Вспомнить нас - Читай DRAGONFLY

замахала в окно. В итоге, медленно отъезжая, на прощание она прислонила к стеклу фак с острым ногтём.

— Побыстрее, пожалуйста, Алина! — строго донеслось в трубке.

— Хорошо, минут через пять буду. А… зачем?

Но на этом наш разговор завершился. И самое тупое, что навязчивое чувство дежавю не ограждало меня от нарастающего страха.

Перебегая мокрую дорогу, я начала прикидывать, откуда у замчихи мой номер. Так и не вспомнив, обогнула на цыпочках все лужи и острова грязного снега, чтобы не промочить кроссовки. Ещё одно подтверждение — весна. А вечер в театре с голыми коленками точно был ранней осенью. Я взошла по ступеням, юркнула за дверь. Торопилась.

В здании колледжа витал тёплый затхлый воздух. Но вместе со мной из-за уличной створки ворвался сквозняк и разогнал аромат выпечки по первому этажу. В холле, шаркая и присвистывая, расхаживал седоватый охранник. В его старческих руках громыхала связка ключей. Поглядывая на неё, я машинально извлекла из кармана пропуск и прошла через железный турникет.

Подозрительно знакомые звуки…

Наверху меня и вправду ждали. Вбежав по лестнице в правое крыло, я на уверенных щах влетела в приёмную и обнаружила благоухающую Ульяну Игоревну… в компании покемона с лысым дядькой В ПОЛИЦЕЙСКОЙ ФОРМЕ! Попятилась и со сдавленным писком впечаталась в стену.

Трое тут же повернулись в мою сторону.

— А, ты уже пришла! Проходите, пожалуйста, в семинарную. Я присоединюсь к вам позже, — жёстким тоном сообщила замчиха.

МНЕ ХАНА!

— Да не стоит. Мы сами разберёмся, — отрезал мент.

СО МНОЙ?!

Недовольная замдиректора скрылась в своём кабинете. Я, как мышь, затряслась, пропуская мужика, напяливающего фуражку, вперёд.

Вот так сразу? ДАЖЕ НЕ ДАДИТЕ ПОСЛЕДНЕЕ СЛОВО?!

Я не позволила пройти покемону, устремившемуся в коридор следом за полицейским, — нервно шагнула прямо перед ним к порогу и упёрлась в проём руками. Дыхание участилось.

На горловине вишнёвого свитера повисли очки в металлической оправе. Из-за закатанного рукава на волосатом запястье виднелись массивные часы. Почти как у его папаши! Пряди чёлки выбились из идеальной «неидеальной» причёски и спали на нахмурившийся лоб.

Чтобы сглотнуть, пришлось опустить задранную голову.

— Ты же не станешь слушать, как он меня отчитывает? — шепнула я, дрожа под козырьком. — Скажи «нет»!

— И вам «здравствуйте», Алина, — мягко донеслось сверху. — Соболезную.

Макушке вдруг стало прохладно. Волоски, выбившиеся из кос, приподнялись вслед за кепкой, которую покемон с меня снял.

11. Нормы приличия

— Вам нужно принести извинения Павлову, — вдруг проронил режиссёр, нацепив очки.

— Чё?

Мне послышалось?! Только что в его присутствии полицейский встал на мою сторону, а покемон предлагает лизать жопу провокатору?!

— Я не собираюсь извиняться! Оставь свою воспитательную миссию для безмозглых первашей! И вообще! Скажешь ты уже или нет, как…

— Не похоже, чтобы вы были сильно взрослая.

А-а-а! Вот гад! ПРЯМО НА БОЛЬНОЕ!

Осёкшись, я прикусила губу и скрестила руки на груди. Покемон, сквозь стёкла ровняющий меня взглядом с полом, встал. Принялся небрежно растаскивать по местам стулья.

— Это из-за роста? — прикрикнула я поверх жалобного скрипа линолеума. Его зацарапали металлические ножки. — Да мало ли, как я выгляжу!

