Дом на семи ветрах - Дениза Алистер
Шрифт:
Интервал:
Краска медленно сошла с лица Реда. Кэтрин заметила, как он осунулся. Он всегда был таким свежим и бодрым, но сейчас черты его лица заострились, складки возле уголков рта стали глубже. Ред провел рукой по волосам, я Кэтрин обратила внимание на легкую седину его висков. Может, он болен?
— Если ты думаешь, что я позволю чужому мужчине воспитывать моего ребенка… — хрипло произнес он.
— Неужели обязательно должен быть мужчина? — отрезала Кэтрин. Рука, опустившаяся на ее живот, заставила ее вздрогнуть. Чувства вновь вспыхнули в ней от этого ласкового, но невероятно собственнического жеста. «Я не буду плакать, — думала она, поднимая на Реда испуганные глаза… — не буду!»
— Жаль, что тебе так не нравится идея брака, но я не соглашусь ни на что другое. — Выражение лица Реда было мрачным, неуступчивым. — Кроме того, я нужен тебе… я это знаю. Почему ты это постоянно отрицаешь?
— Твоя самоуверенность меня просто восхищает, — слезы обожгли Кэтрин глаза. «Отчего же так трудно скрыть свои чувства?» — думала она в отчаянии. — А как же Рут? Как ты можешь бросить ее?
На лице Реда появилось нетерпеливое выражение.
— Почему, ради всего святого, ты продолжаешь твердить о Рут? Объясни, пожалуйста, что значат все эти намеки?
Но почему он продолжает притворяться? Будет ли это продолжаться до тех пор, пока он не узаконит своего ребенка, что, видимо, очень важно для него?
— Я слышала весь ваш разговор тогда, в твоей квартире, — сказала она, опустив глаза. — Я знаю, что ты ждал, пока она придет в себя после смерти своего мужа… чтобы вы могли быть вместе. Она так сказала. Разве не об этом вы говорили с ней в тот самый день? Жениться на мне, когда ты любишь другую, безнравственно, Ред. — Она вдруг всхлипнула и откинула голову на спинку дивана. — Все так перепуталось! Я знаю, что должна была рассказать тебе о ребенке, — призналась она. — Мишель постоянно твердит мне об этом, но…
— Кто это, Мишель? — Ярость его была почти ощутима.
— У меня будет ребенок, твой ребенок! — Кэт впервые сказала об этом вслух, и ей вдруг стало удивительно спокойно.
— Он живет здесь с тобой? — Ред оглядел комнату, которая прежде была такой веселой и удобной, а сейчас казалась дешевой и грязной.
— Мишель — моя подруга, — ответила Кэтрин с улыбкой.
Теперь Ред казался очень довольным… Он взял ее руку и подвес к губам.
— Не надо! — робко произнесла она.
Но Ред знал, что Кэтрин его любит. Ее последняя защита рушилась на глазах.
— Кэтрин, моя дорогая, глупая крошка! — Ред говорил таким ласковым и нежным тоном, что в глазах ее застыло недоумение. — Ты сбежала от меня тогда, вообразив, что Рут и я любим друг друга?
— Я слышала… — начала она.
«Это какой-то подвох. Он хочет отнять у меня ребенка», — билась в мозгу одна-единственная мысль.
— Ты слышала только часть разговора, — прервал он; ярость и гнев снова проступили на его лице. — Как обычно, ты поверила тому, что хотела услышать обо мне. Если бы ты продолжала подслушивать…
— Ты целовал ее! — обиженно закричала Кэтрин. «Боже мой, неужели я ревную?» — подумала она, услышав свой голос. — Я видела тебя… с ней!
— Но ведь это Рут поцеловала меня!
— Конечно, тебя взяли силой! — отрезала она язвительно.
Странная улыбка заиграла на его губах.
