Бессмертный - Е. Юань

потому, что для меня это сулит лишь благо. Я же не слепая: и ты, и стоящая за твоей спиной ложа до одури заинтересованы в том, чтобы раскопать истинные замыслы короны и тех ублюдков, что дергают за ниточки. Если, подкинув вам парочку железобетонных зацепок, я смогу стравить вас с ними и заставить подлинных кукловодов вылезти на свет божий — я сделаю это с превеликим удовольствием. Это сыграет мне на руку в моей вендетте, да еще как сыграет.

«Если следовать этой изящной логике, то, вывернув ее наизнанку, получаем следующее: я точно так же могу сыграть на твоих мотивах, бросив тебя на амбразуру расследования, дабы ты сама выудила истинных кукловодов из их нор. А моя собственная фракция тем временем преспокойно отсидится в тени, не рискуя подставить шею до получения железобетонных разведданных… Погодите-ка, а ведь вся эта недавняя тирада Трисси — не что иное, как виртуозная попытка подбить меня на ограниченное сотрудничество, где она добровольно вызывается шагать по минному полю в поисках истины… Она открыто выкладывает на стол свою полезность, крича о том, что ее выгоднее использовать, чем пустить в расход… До смерти боится, что я всё-таки вынесу ей смертный приговор…» — Клейн, без труда раскусив подлинный посыл Ведьмы, дернул за ниточки «Мстительного духа» и произнес:

— В этом есть резон. Пожалуй, именно так я и поступлю.

— Сдается мне, нет ни малейшей нужды прибегать к угрозам или посулам. Едва встав на ноги, ты и сама костьми ляжешь, лишь бы подобраться к виконту Стратфорду.

Уголки губ Трисси едва заметно изогнулись:

— Искренне уповаю лишь на то, что он не питает слабости к мужчинам.

«Даже эта беда вполне поправима. Раз уж ты добралась до пятой Последовательности, можешь смело перескочить на смежный Путь „Охотника“, став „Железнокровным рыцарем“ четвертой ступени… Да и вообще, ты часом не запамятовала, кем была раньше? С какой стати ты так вжилась в роль, всё чаще и охотнее пуская в ход чары „Демонессы Наслаждения“ против мужиков?..» — мысленно отпустив в адрес собеседницы пару едких шпилек, Клейн заставил Сеньора издать тихий смешок:

— Это сущие пустяки. Всегда сможешь сунуть ему под нос свои старые фотокарточки.

Трисси опешила на долю секунды. Ее лицо исказила легкая, болезненная гримаса, словно кто-то безжалостно вырвал из самых глубин ее души тщательно сокрытый, жгучий стыд и выставил его напоказ под палящими лучами солнца.

Ее изящные глаза тут же заволокло пеленой клокочущей ярости, рожденной унижением, а бледное от ран лицо в мгновение ока залилось густым, пунцовым румянцем.

Впрочем, Ведьма молниеносно взяла эмоции в узду. Издав сухой смешок, она хрипло проронила:

— Как и ожидалось от «Адмирала Крови». Вы, погляжу, досконально осведомлены о специфике Пути Демонессы.

«А ведь она до этого момента сомневалась. Я-то грешным делом думал, что Секта Демонессы и Школа Розы водили тесную дружбу, отчего она и была железобетонно уверена, что „Адмиралу Крови“ ведомы грязные секреты Пути „Ассасина“, и потому так лихо парировала шуткой… Как ни крути, а насмехаться над чужим полом — затея откровенно скверная… Хм, впрочем, для мерзавца калибра „Адмирала Крови“ такое хамство подходит как нельзя лучше… Не зря же одна из незыблемых заповедей „Марионеточника“ гласит: „Заруби на носу, у каждой твоей куклы есть свой, неповторимый характер“? А то, что Трисси сама первой заикнулась о старых фотокарточках, судя по всему, было лишь выплеском пьянящего восторга после расправы над давним кровным врагом. Она попросту не отфильтровала, что именно несет…» — Клейн, погрузившись в задумчивость, едва заметно кивнул и вновь дернул за ниточки Сеньора:

— Достигнув моих высот, волей-неволей обрастаешь весьма специфическим багажом сокрытых тайн.

Не став больше обсасывать эту щекотливую тему, он перешел к делу:

— Как мы будем держать связь?

— Пока ты будешь рыть землю носом вокруг виконта Стратфорда, я вполне смогу подкинуть тебе кое-какую помощь.

Трисси потянулась к виску, пропустив сквозь пальцы прядь своих густых, шелковистых черных волос. В ту же долю секунды из пустоты соткался призрачно-синий ледяной клинок, беззвучно срезавший небольшой локон.

Разжав ладонь, она позволила безмолвному черному пламени вырваться наружу и жадно поглотить волосы, превратив их в невесомый пепел.

Вопреки законам природы, этот пепел не разлетелся под порывами промозглого сквозняка из стоков. Напротив, он начал стремительно сжиматься, сплавляясь в густую, напоминающую деготь черную кляксу.

— Размажь это по зеркалу тонким слоем, и я мигом почую, что ты ищешь встречи. Через это же зеркало мы и будем толковать, — небрежным взмахом кисти Трисси швырнула вязкий черный комок прямо в «Адмирала Крови» Сеньора. — Этого варева хватит раз на пять. Более чем достаточно.

Поскольку Сеньор был всего-навсего бесчувственной куклой, Клейна совершенно не заботило, таит ли эта липкая дрянь в себе подвох. Марионетка ловко перехватила сгусток, мазнула по нему равнодушным взглядом и буднично сунула в карман.

Трисси погрузилась в молчание на пару долгих секунд, после чего, слегка прикусив губу, произнесла:

— А если мне позарез потребуется подмога, как связаться с тобой?

«А вот это уже задачка…» — Клейна так и подмывало велеть ей напрямую призывать госпожу посланницу Рейнетт Тинекер. Как-никак, стоило Трисси лишь навести справки о последних похождениях «Адмирала Крови», как она в два счета смекнула бы, что за спиной этого «Мстительного духа» маячит фигура Германа Воробья. Утаить шило в мешке всё равно бы не вышло.

Поразмыслив пару секунд, сыщик всё же предпочел не пороть горячку. Он резонно рассудил: когда Ведьма докопается до истины сама, тогда и можно будет сменить каналы связи — время еще терпит.

«Будем откровенны, доверять ей — себе дороже… Да, вполне вероятно, что ею движет искренняя скорбь по принцу Эдсаку, но я готов биться об заклад, что там затесалось и кое-что еще. Например, жгучая жажда отомстить за саму себя…» — Клейн заставил Сеньора обвести канализацию тяжелым взглядом и проронить:

— Здешние стоки таят в себе бездну секретов, и я частенько наведываюсь сюда. Будет нужда — черкни послание прямо на стенах, я прочту.

— А если дело запахнет керосином и времени в обрез — выходи на того типа, что приходил до меня. Пусть он оставит весточку здесь.

Трисси ответила медленным, тяжелым кивком:

— Добро.

Смекнув, что беседа подошла к своему логическому финалу, Клейн уже изготовился увести марионетку Сеньора прочь.

Как вдруг его «взор» вскользь скользнул по рукам Трисси. И тут сыщика словно током прошибло: тот самый сапфировый перстень, чья мощь была сопоставима с запечатанными