Дорога на Тибет - Алекс Войтенко

с калибром моего «Маузера», поэтому даже не сомневаясь взял этот автомат с собою, снарядив пару магазинов, и взяв небольшой запас патронов, дополнительно. К вечеру, я был вполне готов к выходу, оставалось хорошо выспаться, и можно было отправляться в дорогу.

Следующая ночь, выдалась достаточно спокойной, я просыпался всего лишь разок, почувствовав какое-то неудобство, но повернувшись, тут же заснул вновь. Если мне что-то и снилось, это прошло мимо моей памяти. Так что утром я чувствовал себя, вполне прилично.

Проснувшись, заварил себе кофе, съел бутерброд с яблочно-клубничным джемом из запасов НЗ, и в общем-то был готов отправиться в путь. Оставив все приготовленное в дорогу под рукой, я подошел к алтарю со статуей Будды, и освятив его фонариком, внимательно осмотрел постамент. Насколько я помнил мне было необходимо трижды провернуть алтарь, против часовой стрелки, дважды обратно, а затем сняв с него статую Будды, опустить в появившееся углубление свою левую ладонь с кольцом. И сейчас примерившись к алтарю, я схватился за него обеими руками, и попытался сдвинуть его с места, вращением.

После некоторого усилия, что-то, как мне показалось щелкнуло, после чего, алтарь, довольно легко трижды провернулся вокруг своей оси. При этом, как мне показалось он был готов вертеться и дальше, но я решил не испытывать судьбу, а остановился после трех оборотов. Для вращения назад, тоже пришлось немного напрячься, но очередной щелчок, показал, что мои усилия увенчались успехом, и после двух оборотов в обратную сторону, алтарь, как-бы слегка приподнялся вверх, и довольно свободно сместился, чуть в сторону. Следующим шагом, нужно было снять статую Будды с постамента. Я уже прикидывал сколько же весит это изваяние, и смогу ли я его поднять, а заодно и перенести, куда-то в сторону. На всякий случай подтащил поближе к постаменту, металлический табурет, стоящий за ширмой у радиоаппаратуры, решив, что он наверняка, должен выдержать вес статуи.

Вот только стоило мне протянуть руки, чтобы ухватить сидящего Будду за пояс, как вдруг, прямо на моих глазах, статуя раскинула руки, как бы потягиваясь после долгого сна, что заставило меня в испуге отскочить назад. Статуя же сладко потянулась, затем положив правую руку на на свою шею сделала несколько наклонов головой, разминая шею, приоткрыла глаза, и вдруг я услышал сочный мужской баритон.

— Да, ладно тебе, неужели тебя это так напугало? Лучше подойди поближе, ты же собирался снять меня отсюда, вот и помоги спуститься вниз. А то, это тело несколько застоялось, или точнее засиделось, за последние века.

Еще находясь в некотором ошеломлении, тем не менее сделал шаг вперед, протянул руку и тут же почувствовал прикосновение к ней чего-то холодного. Это оказалась ладонь ожившей статуи, которая легла в мою после чего изваяние, опираясь на мою руку спустило ноги с постамента, несколько раз согнуло их в коленях, и следующим движением, спрыгнуло на каменные полы пещеры. К моему удивлению, касание пола, произошло без каких-либо звуков. Как будто на камень опустилась именно живая босая нога, а не метал, из которого была отлита статуя.

— Ты, кто? — удалось выдавить мне из себя.

На меня взглянули так, будто увидели странную, вдруг заговорившую зверушку.

— Как, кто? Вот же написано. Будда Шакьямуни — рука статуи протянулась к постаменту, на котором было выгравировано имя «गौतमबुद्धः सिद्धार्थ शाक्यमुनि;». — Или ты не понимаешь санскрит. Так вроде читал же местные книги. Или не похож?

— Нет, но…

— А, понятно, тебя несколько напрягает, то, что статуя, которую ты должен был снять с алтаря, вдруг, захотела сделать это сама? Но это в принципе объяснимо. Понимаешь, судя по твоим действиям, ты собрался пойти по пути пробуждения, а это знаешь ли, довольно опасное занятие, для неподготовленного человека. Да и обратного пути тоже может не оказаться. Вот я и решил, что лучше заранее просветить, в том, что тебя ожидает, чем потом принимать в свою карму, проблемы очередного раскаявшегося в своем выборе неудачника. А так как поблизости не было никакого иного тела, за исключением вон того паучка, пристроившегося под потолком, то пришлось временно занять тело этой статуи. Оно хотя бы больше похоже на человека, да и речевой аппарат паука, несколько отличается от человеческого, и ты мог не понять то, что я попытался бы тебе объяснить. Хотя пожалуй речевой аппарат тут не причем. Просто подумай, стал бы ты иметь дело с паучком. Мне кажется, что нет. Скорее попытался бы ненароком его прихлопнуть, и мне потом все равно пришлось бы искать новое тело для временного воплощения. А раз так, почему бы не сделать это сразу. Эту железяку, у тебя всяко не получится прихлопнуть, ведь так?

Я несколько ошарашено внимал словам беседующей со мною статуи, у которой при этом явно было веселое настроение. Во всяком случае, ее подтрунивание надо мной, я воспринимал очень четко. И честно говоря, именно поэтому, у меня в сознании начала закрадываться мысль о том, что у меня едет крыша, а все что я вижу перед собой, плод помутневшего сознания.

— Ты похоже мне, до сих пор не веришь. Что же мне сделать, чтобы твое зрение, согласилось с твоим сознанием. Ударить тебя? Так ведь, я могу не рассчитать сил, и просто прибью тебя. Может ты уже соберешься, и хотя бы выслушаешь меня? Хотя, пожалуй, могу предложить тебе один вариант. Не скажу, что он действенный, но тем не менее может привести, тебя в чувство. Хотя может быть и наоборот. Ладно, попытка не пытка. Пойдем.

С этими словами, статуя взяла меня за руку и повела к дальней стене. Один взмах руками, и в стене образовался проход, за которым располагалась вполне уютная комната, убранная во вполне европейском стиле. Хотя лежащий на полу толстый восточный ковер, и несколько портил впечатление от всего увиденного, но тем не менее, в остальном это была вполне себе удобная комната, с диваном, парой кресел, журнальным столиком, и большим баром со встроенным холодильником. Изваяние уселось в одно из кресел, и предложило мне самому выбрать в баре тот напиток, который придется мне более по душе.

— Ну, хоть это-то ты должен понимать. Я хоть и занял временно эту отлитую из бронзы фигуру, и как-то двигаю ее сочленениями, но увы, внутри все тот же металл, кстати надо отметить весьма дрянного качества. У меня даже начинает чесаться из-за этого все тело. Впрочем потерплю, потому что это все временно. Но так или иначе не есть, ни пить, я