— Твоя ревность является для меня откровением, Кэтти. А сейчас помолчи и послушай. — Он прижал палец к ее губам, и что-то в выражении его глаз заставило ее умолкнуть. — Я знаком с Рут несколько лет, с тех самых пор, как она вышла замуж. У них с Эдвардом были бурные взаимоотношения, но, несмотря на это, они были счастливы. Когда ее мужа убили, Рут совершенно потеряла голову от горя. Неделями она отказывалась понимать, что Эдвард мертв. Я был только другом, не больше. — Ред внимательно посмотрел на Кэтрин, и впервые она заметила на его лице признаки смущения. — Похоже, — и я виню в этом прежде всего себя, — я стал значить для нее больше, чем человек, которому она может поплакаться в жилетку. Целый год я старался заставить ее делать то, что она действительно хочет, и вернуться в Лондон. У нее свое рекламное агентство. Я был рад, что она решила начать новую жизнь, но не намеревался стать ее частью.
Чувство облегчения охватило Кэтрин. Наконец-то она поняла, что это правда, правда, которая внезапно все изменила.
— Но ты был с ней сегодня вечером!
— А ты была с Карлом, — напомнил Ред.
— Я уже давно его простила, — объяснила Кэтрин. — Мы остались друзьями и, скорее всего, он станет моим зятем. Сегодня я была с ним вместо Женни, которая отказалась пойти в последнюю минуту. У них небольшая размолвка…
— А я пришел, потому что твой отец прислал мне записку, запрещающую появляться там, — сообщил Ред, с чувством удовлетворения приняв объяснения Кэтрин. — Рут же и организовывала этот дурацкий вечер. Твое присутствие в моей квартире отрезвило ее, хотя ей было тяжело отказаться от плодов своего воображения. Между нами никогда ничего не было. Я позволил Рут слишком долго опираться на себя, — произнес Ред задумчиво. — Мы пережили трудные минуты, но я думаю, мы сохранили нашу дружбу. — Внезапно Ред резко повернулся и привлек Кэтрин к себе.
— И все-таки, Ред, почему ты позволил мне уйти?
В его голубых глазах, которые она так любила, казалось, видевших ее насквозь, читалось обожание.
— Мне было обидно обнаружить, что, несмотря на нашу близость, ты мне не доверяешь. — Кэтрин почувствовала, как он тяжело вздохнул. — Я пришел сегодня не потому, что ты ждешь ребенка или по просьбе твоего отца. Я пришел… потому что должен был прийти. — Руки Реда, впервые неуклюжие и неловкие, дрожали, когда он обнял ее. Его голова склонилась на плечо Кэтрин, дыхание обжигало ее. — Боже мой… — Слова вырвались, казалось, из самой души, когда он начал целовать ее волосы.
Кэтрин с трудом удавалось сдержать дрожь желания. Такую же самую дрожь, волны которой пробегали по сильному мускулистому телу Реда.
Руки Кэтрин робко обвились вокруг его шеи — сначала нерешительно, а затем с растущей уверенностью. Она душой и телом стремилась к близости с ним, хотела разделить с Редом все на свете… Повторяла и повторяла его имя… Вдруг Ред слегка отстранился.
— Как ты могла подумать, что я люблю Рут, после того как мы были вместе? — почти сердито спросил он.
«О чем он говорит?» — мелькнула в голове мысль.
— Ты ведь не скрывал, что с моей помощью хочешь отомстить отцу. А когда появилась Рут, ты говорил мне о той власти, которую может иметь над тобой настоящая женщина.
— Настоящая женщина… — произнес он, — это ты, Кэтрин. Кэт Келвей — единственная женщина, которую я когда-либо любил. — Он вдруг хрипло рассмеялся, заметив изумленное выражение на ее лице. — Ты хочешь сказать, что для тебя это так уж неожиданно?
Поделиться книгой в соц сетях:
Обратите внимание, что комментарий должен быть не короче 20 символов. Покажите уважение к себе и другим пользователям!