чтобы мне приказывать? И вообще… в голове всё ещё металась дерзкая мысль: почему он так и не вошёл?.. Я даже не заметила, как пробормотала свой вопрос вслух.

Кай наклонился, горячее дыхание коснулось моего уха, и по коже пробежали табуны мурашек, разбегаясь волнами вниз — в распалённую плоть между ног.

— Потому что моя женщина сказала мне «нет», — ответил он низко, с твёрдой уверенностью. — А теперь спи. Скоро рассвет.

Возмущение его командирским тоном готово было вырваться наружу, но вместо этого меня пронзило другое чувство — странная, почти пугающая нежность. Он мог взять, и я не смогла бы остановить его… но он не сделал этого. Принял моё «нет», подчинился ему, хотя сам дрожал от желания.

И в этот момент его губы снова коснулись моей шеи. Метка моментально откликнулась и внутри вспыхнуло его удовлетворение — мягкое, тянущее и сладкое. В этом чувстве было всё: осознание, что его женщина рядом, сыта, утолена лаской и не раз, и в то же время — обещание, что всё это было лишь начало. От этого пальчики ног поджались, а дыхание сбилось. Я чувствовала себя желанной и в то же время… защищённой.

Мысль о том, как в следующий раз он войдёт и изольётся в меня, вспыхнула яркой искрой, наполнила тело истомой и смущающим предвкушением и растаяла. Я медленно уплывала в сон, обволакиваемая его теплом и мужским запахом пока он крепко держал меня в объятиях.

Глава 23

Кай

Я проснулся за полчаса до рассвета и лежал на спине, прижав её к себе одной рукой, вдыхая её запах. Простыня выдавала меня, предательски приподнимаясь на бёдрах. Я несколько раз просыпался — от её тепла, мягкости и податливости, от осознания, что она обнажённая и вся в моих руках. Я хотел в неё войти до скрежета зубов, но помнил её «нет» и сжимая зубы, обуздывал свою плоть, пока снова не проваливался в сон.

Проснувшись во второй раз, я лежал тихо, прислушиваясь, пытаясь понять, что меня разбудило. И сразу почувствовал, что она не спит. Её дыхание изменилось, стало чуть неровным. Она осторожно высвободилась из моих объятий, сняла руку которой я обхватывал её грудь пока она спала и осторожно села на кровати. Я прикрыл глаза, притворяясь спящим, хотя каждое её движение отзывалось во мне. Я заставил своё тело расслабиться, чтобы она не заметила, что я был готов её схватить стоит ей попытаться улизнуть из номера.

Она тихо села на колени на кровати, но не спешила отодвигаться. Вдруг наклонилась ко мне, и коснулась рукой моей груди, проведя пальцами по мышцам, она задержалась по очереди на сосках, погладила их, вызвав мурашки во всём теле, а затем начала спускаться всё ниже. Время от времени она замирала, вглядываясь в моё лицо, и убедившись, что я «крепко сплю», продолжала свои исследования. Её ладони скользили по животу, ощупывая пресс, царапая кожу кончиками ногтей. Когда она развернулась ко мне, наклонилась ближе и зарылась пальцами обеих рук в волосы на груди, я едва сдержал стон. Каждая мышца дрожала в ответ на её ласку, а волчья сущность внутри ликовала. Моя женщина.

Хоть и с огромным трудом, но я оставался неподвижен, а вот простыня приподнялась и торчала теперь как палатка туристов в лесу. Взгляда Айлунны я не видел, но ощутил, как в её запахе любопытство окрасилось… чувственным трепетом. Мой член моментально отозвался на её внимание, и стоило ей приподнять простынь, как он дёрнулся, приветствуя её. Она заглянула мне в лицо, проверяя, не проснулся ли я, и аккуратно стянув простынь с моего паха, несмело коснулась.

Внутри вспыхнул пожар. Хотелось рвануть вперёд, перевернуть её, и войти на всю длину, почувствовал тепло и влажность её плоти, но я удержался. По стволу потекла первая горячая капля — предвестие, что я уже на грани. Головка налилась тяжёлым, нетерпеливым жаром. Она коснулась её, непоропливо трогала, изучая, обхватывала пальцами, гладила, сдвигая кожу, заставляя меня молча и неподвижно сходить с ума.

Когда она наклонилась ближе и лизнула, я понял, что ещё немного — и я потеряю контроль. Я открыл глаза и хрипло шепнул:

— Садись сверху.

Она вздрогнула, как от удара током, и оглянулась на меня. Я уловил в её запахе резкий всплеск испуга смешанного с желанием. Я смотрел на свою женщину уже не таясь, любуясь её слегка порозовевшей от смущения кожей. Она стояла на коленях, наклонившись ко мне, её грудь приподнималась в такт тяжёлому дыханию, а тёмно-розовые соски напряглись, откликаясь на жар моего взгляда. Глаза блестели, приоткрытые губы манили так, что у меня перехватило дыхание. Прядь её волос упала на щёку, а лицо зарумянилось от смущения. В этот миг она казалась одновременно уязвимой и обворожительной — словно созданной для того, чтобы сводить меня с ума. Я не двигался, не касался её, давая ей время принять решение.

Я услышал, как изменилось её дыхание, заметил дрожь пальцев на моём бедре. И ясно уловил тот миг, когда она задержала