Трон в конце туннеля. Часть 1 - 2 - Дарья Светлая

Ты как, живой?

- Вроде того…

- Как зовут?

- Кирлас…

- Идти можешь Кирлас?

- Попробую.

- Прекрасно. Но сначала надо снять с тебя кольчугу, иначе далеко ты не уйдешь.

- Кто ты, презренная?

- Тебе это знать не обязательно – произнесла, стягивая с воина кольчугу - Попробуй подняться, я поддержу тебя.

Помогла Кирласу доковылять до выхода из подземелья.

Со всех сторон посыпались возгласы: "Миледи, вы вся в крови! Вы не ранены?!", " Я помогу вам подняться наверх!". Это безобразие продолжалось, пока я не рявкнула:

- Займитесь, наконец, раненым! Если кто-то ещё хоть раз заикнётся о том, не нужна ли мне помощь, то очень скоро помощь понадобится ему самому!

Все засуетились и я добавила уже спокойнее:

- Отыщите его кольчугу, она осталась в коридоре. О том, что здесь произошло конунгу ни слова – я сама доложу. Труп драгера сжечь. Ходить только по двое. И проверьте все двери – эти твари могли начать их грызть. Вперёд!

Конечно, отдавая приказы, я сильно превысила свои полномочия. Но стражники прочувствовали серьёзность ситуации на свой шкуре и исполнили всё точно и беспрекословно. Я же отправилась прямиком в покои конунга не меняя одежды. Иногда, чтобы вернуть здравомыслие, нужен небольшой шок. Едва меня завидев, Сагр оторвался от докладов своих шпионов и воскликнул:

- Ты вся в крови!

- Кровь не моя.

- Что на этот раз Сильвана?!

- Мне пришлось биться с драгером.

- Ранена?!

- Нет – соврала, ведь ранение считается позором.

- Расскажи мне всё – произнес правитель Дуата.

И я рассказала. На что конунг ответил:

- Ты, что пытаешься совершить самоубийство, чтоб не выходить замуж? Мола вообще не ввязываться в это или привести подмогу!

- В первом случае я должна была пройти мимо, зная, что там умирает человек. Во втором, вернулась бы с подмогой к пустому месту. Тот драгер уволок бы его.

- Это на тебя похоже. Скоро шпионов с севера начнешь жалеть!

- Конунг, люди снова стали погибать.

- Воина, что ты спасла, можно смело отправлять в отставку: он не смог победить драгера, значит, он не достаточно искусен. Он знал, что драгеры здесь водятся и не предвидел поединок. На что он годен?

- Хорошо. Этот воин не годен. Но что ты скажешь об остальных? Они живут в постоянном напряжении!

- Это будет развивать их искусство.

- Ожидание нападения изматывает. Сам подумай, кому легче: осаждающим крепость или осаждённым?

Конунг промолчал и я продолжила дерзкую речь.

- Я считаю, нужно заново замуровать все ходы в пещеры, осветить все коридоры и не позволять стражникам ходить по одному. Иначе и все твои драгоценные «шпионы с севера» разбегутся под шумок!

- Я подумаю об этом. Иди и приведи себя в надлежащий вид. Я желаю, чтобы ты сегодня присутствовала на обеде.

- Да конунг.

После обеда ко мне явился один из стражников подземелья и протянул странное оружие. Это было тонкое металлическое кольцо с режущим наружным краем, сантиметров пятнадцать в диаметре, украшенное какими-то символами.

- Это должно быть ваше, миледи.

- Где ты это нашел?

- В коридоре, где на вас напали. Рядом с телами двух мёртвых драгеров. Один был убит ножом, второму перерезали горло этой штукой.

Я задумчиво покрутила на пальце странную вещицу. Получается, драгеров было два и кто-то спас мне жизнь, убив второго?

- Кто-то ещё патрулировал этот участок вчера? – обратилась ко стражнику.

- Нет миледи.

- Кто сегодня за главного в подземелье?

- Хогарт, миледи.

- Отведи меня к нему.

- Да миледи.

Поняла, что, скорее всего это непонятное оружие принадлежало одному из заключённых. Но кому? Кто был тот человек, что в полной темноте смог прикончить драгера одной только заточенной пластиной металла? Откуда у него оружие? Зачем ему меня спасать? Рассчитывает на мою милость? Хочет, чтобы даровала легкую смерть или помогла сбежать? Или кто-то решил убить меня, заманив, таким образом, в подземелье?

Сгорала от любопытства, ожидая ответов на эти вопросы.

Кем бы ни был убивший второго драгера, он знает, что я приду. Возможно, у него есть еще какое-то оружие. Мне стоит быть настороже.

Придя в подземелье, взяла ключи от камер того коридора, где всё произошло. Сопровождение мне всё-таки навязали, но удалось уменьшить его с пяти человек до двух. По дороге расспрашивала своих провожатых:

- Перечислите мне всех, кто сидит здесь.

- Только разведчик с севера миледи. Его взяли вчера, но перед этим он перебил четырнадцать человек и едва не ускользнул.

- Хм… впечатляет. Им уже занимались?

- Нет миледи.

Стражники вошли в камеру и, по моему приказу, обыскали ее. Было слышно, как они растолкли, спящего узника и приковали его к стене. Когда один из них вышел, чтобы позвать меня, приказала:

- Останьтесь снаружи.

- Но миледи, он очень опасен!

- Я тоже, поэтому вы оба остаётесь в коридоре.

- Да миледи.

Я стояла, как громом пораженная и он это видел! Это был тот самый шпион, которого видела у дворца день назад. Он снова смотрел на меня, но сегодня от его взгляда уже не перехватывало дыхание. Обретя дар речи, надменно произнесла:

- Приветствую тебя, воин.

- Для меня большая честь видеть здесь наследницу клана – с насмешкой в голосе ответил мужчина, издевательски склонив голову в знак приветствия.

Не среагировала на эту наглость, придав себе невозмутимый вид.

- Не думаю, что ты будешь столь же ироничен, когда тобой займётся палач или старшая наследница клана – до сих пор неизвестно что хуже. Как твоё имя? Откуда ты?

- Даниэль, из клана Трой.

- Лжёшь. Трой давно отошёл от политики, сейчас, когда под угрозу поставлено само его существование, у них нет людей для разведки. Повторяю, откуда ты?

Он хмыкнул.

- У меня есть знак клана на груди.

Я шагнула к нему и произнесла:

- Если это уловка, ты об этом пожалеешь.

Он рассмеялся.

- Понимаю, для вас нет страшнее человека прикованного к стене!

- А ты дерзок… знаешь, за такие слова полагается расплата…

Глядя ему в глаза, резким движением достала кинжал и приставила к его груди – он сразу, насколько возможно, отодвинулся к стене. Боится… это хорошо. Не говоря ни слова, резко разрезала на нём рубашку, для пущего эффекта оставив неглубокую, но неприятно сочащуюся кровью, царапину. Даниэль непроизвольно вздрогнул и притих. На груди, ближе к сердцу, у него красовалось