Корпорация Santa - Денис Деев

не будет отлажена до идеала, а логистические цепочки...

— Логистические цепочки, которые пробивают головы секретарям Совета Директоров? — ядовито уточнила Стелла.

— Издержки форсированного запуска, — небрежно отмахнулся Макс. — Важен результат!

Стелла долго смотрела на него. В её синих глазах плясали странные искры. Гнев там определенно был, но к нему примешивалось что-то еще. Что-то очень похожее на блеск кассового аппарата.

— Важен результат, говоришь? — она медленно опустилась в свое кресло и положила ладони на стол. — Твое счастье, Макс, что после инцидента с секретарем Служба Безопасности конфисковала этот твой «нишевый продукт». И твое двойное счастье, что один из заместителей Директора оказался слишком любопытным и... нервным после покушения. Он отлил себе немного в стакан. Для снятия стресса.

Макс затаил дыхание.

— А после того, как он пришел в себя, — продолжила Стелла, и в её голосе зазвучали бархатные, почти мурлыкающие нотки, — он отнес остатки на дегустацию мсье Оливье, шеф-повару элитного корпоративного ресторана «Веселый эльф». Того самого, где ужинает топ-менеджмент.

Макс почувствовал, как по спине потек холодный пот. Если мсье Оливье узнает, что в букете доминирует отработанный антифриз, Тринадцатый цех сожгут напалмом.

— И как... вердикт? — осторожно поинтересовался он.

— Мсье Оливье плакал, — торжественно сообщила Стелла. — Он сказал, что эти дерзкие, индустриальные нотки — новое слово в высокой корпоративной кухне. Абсолютный постмодерн!

Макс с трудом удержал челюсть на месте. Гений Жоржа из Южного Бутово только что покорил корпоративный Олимп.

— Ресторан делает предзаказ, Макс. Минимум сто ящиков твоего элитного коньяка в месяц, — Стелла подалась вперед, её глаза сияли. — И это только для начала. Мы выводим этот продукт в Голубую Зону. Тринадцатый цех официально получает заказ на производство премиального алкоголя! Ты сможешь масштабировать этот свой... крафт?

— Обижаешь, — Макс небрежно смахнул невидимую пылинку с Красного Пиджака. Внутри у него всё пело. — Придется, конечно, расширить штат и увеличить закупки сырья, но ради Корпорации мы горы свернем.

В этот момент он вспомнил про свою революционную идею с корпоративной связью. На секунду ему захотелось выложить и этот козырь на стол, но внутренний голос прагматичного капиталиста резко ударил по тормозам.

«Стоп. Не надо осыпать начальство дождем из купюр, — рассудил Макс. — Не то Стелла привыкнет к чудесам, и в следующий раз потребует от меня звезду с неба или удвоение ВВП до обеда. Инновационную идейку придержим до следующего кризиса».

— Рада, что мы поняли друг друга, — голос Стеллы вернул его к реальности.

Совещание явно подходило к концу. Все острые углы были сглажены миллионными перспективами.

Стелла выдвинула ящик стола, достала что-то блестящее и изящным движением скользнула этим по стеклянной столешнице. Прямо перед Максом остановилась пластиковая карта безупречного небесно-голубого цвета с золотым чипом.

— Что это? — Макс взял карту, чувствуя её приятную, весомую тяжесть.

— Вечерний пропуск в Голубую Зону, — промурлыкала Стелла, медленно поправляя свою идеальную прическу. Взгляд её стал тяжелым и многообещающим.

— Зачем он мне? У меня вообще-то смена, планы горят... — начал было Макс, но осекся.

— Для личных, строго нерегламентированных посещений, Макс, — она чуть склонила голову. — Моих апартаментов. Считай это... премией за перевыполнение плана. И авансом за будущие успехи.

Макс посмотрел на карточку, затем на Стеллу. Это не была внезапно вспыхнувшая романтическая любовь. В СантаКорп любви не существовало. Это было классическое, холодное и взаимовыгодное слияние активов. Партнерство двух акул.

Но черт возьми, Максу неимоверно льстило, что он, еще недавно простой желтый смертный, теперь официально спит с Управляющей Сектором. Карьерный рост обрел новые, весьма приятные горизонтальные формы.

— Я всегда готов к сверхурочным работам, госпожа Управляющая, — Макс очаровательно улыбнулся и спрятал пропуск во внутренний карман.

***

Масштабирование требовало сырья. А производство элитного коньяка в промышленных масштабах требовало еще и бесперебойной логистики.

Макс спускался в Пещеру Уныния с грацией Юлия Цезаря, только что провернувшего удачное слияние и поглощение целой провинции. Его Красный Пиджак, казалось, излучал в полумраке подземелья ауру успешного успеха. Макса несло на кураже: шагая за Эйрой по влажным туннелям, он вдохновенно вещал о фьючерсах на столовый мел, пропускной способности пневмопочты и о том, как ловко он запустил новые конвейерные линии, заставив желтых эльфов работать с удвоенным энтузиазмом.

Эйра слушала его молча. Ни разу не перебила. Ни разу не съязвила.

Она просто шла впереди, и её молчание постепенно начало давить на Макса тяжелее, чем бетонные своды Тринадцатого цеха.

Наконец, предводительница подполья вывела его к глухому тупику, который оканчивался массивной смотровой площадкой. В стену было вмонтировано толстое, мутное от химических осадков бронестекло. За ним ревел и бился в конвульсиях настоящий Террис. Ядовитая буря рвала в клочья ржавый смог, с небес низвергались потоки кислотного дождя, оставляющих следы даже на пуленепробиваемом стекле. Пейзаж напоминал иллюстрацию к инструкции по технике безопасности при работе с агрессивными кислотами.

Эйра подошла к стеклу и приложила к нему ладонь.

— Поздравляю, Избранный, — с горечью произнесла она, глядя в бушующий за окном ад. — Благодаря твоей гениальной эффективности на изгаженном теле этой планеты заработал еще один проклятый цех. Еще больше выхлопов. Еще больше дыма. Еще больше яда в атмосфере.

Макс нахмурился, чувствуя, как его корпоративный кураж разбивается о суровую реальность.

— Эйра, это бизнес, — попытался он включить привычного Старшего Мотиватора. — Это прибыль! Мы откусили кусок пирога. У нас теперь есть ресурсы, у нас есть планы по расширению доли рынка, графики рентабельности...

Она резко обернулась. В её глазах плескалась такая ярость, что Макс невольно сделал шаг назад.

— Какой толк в ваших планах, Макс, если на поверхности дышать без респиратора — верная смерть?! — Эйра шагнула к нему, чеканя каждое слово. — Я хочу видеть зеленый лес, понимаешь? Настоящий лес, а не переплетение новых ржавых труб! Зачем мы своими же руками загаживаем собственный дом? Ради чего мы гнием у этих конвейеров изо дня в день? Ради новых золотых вилл для господина Эмиля и Совета Директоров?!

Макс вспомнил фальшивое голубое небо и изумрудные газоны в Голубой Зоне Стеллы. Слова Эйры били точно в цель, разрушая иллюзию его собственного триумфа.

— Наша задача — не возглавить эту фабрику смерти, Макс, — голос Эйры упал до напряженного шепота, но звучал громче воя бури за окном. — Наша задача — снести её к чертовой матери.

Она стояла совсем близко. Её лицо,