Князь Андер Арес 9 - Тимофей Грехов

Владлен Цепеш. Как я уже говорил, три месяца войны бок о бок сделали то, чего не могли добиться тысячелетия, и непримиримая вражда между эльфами и дроу начала забываться.

— Андер, — обратился ко мне Владлен, — у тебя есть что нам сказать?

Я посмотрел на него, потом на Корнуоллского. Тут же к нам подошел Селани, явно не желавший оставаться в стороне.

— Нанали связывалась со мной неделю назад, — произнес я.

— И что она сказала? — быстро спросил Селани.

— Погиб еще один «SSS»-ранговый дракон, — ответил я. — Вроде его звали Расул.

— Бездна… — выдохнул Корнуоллский. — Он был очень силен.

Я не помнил этого имени, возможно, видел мельком, когда жил в их долине, но сама суть, драконы продолжали гибнуть на своей «новой» планете.

— Что еще сказала Нанали? — спросил Селани.

— Как и раньше, — я тяжело вздохнул. — Она просит помочь вернуться им.

— Ясно, — сказал он.

Я посмотрел на них… эльфов и дроу. Три месяца назад я бы никогда не доверил им этот секрет. Но после того, как Старший Лич надрал нам задницы в городе Санс, я понял, что драконов надо возвращать и восстанавливать статус-кво по количеству одарённых. Я рассказал им правду. О Нанали, о технологических обезьянах-фриранцах, о готовящемся принести себя в жертву Карусе.

И выбрал я эльфов и дроу неспроста. Эльфы были извечными союзниками драконов. И они были очень умны. Взять хотя бы куб… Честно, я до сих пор под впечатлением и не представляю какой безумный гений смог его создать. Что касается дроу, то они были мастерами ритуалистики, способными укротить самые нестабильные потоки энергии.

— Наши учёные изучили ритуал, который ты передал, Андер, — произнёс Селани. — Мы попробовали его пересчитать, изменив рунные цепочки. Попытались активировать его за счёт подпространственной энергии, изъятой из Мира Духов.

Я нахмурился.

— Мира Духов? — переспросил я.

— Именно, — ответил Селани. — Мы долгое время воевали с орками и, как ты понимаешь, не просто махали мечами. Мы изучали их магию. Она специфична, имеет абсолютно другой подход к структуре реальности, но её потенциал огромен.

Я не выдержал и зло усмехнулся.

— Постой-ка. То есть вы решили использовать энергию Мира Духов, фактически обескровив орков и их связь с предками? Или я что-то неправильно понимаю?

Меньриэль ухмыльнулся.

— Неужели ты будешь меня осуждать, Андер? Мы говорим о спасении планеты. Живыми мы отсюда не уйдём, если не предпримем что-то радикальное. Я не хотел вредить оркам специально, но сейчас, когда моё собственное королевство стоит под угрозой полного уничтожения… — он сделал паузу. — Если ты спросишь меня, что я выберу… выживание моего народа или благополучие духовных каналов степных дикарей, то мой ответ очевиден. Я выберу себя. И ты, если хорошенько подумаешь, сделал бы то же самое, окажись на моем месте.

Я нехотя кивнул. Лицемерить было поздно, мы все здесь по локоть в крови.

— Ладно, закроем эту тему. Что в итоге? — спросил я.

Селани помрачнел.

— Они сказали, что это невозможно. Даже с учётом подпитки из Мира Духов, стабильность портала не дотягивает до критической отметки. Энергии много, но она слишком, если так можно выразиться, «грязная».

— Понятно! — скривившись сказал я.

— А что у вас? — Селани повернулся к Владлену.

Князь дроу покачал головой.

— То же самое, Меньриэль. Мои мастера ритуалов бились над расчётами всё это время. Недостаточно опорных точек в межмировом пространстве, соединить потоки от нескольких источников энергии (жертв) невозможно.

— То есть мы остались на том же самом месте, где и были? — подытожил я.

— Получается, что так, — ответил Селани.

Каждый из нас понимал, что мы только что расписались в собственном бессилии перед портальной магией драконов.

— Ясно, — тяжело вздохнув сказал я.

— Раз уж мы тут вроде как союзники, то хотелось бы, — повернулся ко мне Селани, — получить данные о магоболтах.

Вопрос технологий сейчас стоял острее, чем когда-либо. На прошлой неделе я передал эльфам тысячу единиц магоболтов.

Взамен я получил семена энтов. Эти крошечные семена жизни позволили мне совершить гигантский скачок в понимании химерологии. Мой проект по разработке биологического оружия против Пустоши наконец-то сдвинулся с мертвой точки.

Немного отойдя от темы, скажу, что было еще одно существенное «приобретение». Оборотни. Эти лохматые ублюдки наконец-то дали согласие на помощь. Ну, как помощь… Они получили разрешение переехать в наши земли, но выставили условие, от которого у меня до сих пор сводило челюсти. Эти трусливые собаки категорически отказались воевать с Пустошью.

Прятаться за нашими спинами, пожалуйста, а как дело доходит до боя — «мы мирные лесные жители».

Поначалу мне хотелось просто послать их, но потом я плюнул на принципы и согласился. Нам нужны были их знания…

— Мои воины в восторге от твоего оружия, Андер, — произнёс Селани.

— Мои мастера работают на полную, — продолжил я, понимая к чему сводится разговор. — Две тысячи магоболтов в месяц, это предел. Больше мы просто физически не вытянем.

Владлен Цепеш посмотрел на меня.

— Может быть, стоит передать эту технологию всем нам? — предложил он. — Мы бы все выиграли от этого. Производство в Сигишоре и Вилитии могло бы увеличить выпуск в десятки раз.

Это был скользкий вопрос. Я уже не раз обсуждал его и с Сэмом, и с Мишелем, и даже с королём Валадимиром. Отдавать в чужие руки технологию магоболтов было опасно. Более того, я уже знал, что гномы и эльфы вовсю пытаются создать свои аналоги. Но пока у них ничего не выходило. Мои чары самоуничтожения (которыми поделилась Система) при попытке вскрытия артефакта, работали безупречно. Одно неверное движение, и вместо секрета ты получаешь кусок оплавленного металла и оторванные пальцы «любопытного».

— Я подумаю, — уклончиво ответил я, прекрасно зная, что «подумаю» на языке дипломатов означает «забудьте об этом».

Селани лишь понимающе прищурился. На этом разговор был закончен. И если подытожить, то ни чего нового я не узнал. Все топтались на месте, или делали вид, что это так.

Через пятнадцать минут, когда формальности были закончены, я вместе с братьями стоял на площадке, откуда телепортировал нас в Виндар.

К слову, город за последнее время изменился до неузнаваемости. Приграничный Виндар окончательно встал на военные рельсы. Кузни дымили круглые сутки, гвардейцы тренировались до седьмого пота, а на стенах