Белый дракон. Разрубленное небо - Александр Логачев
![Белый дракон. Разрубленное небо - Александр Логачев - Читайте книги онлайн на Hub Books! Бесплатная библиотека с огромным выбором книг](https://pbnuasecond.storageourfiles.com/s18/30104/img/30104.jpg)
![](/uploads/18plus.png)
- Автор: Александр Логачев
- Жанр: Фэнтези
- Год публикации: 2008
- Страниц: 99
- Просмотров: 0
- Возрастные ограничения: (18+) Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних.
Воспользуйтесь возможностью ознакомиться с электронной книгой Белый дракон. Разрубленное небо - Александр Логачев, однако, для полного чтения, мы рекомендуем приобрести лицензионную версию и уважить труд авторов!
Краткое представление о книге
Шрифт:
Интервал:
Когда Небо и Земля были единым целым, а мужское и женское начало еще не разделились, все сущее представляло собой хаотическую массу, содержавшую зародыш жизни.
Затем появилось подобие ростка тростника, возникшее из хаоса, когда более легкие и чистые элементы поднялись вверх, чтобы образовать Небо, а более тяжелые осели и стали Землей. Эта загадочная форма превратилась столь же мгновенно, как и возникла, в первое божество — Куни-токо-тати, «Божество — Владыку Августейшей Середины Неба».
Затем возникли другие боги. Все они рождались по одному, пока не появилась пара божеств, Идзанаки и Идзанами, то есть Зовущий Мужчина и Зовущая Женщина. Когда они вместе стояли на плавучем мосту Неба и с любопытством смотрели на плавающую внизу Землю, старшие боги дали им украшенное драгоценными камнями коралловое копье. Они погрузили его в Океан и взбудоражили его воды. Когда они вынули копье, с его наконечника упали капли. Капли застыли и образовали острова, и на один из них спустилась божественная пара. Они установили коралловое копье в качестве центрального столба и опоры своего дома. Так была создана Япония.
Начало японской истории согласно старейшим японским хроникам «Кодзики» и «Нихонги»
Отчего-то великие военачальники любят тишину и одиночество. История знает немало тому примеров. Видимо, чем громче лязг оружия, тем больше тянет к уединению и покою.
Нава Такаши вот тоже любил тишину и одиночество. А в том, что он великий полководец, никто в стране Ямато не сомневался. Победитель айнов, герой сражения при Обама, усмиритель мятежа Асикага и Хосокава, а также восстания икко икки, — разве этого мало?
Такаши почти безвылазно жил в родовом селении Мидзума, редко бывая при императорском дворе в Хэйан[1]и еще реже в другой столице — в Камакура. Вернее, так: ни там, ни там Такаши не показывался без необходимости.
В родовом селении он сполна обретал желанные тишину и одиночество — его дом стоял на отшибе, на берегу пруда, окруженный лесом. Не то что голоса с чужих дворов не долетали до двора Нава Такаши, но и других домов отсюда было не видно.
Одиночество военачальника Такаши разделяли лишь жена и самые верные из его самураев. Дети жили в другом доме Такаши, находившимся в самом селении, — военачальник не любил громких звуков. А где дети, там неизбежны крики и возня. Особенно же Такаши не терпел, когда что-то нарушало ночную тишину. «Ночь — только в это время ты можешь услышать шепот духов-ками, можешь говорить с ними», — любил повторять Такаши.
Короче говоря, военачальник был типичным нелюдимом…
…Сегодня, как и в любой другой вечер, он спустился с крыльца. Жена осталась в доме, она никогда не сопровождала мужа в его вечерних прогулках. Кроме самурая Ясуоси во дворе никого не было. Да и Ясуоси, едва хозяин покинул дом, отступил за угол — чтобы своим видом не побеспокоить хозяина, не отвлечь того от раздумий.
