Проснулась женой врага - Елена Шторм

и начать охотиться на детей. И это может быть последним, что я сделаю в жизни!

Но ещё Фолл считает, что моя сила должна помочь. Я могу вернуться и помочь Шейду, Дасту, всем - а ведь они ещё не знают, не разберутся без меня!

Воздуха не хватает. Сознание плывёт… наверное, это и становится решающей каплей: я закрываю глаза и тянусь к силе.

Тянусь - и наталкиваюсь на стену.

- Нет, конечно нет! - шипит и рычит надо мной искажённый голос. - Я не дам тебе превратиться, глупая девка!

Нет?..

Распахиваю глаза вновь.

В каком-то тёмном мареве разглядываю лицо Фолла. Его руки и руки сопящего Ворна, магические пути, тот поток магии, что пытается вскрыть меня. Накрывает чёрная решимость. Сомнения растворяются. Что, я дам таким как они себя убить? Таким как они решать, чего я достойна и чего нет, определять мою судьбу и место в этом мире?!

Резко вцепляюсь в силу со своей стороны.

В глазах Фолла на миг мелькает то, что я видела в глазах Старии, когда “перетягивала” её. Удивление. Страх?

Я не так уж плохо познакомилась с этой магией, почему это всех шокирует?

Искры взвиваются между нами. И я тяну, рву, тащу на себя!

Фолл вскрикивает. Его руки вспыхивают огнём - и уже местами прорезанная чешуёй одежда, и сама кожа! Отпущенная им магия с плеском впечатывается мне в грудь. Оглушает!

На несколько секунд все звуки в мире пропадают - кроме мелодии, которая снова пронизывает меня насквозь.

Что-то… поворачивается во мне.

Что-то древнее и могучее.

Кажется, что меня осторожно разжимают изнутри, как кулак. Сознание бьётся в панике, умоляет сопротивляться! Колотится как в стеклянной клетке, как я колотилась в коконе Дастмора. А когда я всё-таки поддаюсь….

Мир взрывается.

Мои глаза тоже заливает огнём. Ночь становится белой.

Потом…

Раньше, чем понимаю, я уже бросаюсь на Фолла. Путы лопнули под моим натиском, его ослабевшие, обожжённые руки не могут от меня отгородиться! Зубы вцепляются ему в предплечье. Глубокий крик летит над полем и растворяется в ночи!

Ворн набрасывается на меня сзади. Но сзади у меня словно распахиваются двери в темноту. С треском рвётся ткань платья. Со свистом вылетают чудовищные крылья! Их острые, костяные края полосуют лорда по лицу - и вот я уже сама держу его за горло.

Моя рука выглядит не совсем моей.

Суставы, кости, тоже словно перестают мне принадлежать! Даже разорванное платье становится тесным. Как и сама кожа, само тело!

Из меня рвётся звон, огонь и чужие воспоминания - и меня выворачивает наизнанку.

Боль догоняет. Прорезает всё тело. Она такая сильная, какой я и представить раньше не могла! Так что я забываю про Ворна, забываю про всех вокруг и только кричу и корчусь на земле! Но моего крика не слышно. Где-то ревёт чудовище…

А меня кидает в образы и чувства.

Боль утраты… одиночество… Годы и годы ожидания, годы поисков чего-то ужасно важного, что всегда ускользало. Острые горы с кристальными пиками и зелёные поля, ставшие мне слабым утешением, домом. Потом - забавные двуногие существа, которые в этот дом пришли и зачем-то стали мне служить. Когда я снова что-то вижу, вокруг - хаос и крики тех самых двуногих зверьков. Они такие испуганные… такие мелкие и жалкие!

Да, именно они когда-то мыли мои лапы, приносили мне еду… Приводили на поводке своих гадов, чтобы те искупали вину, выполняя мои прихоти. Они все не такие как я. Они меньше, слабее и никогда не могли заполнить пустоту внутри.

Ноги переступают по земле - и кто-то опять испуганно орёт. Хрустит дерево повозки…

Нет. Нет!

Я не хочу. Я ещё здесь… Но чувство, что в тоже время - уже смотрю на всё со стороны. Не могу даже закрыть глаза, просто не знаю, как!

Пытаюсь сосредоточиться и зацепиться за чувства. Я хотела вернуться! Обязательно! Но зачем? Чтобы помочь кому-то - но кому? У меня на самом деле никого нет… были только сёстры, но они упорхнули и забыли про меня. А теперь я забыла про них… Осталась одна среди непонятных, ненужных чужаков.

Внезапно острое чувство тоски и одиночества перерастает в гнев. Ноги… нет, драконьи лапы роют землю. Огромные крылья расходятся и смыкаются перед мордой, раскидывая ещё нескольких двуногих.

И потом я взмахиваю этими крыльями - и, не обращая внимания на глупых зверьков, взмываю в небо.

Я хотя бы свободна.

Наконец-то свободна!

67

Шейдран

Мир сужается до коридоров в дыме, до тёмных стен и чужих возгласов.

Прикрываю лицо рукавом: магия защищает от дыма плохо.

- Что с пожаром? - спрашиваю, добравшись до магов.

Им удалось унять огонь. Возможно, скоро удастся и совсем прибить - и это пока единственная хорошая новость.

- Найди Вальеро, - ловлю самого молодого. - Передай, что простых людей надо уводить из крепости, срочно.

Мне и за этих, “непростых” тревожно! В одном Дастмор, Свет его дери, прав. Сейчас все, кто касается магии - в опасности и представляют опасность.

- Скажи, чтобы главный лекарь остался. К нему придут с ранами, с ожогами. Перенесите магистра Вейна в лекарскую, там должно быть не дымно, и возвращайтесь, закончите здесь.

- Вы снова к рунам? Идти с вами? - вскидывается Тенебрин.

- Я один.

В подвале так же жарко и душно. К запаху гари примешивается густой запах грозы. Воздух словно отравлен силой, и меня опять штормит от неё.

Дракон царапает грудь изнутри.

- Замолкни! - рычу на него.

Собственная слабость… выбивает из колеи.

Если я сойду с ума, у Камнепева не останется защитников. Хуже, я буду главной проблемой. Зверь, который мне достался - точно не добрый, не мирный. Он злобный и всё здесь разнесёт! И он всегда чувствует мою слабость.

В лучшие дни я не мог держать его в узде. Как собираюсь сейчас?

- Смотри! - цежу, заставляя воздух вспыхнуть новыми рунами.

Я не мастер их рисовать. Но именно на крайний случай вызубрил ряд защитных - призванных не тянуть силу из земли, а закрыть это место от неё.

И в следующие четверть часа я вливаю в них всю свою дурную мощь. Собственными руками продолжаю рушить то, что строила наша семья. Кровь колотит в ушах, пальцы немеют.

Но даже когда первый защитный круг готов - он выглядит примерно как ржавый крючок на воротах крепости. Проклиная всё на свете, берусь