Ухорез 4 - Василий Горъ

выдернула меня наружу, радостно повисла на шее и поздоровалась… с напарницей:

— Доброе утро, Наташ! Ты не представляешь, как я рада вас видеть и как сильно я вами горжусь…

— Привет, Даш! — улыбнулась «Природница» и подколола: — Не скажи, что гордишься нами сильнее, чем мы сами собой?

— Ага! — подтвердила блондинка, чмокнула меня в щеку, поздравила с обретением сумасшедшего статуса и рванула домогаться к моей подруге.

Следующие минуты две веселила своими впечатлениями о пожаловании нас боярами, о результатах «самого безумного аукциона в истории Империи» и о «буйстве» Нинки. А после того, как выговорилась, вдруг сообразила, что мы приехали не на «Кошаке», и наехала на меня:

— Что это за машинка, и почему вы не на «Гепарде»?

— Это «Магнат». Подарен мне Наташей. Под выезды типа вчерашнего… — начал я, сделал небольшую паузу и шокировал сестренку убийственным утверждением: — Пригодится и сегодня: я намерен забрать тебя, Таню и Петю в свое родовое поместье. Праздновать Новый год в компании бояр и боярынь. Вот и пригнал машину, в которую можно влезть впятером…

…Как я и предполагал, жесткость формулировок моих ультиматумов сделала свое дело — Константин и Тихон Юрьевичи разрешили забрать детей… на неопределенный срок и даже «радостно» поулыбались. Поэтому Дашка, Танька и Петька побили все рекорды по скоростным сборам, принеслись к «Магнату» к десяти сорока пяти, закидали в багажник сумки и переноску с Милашкой, после чего оккупировали заднее сидение. Ну, а я тронул машину с места, через пару минут вырвался на оперативный простор, попросил девчат немного помолчать и набрал Янину Павловну.

Разговор с нею не затянулся — женщина, дожидавшаяся моей отмашки, пообещала выехать из поместья в течение полутора минут — так что я сбросил вызов и заявил, что решил последний важный вопрос.

«Доблестная защитница», мгновенно врубившаяся в «намек», радостно подалась вперед, уперлась локтями в спинки сидений и дотронулась до плеча моей напарницы:

— Теть Наташ, я половину ночи смотрела репортажи из Дворца Приемов и лопалась от гордости в том числе и из-за вас: если в нашу прошлую встречу вы ощущались ведомой моего братика и чувствовали себя в окружении дворян крайне некомфортно, то вчера вели себя, как настоящая боярыня — давили харизмой даже Великих Князей, смотрели на иностранных послов сверху вниз и с хорошим юмором отвечали на шутки Белосельских, на что, между нами говоря, хватает мужества далеко не каждому потомственному аристократу!

— С твоим братиком и тетушкой не забалуешь… — притворно вздохнула «Природница». — Вот и приходится меняться, что называется, бегом. Причем не только мне…

Девчушка рассмеялась:

— Ну да, Нина Петровна тоже «изменилась»: выдернула датчанина из кресла, как пробку из бутылки, шустренько сломала и подала Белосельскому на блюдечке с голубой каемочкой, то есть, готовым прогибаться до перелома позвоночника! Кстати, представляю, как веселится государь, прогибая главу рода Эстридсенов и Олафа Шестого…

— Думаешь, что прилетело и королю Дании? — спросила Наташа, решив выяснить, чьи слова повторяет мелочь, и удивилась полученному ответу:

— Такие возможности не упускают даже самые тупые дворяне. А Виктор Константинович — самый умный и жесткий политик современности, а значит, выжмет «венценосного брата» досуха…

Танька делилась с «тетей Наташей» информацией о наиболее значимых личных достижениях Императора всю оставшуюся дорогу до «Ключей» и, по моим ощущениям, неслабо впечатлила. Причем как объемом знаний и уровнем их осмысления, так и умением связно излагать мысли. Наверняка продолжила бы лекцию и дальше. Но я притормозил рядом с лимузином Волковой, опустил правое переднее стекло и жестом попросил ее водителя следовать за нами. Так что девчонка, обдумав эту «странность», нахмурилась и завертела головой.

После того, как я загнал «Магнат» на его законное место и дал команду выбираться из салона, решила, что мы собираемся перебраться в «Престиж» Янины Павловны. Но когда и она выбралась на оперативный простор, причем с небольшой дорожной сумочкой наперевес, растерялась.

Я мысленно хохотнул, весело поздоровался с подругой матушки, хотя мы расстались всего несколько часов тому назад, построил всю компанию и повел за собой. А через пару минут, первым выйдя из лифта, навелся на свой новый квадрокоптер и услышал сразу два восторженных выдоха:

— Братик, тебе подарили «Овод»⁈

— Олег Леонидович, если эта игрушка моей мечты — ваша, то… я вот-вот умру от белой зависти!

На вопрос Таньки я ответил коротким кивком, а Волкову подколол:

— Понимаю, что смерть от белой зависти будет не такой мучительной, как от черной, но умереть я вам не дам. Чтобы не расстроить матушку…

— И как вы собираетесь меня реанимировать? — ехидно поинтересовалась она.

Я насмешливо фыркнул:

— Реанимировать⁈ Зачем⁈ Я позволю вам довезти нас до «Стрешнево»!

Экстремалка заулыбалась и заявила, что я коварен до невозможности, но отказываться от предложения и не подумала. Поэтому следующие полчаса я изображал пассажира. Ага, именно его, так как уступил кресло по соседству с пилотским молчуну-Петьке, а сам устроился рядом с Наташей и весь перелет до аэродрома веселил сестренок. А там пришлось посерьезнеть — выбраться из квадрокоптера перед моим ангаром, войти внутрь, оглядеть второй подарок Белосельских — двенадцатиместный «Коршун» в мрачноватой красно-черной ливрее — познакомиться с пилотами и стюардессой, проштудировать и подписать их контракты, перечислить подъемные и так далее. Зато потом самолет выехал под открытое небо, на его место «задвинулся» квадрокоптер, четверо дам, один кавалер и один пушистик сменили транспорт, а стюардесса по имени Марина, внезапно нарисовавшись на пороге салона-гостиной, предложила нас покормить.

Я прислушался к своему организму, пришел к выводу, что завтрак давно переварился, и попросил «меню».

Девушка раздала небольшие планшеты, оформленные под стиль салона, показала, под какой пиктограммой скрывается нужная информация, и объяснила, как отправляются заказы. После чего мягко улыбнулась и технично свалила.

Меню оказалось очень и очень приличным. Но я все равно отправил Наташе сообщение, в котором попросил взять на себя снабжение этого борта «всякими вкусностями». И получил ответ, заставивший задуматься:

«Тут будет все. Начиная со свежих фруктов и заканчивая… шелковым бельем для салона-спальни. Кстати, кто в ней будет спать во время этого перелета?»

Думать… хм… теоретически я не любил, поэтому встал с кресла, дошел до двери в следующий салон, заглянул внутрь, обнаружил всего два кресла и сообразил, что этот самолет — ни разу не стандартный. То есть, в нем не два салона, а три.