Выжить в битве за Ржев. Том 10 - Августин Ангелов

вскинуть карабин, крикнуть и выстрелить. Пуля никого не задела, но выстрел прозвучал, как удар грома в ночной тишине.

— Alarm! Тревога! — сразу громко закричал кто-то из немцев на мосту.

Самойлов вскочил и подбежал туда, где Якушев уже дрался со вторым часовым, пытаясь отобрать у него карабин. Самойлов бросился на помощь. Удар ножом в бок — и второй часовой упал.

Но было поздно. Тревога уже поднялась. Двое часовых, те, что шли вдоль моста с фонарем, уже стреляли из карабинов. Пули засвистели над головами. Саперы, которые бежали за Самойловым, залегли.

— К пулемету! — крикнул Самойлов. — Быстро! Подавить пулемет на той стороне.

Якушев сразу понял. Он подскочил к захваченному немецкому пулемету и открыл огонь по противоположному пулеметному гнезду, успев скосить там пулеметный расчет, пока немцы разворачивали ствол своего «МГ» на другой стороне моста. А двоих патрульных «обходчиков» на мосту застрелили другие десантники.

Неожиданность нападения на охрану моста все-таки сработала. Хотя и не полностью. Воспользовавшись паузой, за десантниками к мосту подбежали саперы. И они сразу же в темпе начали закладывать взрывчатку под ближайший мостовой пролет.

Но тут, привлеченный перестрелкой, по ним заработал еще один пулемет, который они вначале не заметили, потому что он был установлен на противоположном берегу подальше, немного в стороне от железной дороги, и бил с хорошо замаскированной позиции. Саперы лежали, распластавшись на опоре под металлической фермой. Они работали под градом пуль. Пулеметчик на том берегу пристреливался все лучше с каждой минутой. Очередь прошла в метре от Первушина. А один из саперов вскрикнул от боли. Пуля попала ему в ногу.

Пули попадали в металлические конструкции моста и в рельсы, высекая искры. Один из саперов сорвался с опоры и упал вниз. Пуля попала ему в спину. Он не вскрикнул. Просто упал и затих на камнях. Еще одному десантнику пуля пробила голову. Он тоже не успел закричать перед смертью.

Сержант Первушин залез под основание фермы. Он начал распаковывать рюкзак, достал толовые шашки, начал прикреплять их к металлическим балкам фермы. Рядом с ним работал еще один сапер, рядовой Козлов. Он тоже доставал шашки, прикреплял, соединял провода. Другие саперы подавали из своих рюкзаков еще взрывчатку. Наконец электродетонаторы установили, а провода подключили.

— Готово! — крикнул Первушин.

— Отходим! — закричал Самойлов. — Всем назад!

Они побежали обратно. Пулеметчик с другой стороны от моста продолжал стрелять. Но теперь, когда саперы заложили взрывчатку, главное было — уйти живыми.

Самойлов прикрывал отход. Он стрелял из ручного пулемета. Они добежали до кустов. Упали в заросли и затаились.

— Взрывай! — крикнул Самойлов.

Первушин привел в действие подрывную машинку «ПМ-2». Он крутанул ручку, и в этот момент раздался оглушительный взрыв. Мост поднялся в воздух. Ближайшая ферма подпрыгнула от взрыва и слетела с опоры. Металлические конструкции рухнули и деформировались. И все это — в огне, в дыму, в ужасном грохоте, который, казалось, разнесся на километры вокруг.

Самойлов посмотрел на мост. Он был выведен из строя. Такое быстро не починить. Они выполнили задачу. Немцы не смогут перебросить резервы по железной дороге.

— Отлично сработали! — крикнул он саперам. — Мост уничтожен!

Но радость была преждевременной. С противоположного берега выкатился немецкий танк, поливая пространство вокруг диверсантов пулеметным огнем. А потом оттуда полетели снаряды. Один взорвался недалеко от Самойлова. Он вжался в землю, и осколки просвистели над головой. Тут следом за первым на противоположный берег выкатился и второй немецкий танк.

— Отходим! — крикнул сержант. — К плацдарму! Быстро!

Они побежали. Через кусты. Через темноту. По ним по-прежнему стреляли вражеские танки. Но десантники и саперы уже затерялись в темноте. А, когда в небе над ними вспыхнула осветительная ракета, они уже прятались в роще под деревьями. Но цена была высока. Еще один сапер погиб. Еще один был ранен. Из группы Самойлова двоих десантников убило на отходе, а троих ранило.

* * *

Вторая группа, — численностью личного состава с неполный взвод, — которой Ловец назначил командовать ефрейтора Гаранина, впечатлившись тем, как этот молодой боец лихо расправлялся с немцами у старой баржи, занял позицию на автомобильной дороге. Эта была та самая рокадная дорога, которая шла из Ржева через мост на Вазузе и дальше через Зубцов на Гжатск. Она представляла собой главную артерию снабжения, по которой немцы могли быстро перебрасывать мобильные резервы: солдат на грузовиках и бронетехнику. И Гаранин должен был перерезать эту артерию.

Группа Гаранина состояла из двадцати человек, половину из которых составляли саперы со взрывчаткой в рюкзаках. А у десантников были автоматы ППШ, четыре ручных пулемета «Дегтярев» и даже противотанковые гранаты на случай, если встретят немецкие танки.

Гаранин расположил взвод в засаде в кустах у придорожной канавы. Он приказал замаскироваться, намазав лица глиной, как делал это Ловец. Никаких разговоров. Никаких движений. Понаблюдав немного, они выяснили, что оба пулемета на постах возле дороги у моста развернуты в сторону центра города, откуда все еще доносилась непрерывная стрельба. Еще имелась отдельно стоящая зенитка, но ее расчет тоже бездействовал.

Это позволило саперам подобраться к мосту под крутым берегом, незаметно заложить заряды и отползти обратно.

— Теперь ждем. Взрывать мост пустым не годится, — прошептал Гаранин командиру саперов, сержанту Корецкому, который лежал рядом. — Когда пойдет колонна, тогда и рви заряды.

Сержант кивнул. Он посмотрел на дорогу. Пустая. Темная. Только вдалеке, со стороны Ржева, виднелись отсветы фар. Может, это и есть колонна?

Они подождали и вскоре услышали звук моторов. Из темноты, со стороны Ржева, появились тусклые фары, притушенные светомаскировкой. Сначала одна машина. Потом вторая. Потом третья с солдатами в кузове… Первые грузовики пронеслись мимо них, соблюдая приличную дистанцию. Но потом грузовики пошли плотно. Притормаживая при въезде на мост, груженные машины осторожно въезжали на его полотно.

— Колонна с подкреплением для немцев, — прошептал Корецкий.

Гаранин кивнул. Он видел, что колонна была солидной. Десятки машин. И в конце — два бронетранспортера. И еще в середине колонны находились пушки, прицепленные к грузовикам.

— Ждем, — прошептал Гаранин. — Пока не войдут в ловушку.

Колонна медленно ползла на мост. Моторы ревели. Водители в кабинах не ждали опасности. Они думали, что дорога безопасна. Ведь немецкие пулеметные посты находились на своих местах… И вот уже почти вся колонна въехала на мост…

— Взрывай! — приказал Гаранин.

Корецкий покрутил ручку подрывной машинки, и раздались два взрыва: в начале и в конце деревянного моста. Деревянные