Путешественник - Е. Юань

печати. Он явно преследует цель нашими руками вмешиваться в ход мировых событий. Это кристально ясно читается по составу участников: сливки аристократии, кадровые церковные Потусторонние, уцелевший житель Земли, покинутой богами, преемница рода Авраамов, зрелый вампир… Каждый из нас олицетворяет собой отдельную фракцию, целый мир и надежный канал влияния».

Вихрь этих озарений ничуть не подавил Элджера; напротив, в его груди закипел пьянящий восторг. Для моряка самым леденящим душу кошмаром всегда была полная неизвестность мотивов господина «Шута». Теперь же, нащупав краеугольный камень Его замыслов, он мог виртуозно обходить любые риски, попутно извлекая из этого колоссальную выгоду.

«Раз уж „Шут“ намерен дергать за наши ниточки, Он неминуемо станет осыпать нас щедрыми дарами. Именно этого я и жажду… Иначе одному богу известно, когда на горизонте замаячит призрачный шанс стать полубогом-получеловеком… Хех, „Мир“, готов биться об заклад, тебе и в страшном сне не привидится, что твоя маскировка рассыпалась в прах перед моим взором…» — тревога окончательно отпустила Элджера, и он принялся деловито прикидывать, как бы поизящнее пустить в оборот сведения о порту Банси.

Выложить всё начальству напрямую было немыслимо, это мгновенно вызвало бы лавину подозрений. Оставалось лишь терпеливо выжидать идеального момента. Такого шанса, который сорвет бурные овации и щедрую награду от верхов, но при этом не посадит его на короткий поводок тотальной слежки.

«Справедливость» Одри без труда считала сложную душевную борьбу на лице господина «Повешенного», однако даже она не могла вообразить, что за эти жалкие секунды в его мозгу пронеслась целая буря гипотез и дерзких выводов.

Сама же девушка, опираясь на откровения господина «Шута», с превеликой радостью пополнила свою копилку знаний: «Роза Искупления» оказалась глубоко законспирированной ложей, основанной выходцами из числа «Королей Ангелов», и нитями незримой связи намертво сплеталась с «Истинным Творцом».

Вдобавок ее интуиция уловила явную странность в поведении «Мира». Этот самый непроницаемый член ложи, чьи эмоции всегда скрывались за глухой стеной, вечно оказывался в эпицентре грандиозных событий. Он играючи добывал бесценные агентурные сводки и то и дело пускал с молотка рецепты, материалы и Потусторонние характеристики. Складывалось впечатление, будто он каждую пару недель выходит на успешную охоту за магами!

«Он покинул Баклунд и подался в море? Или же эти слухи долетели до него еще в столице? Стоит ли мне передать эти вести Церкви? Хм… Господин Повешенный и без того тесно повязан с Церковью Повелителя Бурь, пусть лучше он этим и займется. Выйдет куда эффективнее, да и подозрений не вызовет…» — Одри подавила в себе жгучее желание выведать чужие секреты и с нескрываемым любопытством спросила:

— Многоуважаемый господин Шут, а какой титул носит «Король Ангелов» Медичи? Вернее, к какому Пути Он принадлежит?

Клейн, вальяжно откинувшись на спинку кресла, ответил низким, бархатистым смешком:

— Красный Жрец.

«Красный Жрец? Это еще что за Путь? Звучит под стать „Темному Императору“… Неужто это очередной титул нулевой Последовательности?» — с бьющим через край, радостным предвкушением подумала «Справедливость» Одри.

«Красный Жрец…» — мысленно перекатал это слово на языке «Солнце» Деррик. Порывшись в памяти, он с досадой констатировал, что в хрониках Города Серебра подобных терминов отродясь не водилось.

«Впрочем, возможно, я просто прочел слишком мало, ограничившись лишь базовыми уроками истории…» — с легким уколом сожаления рассудил паренек.

«Фокусник» Форс и «Луна» Эмлин внимали этим речам с не меньшим упоением, словно завороженные слушатели невероятной сказки, жадно впитывая любые крупицы столь возвышенных тайн.

Единственная беда заключалась в том, что ни похвастаться этими секретами перед зеваками, ни вплести их в сюжет нового романа было категорически нельзя! От этого запрета душа писательницы просто изнывала от тоски.

«Сдается мне, господин Повешенный непременно сольет это начальству. Уповаю лишь на то, что он не станет тянуть кота за хвост… Зная его проницательность, он наверняка уже нащупал странности в поведении „Мира“ и раскусил его незримую связь с „Шутом“. Хвала небесам, я загодя позаботился о том, чтобы намертво сплести личину „Мира“ с Шерлоком Мориарти, наделив его статусом благословенного. Господин Повешенный в лучшем случае докопается именно до этой ступени, но ему и в страшном сне не привидится, что суровый „Мир“ — лишь пустая, бездушная марионетка…» — мысленно усмехнулся Клейн. Потерев подбородок, владыка с мягкой улыбкой изрек:

— Можете продолжать.

Убедившись, что господин «Шут» закрыл предыдущую тему, «Луна» Эмлин вынырнул из своих возвышенных грез о спасении расы и сурово столкнулся с прозаичной реальностью.

Он был на мели!

Как бы там ни было, мысль о продаже любимых кукол даже не допускалась. Вампир лишь сурово пообещал себе: отныне — строжайшая экономия. Полгода, а то и целый год затягивания поясов, чтобы в награду обзавестись новой фарфоровой красавицей или справить свежие наряды для уже имеющейся коллекции.

Иных путей заработка, кроме как втихую приторговывать чудодейственными снадобьями, в его голове не находилось. Однако подобный бизнес грозил навлечь беду на затаившихся в столице сородичей.

«Раз уж всё это — воля самой Прародительницы, по логике вещей лорд Нибайс просто обязан был бы раскрыть кошелек и ссудить меня деньгами. Вот только господин Шут строжайше наказал держать рот на замке, неся бремя спасителя в глухом мраке безмолвия…» — поразмыслив пару секунд, Эмлин деликатно откашлялся и заговорил:

— Господа, у меня возник один деликатный вопрос.

— Ситуация такова: допустим, некий могущественный мастер поручил вам весьма щекотливое расследование. Вы блестяще справились с задачей и раздобыли сведения, однако в силу неких причин лишены возможности передать их нанимателю. Как в таком случае продолжить тянуть из этого покровителя поддержку?

Едва эти слова слетели с его губ, Эмлин внезапно почувствовал острый укол стыда.

«Ведь это… это же чистой воды поведение подлого предателя и двурушника! Нет, вздор! Я иду на эти жертвы исключительно ради выживания всего рода Крови! Ради благой цели я обязан наступить на горло собственной чести и сносить глухое непонимание. А когда буря уляжется и истина восторжествует, они еще будут слезами умываться, восхищаясь моим подвигом…» — «Луна» Эмлин молниеносно нашел себе железобетонное оправдание.

В этот миг «Справедливость» Одри, «Фокусник» Форс и «Солнце» Деррик как по команде устремили взгляды на Элджера. В их глазах господин «Повешенный» был непревзойденным, тертым калачом в подобных интригах — лучшим наставником, которого только можно вообразить.

Восседающий во главе стола «Шут» Клейн был с ними абсолютно солидарен.

«Повешенный» Элджер скользнул по «Луне» оценивающим взором и издал тихий смешок:

— Всё до смешного просто. Однако вам придется взвалить на свои плечи определенный риск.

Эмлин на одних инстинктах