— Дело не во внешности. — Рот покемона слегка насмешливо скривился. Это оказалась первое за всё время подобие улыбки, которое я обнаружила на снобистском лице. — Давайте закроем тему? Вы извинитесь завтра на парах и продолжите свой путь исправления. — Не извинюсь. Пошёл ты! — Вы же за этим вступили в творческую студию? Чтобы изобразить бурную деятельность? Раз уж вы здесь, исполните номер, с каким хотите выступить на веснушке.

Всезнайка шагнул на ступень, на высоте которой располагался преподавательский стол. Медленно приблизился к нему, видимо, так отдыхая от зрительного контакта, которым я его уничтожающе преследовала. В раздумьях подержался за лоб и достал на обозрение чёрный чехол.

Плотная натянутая ткань имела очертания гитары. Покемон положил её на столешницу и звучно расстегнул молнию — я тоже, на куртке. Подрыгалась, чтобы та спала с плеч, и вытянула из рукавов ладони тыльной стороной прямо перед собой. Отёк спал, но краснота на ноющих косточках ещё напоминала о том, насколько опасно со мной связываться.

— Как тебя зовут? — прервала я затянувшееся молчание.

Мужчина стиснул зубы до желваков. Направившись ко мне с инструментом, почти незаметно вздохнул. Ха-хах!

— Держите.

Игнор... Как предсказуемо! Лакированный бежевый корпус сверкнул, когда я, и не дёрнувшись со стула навстречу, приняла холодную гитару. Гриф оказался сразу в нужной руке.

— Спасибо, покемон. Так как тебя звать?

Наверху зло дрогнули уголки губ. Я хихикнула и опустила правую ладонь к деке. Неужели сегодня доконаю молчуна?!

Но тут пальцы соприкоснулись со струнами. Непроизвольно сорвалось с языка:

— Это чё такое?

«Четырёхглазый» покемон успел ретироваться подальше. Суетолог! Прислонился задом к столу, скрестил не только руки, но и ноги. Я оттолкнула инструмент бедром. В полёте перевернула его навзничь и брезгливо вытянула перед собой:

— Первый раз держу в руках такое днище! Как играть-то? Почему струны пластмассовые?

— Они нейлоновые. Это классическая гитара.

— Фу! Где ты только её откопал?

— У себя дома.

Мы обменялись взаимно враждебными взглядами. Я сглотнула.

— Окей. А зовут тебя?.. — Грудь мужчины принялась медленно вздыматься от дыхания. НУ КОНЕЧНО, он вновь смолчал! Я и не рассчитывала, что сорвётся… Но было заметно: терпение покемонишки на исходе. Не долго раздумывая, я шумно втянула воздух и надрывно затараторила: — Кактебязовут-кактебязовут-кактебязовут-кактебязовут-кактебязовут-кактебязовут?

Всё! Дыхалка кончилась.

Режиссёр выслушал мою пародию на Осла из «Шрека» не моргнув и глазом. Не скукожив пальцы на свитере, не издав ни звука. Только в семинарной от возросшего напряжения едва не затрещал воздух.

Словно лошадь после скачек, я наигранно громко отдышалась и уточнила:

— Фух! Мне уже петь?

— Да, пожалуйста.

Ну всё, сам напросился!

Подушечки вдавили между ладов мягкие полупрозрачные струны — за такие можно было прослыть неженкой! Я изобразила на грифе первый вспомнившийся аккорд, и дренькнула правой рукой. Звук раздался неожиданно звонкий, по ощущением, слегка фальшивый. Гитара расстроена.

Отлично! Кажется, это уловил и покемон, только он не собирался ничего предпринимать, хмуро вслушиваясь во вступление. Муд: исполнить для бумера его песню-ровесницу!

Ах, если бы имелась возможность задействовать ещё и перфоратор!

Я принялась бодро лабать в такт каждому слову:

— Там, где застряли! Немецкие! Танки!

Пройдут! Свободно! Русские! Панки!

Ты! Раздави! Меня! Хоть танком!

Я! Всё равно! Буду! Панком!

Двухцветные бегающие глаза остекленели и расширились. Повезло, что не треснули очки! Ведь режиссёр наверняка заценил рифму и глубочайший смысл сия произведения. Я продолжила выть припев, наблюдая, как мужчина с по-прежнему сложенными на груди руками оттолкнулся от стола и без