Пришествие Короля - Николай Дмитриевич Толстой-Милославский

рек, осмеливаются называть бриттов чужаками в стране, в которой те жили с тех пор, как ее впервые заселил Аэдд Великий, сын Придайна! Другие, более ученые, уверяли, что их предки пришли в Придайн с Бритом Троянским и что от него происходит название острова. Среди королей, соперничающих в происхождении, вспыхнули гневные препирательства, которые, прикрикнув, быстро прекратил управляющий короля Брохваэля. Великий король Поуиса, глава племени Каделлингов, горел любопытством узнать, что означает угроза Кеавлина.

— Петли? — воскликнул Кинан Белая Колесница, благородный сын Брохваэля. — На что намекает этот наглый торгаш? Разве не говорят в нашем народе: сапоги тачать сапожнику, пироги печь пирожнику? Кто таков этот фрайнк, чтобы говорить о сражениях и осадах? Я слышал, что стены Каэр Виддай неприступны, и прежде всего для дикарей, у которых нет осадных машин. Насыпи и крепости, сооруженные императором Артуром, все равно что тройные железные ободья! Где эти самые «петли» у нашей ловушки, которую эти лисы собираются взломать?

Само указал жезлом на точку на карте, где под прямым углом сходились северный и западный оборонительные рубежи.

— Здесь, на открытых дюнах, находится большая крепость, названная в честь Артура, Медведя Придайна, Динайртом. Саксы тоже называют ее «медвежьей крепостью» — Беранбурх. Уверен, что не ошибусь, сказав, что тут находится опора вашей обороны? Если так, то вы сами понимаете, что Кеавлин имел в виду, говоря о «петлях» клетки, в которой заперт его народ!

Король Мэлгон пристально рассматривал карту.

— Воистину, о Само, мы это видим. Тебе бы войско водить, а не торговать вином и маслом! Но хотя Динайрт и могучая крепость, она не новой постройки. Это твердыня королей древности, построенная еще до того, как люди Ривайна пришли сюда. По крайней мере так говорят. Но это всего лишь одна из построек, которую наши люди будут использовать во время войны. Какая выгода ивисам нападать именно на нее?

Чужак, который ранее говорил против слов купца, встал было, словно собираясь еще раз вмешаться, но последующие слова Само привлекли всеобщее внимание, и он промолчал.

— Признаюсь, мне неведомо все, что на уме у этих дикарей. Но на моем пути сюда, когда я ехал по огромной дороге между Каэр Виддай и Клэр Кери, я проезжал мимо дюн, что лежат рядом с Динайртом. И все, что я слышал и видел, позволяет мне, насколько я понимаю, разгадать их замысел. Зная, что саксы собираются напасть на эту крепость (речей о чем я никогда прежде не слышал), я пожелал узнать побольше о ее значении. Я порасспрашивал торфорезчиков, которых увидел у дороги, и они охотно рассказали мне обо всем, что я желал узнать. Динайрт, сказали они, огромная крепость, окруженная земляными насыпями с частоколом. Но теперь они обветшали, и частокол вроде бы местами подгнил. Место это не охраняется, если не считать двух десятков бриттов, что присматривают за сигнальной вышкой на валу. Меня поразило то, что если уж я так просто об этом узнал, то это так же легко выведали и лазутчики Кеавлина. Действительно, я узнал об этом не так далеко от поселений саксов. Они долго жили под властью бриттов, но, сколько волка ни корми, он все в лес смотрит. Как я понимаю, замысел Кеавлина в следующем. От Каэр Вент он отправит небольшой отряд отборных воинов на северо-запад от Каэр Виддай. Он знает, что не может захватить город, но с большим количеством крестьян и прочего народа он вполне способен устроить представление перед его вратами — чтобы ваши подумали, будто бы их много. Таким образом, ваш гарнизон будет привязан к месту и, может быть, даже отзовет своих людей с западных насыпей. Тем временем Кеавлин, собрав всех воинов, каких сможет, быстро двинется по северо-западной дороге и бросится на Динайрт, быстро укрепит его, сделает неприступной крепостью, которой она некогда, верно, была и с легкостью может стать снова.

— Что ему это даст? — воскликнул Рин маб Мэлгон, волк среди воинов, душистая трава королевского войска. — С таким войском, как наше, мы сможем обложить его и там или зайти ему в тыл, в самое сердце Ллоэгра, опустошив всю землю его отцов, как мы и замышляли сделать в любом случае!

Его отец Мэлгон, который, вне всякого сомнения, принимал участие в составлении речи купца, поднял руку и велел Мэлдафу начинать прения.

— То, что говоришь ты, принц Рин маб Мэлгон, верно, — ответил он сдержанно и изящно, — но необходимо рассмотреть и другие обстоятельства Захватив Динайрт, Кеавлин может для отвлечения сил напасть на наши укрепления с тыла или с боков. Действительно, нам придется оттянуть наблюдательные отряды из окрестностей или усилить укрепления людьми, так что наше могучее войско потеряет большую часть своих сил.

Кроме того, есть еще более суровая опасность, и она не ускользнет от внимания такой коварной лисы, как наш старинный враг. К северу и востоку от дюн, на которых стоит Динайрт, лежат многочисленные деревни, населенные этими язычниками ивисами. После разгрома в битве у Дин Бадон принесли они клятву верности владыкам бриттов и с тех пор жили в мире с нами и охотно платили ежегодную дань. Но, как ты думаешь, долго ли продержится их верность, когда над холмами взовьются драконьи стяги Кеавлина? Ему только пальцем поманить, как вся долина Темис будет его — как во времена его деда Кередига! Опасность этого, надо признаться, велика. Волкодавы могут с полным правом презирать лис, но, чтобы поймать лису, человеку нужна лисья хитрость. Сетью — не копьем добывают лиса. Кеавлин задумывает взломать петли на клетке, в которой он заперт. Но пусть остерегается, как бы эта петля не оказалась защелкой капкана!

На это сидевшие в палатах короля Кинана рассмеялись Кто хитрее старца Мэлдафа? По виду его нетрудно догадаться, что он уже придумал способ перехитрить коварного Кеавлина, чей военный замысел был теперь ведом бриттам. Рабы сновали по залу с сосудами меда, который владыки бриттов пили во славу друг друга, похваляясь, какую долю заздравного хмеля заслужат они в предстоящем походе.

Среди веселого шума Мэлгон Гвинедд и союзные короли встали и покинули огромный палестр с ярко расписанными стенами, роскошными колоннами из полированного камня и парящим сводчатым потолком. Вместе с главными своими советниками прошли они во внутренний покой, чтобы втайне обсудить свои замыслы. С ними ушел также и старец Мэлдаф вместе с тем чужеземным воином, что прежде вступил в спор, а за ними и я. Принцы Эльфин и Рин рассказали Мэлгону о моем небезыскусном вмешательстве в случае с Мантией Тегау Эурврона и