Такаши вышел за ограду. Ворота были открыты — их запирали только после вечерней прогулки хозяина. Он сделал несколько шагов по направлению к пруду, и ноги утонули в высокой, пригнувшейся под вечерней росой траве. Его гэта были надеты на босу ногу, он чувствовал влажное прикосновение травы, но это его нисколько не раздражало.
Поляна, похожая на сосуд для саке, «горлышком» утыкалась в пруд. Поляну обступал лес — до захода светила вполне приветливый, сейчас же по-ночному мрачный. Однако сумрак, черной смолой заливший просветы между стволами кедров и лиственниц, не вызывал у Такаши ощущения какого бы то ни было беспокойства. Наоборот — только ночью в душе военачальника воцарялась полнейшая безмятежность.
А ночь сегодня была теплая и безветренная. Ни дуновения. Листья и трава казались нарисованными — настолько были неподвижны. Нава Такаши подумал, что будет совсем неплохо, если бог луны Цукиёми и бог ветра и воды Сусаноо в эту ночь снова сойдутся в битве за владычество над страной Идзумо. От взмахов веера-тиссэн в руках Сусаноо поднимется ветер и освежит тело под кимоно, и легче станет дышать.
Но, видимо, не суждено было небесам в эту ночь увидеть битву богов. Подлунную тишину нарушали только звуки ночных птиц: уханье филина, призывные трели каких-то неугомонных птах да шорох потревоженных ветвей. А в небе, свободном от туч и облаков, висела ущербная луна.
Маслянисто-желтый свет фонарей, укрепленных на брусьях ворот, отражался в каплях росы. Такаши шагнул за зыбкую границу света и тьмы. Ему предстояло пройти двести ежевечерних шагов до пруда. Там он спустится по пологому берегу к воде, некоторое время (что важно — не считая его, а опираясь лишь на внутреннее желание или нежелание оставаться дальше) проведет у воды, созерцая окружающую красоту и предаваясь размышлениям. Потом вернется в дом.
Пруд — небольшое блюдце почти идеальной круглой формы, словно не природой создан, а человеческими руками. Пруд наполняли минеральные ключи, отчего водоем был прозрачен до дна, не зарастал водорослями и в нем не водилось ничего, кроме, может быть, каких-нибудь жуков и прочих мелких водяных жителей.
Посередине водоема покачивался плот. На скрепленных между собой, притопленных в воде бревнах горели фонари. Их крохотные огоньки отбрасывали блики на воду. Красивое зрелище… Плот распорядился соорудить Такаши. Он как-то подумал, что если в естественную красоту, не нарушая ее, внести небольшое дополнение, то это должно лишь усилить воздействие красоты на душу созерцателя…
Такаши вдруг показалось, что под водой около плота проскользнуло продолговатое черное тело. Нет, почудилось, конечно. Никакой рыбы в пруду нет и взяться ей неоткуда. Разве только в водоеме не надумала поплескаться выдра. Но чуть солоноватая вода, думается, ей не понравится…
Непроизвольно ускорив шаг, Такаши быстрее обычного добрался до берега. Здесь, как обычно, к его приходу уже был подготовлен соломенный коврик и небольшой столик с бутылочкой саке на нем и деревянным стаканчиком. Военачальник вгляделся в воду, обежал взглядом блюдце прозрачной воды, но ничего необычного не увидел. Значит, рыба или выдра действительно только померещилась.
Такаши опустился на соломенный коврик, налил себе саке.
Затрещали ветки и раздался хлопок, своей неожиданностью заставивший Такаши вздрогнуть…
Крупная ночная птица вырвалась из темных зарослей и пролетела над поляной, спланировав почти к самой траве в поисках одной ей видимой добычи, и скрылась опять в чаще, но, похоже, ни с чем.
Конечно, одиночество военачальника Такаши было в некотором роде искусственным. Он знал, что его самураи сейчас находятся поблизости, оберегают своего господина, тайно приглядывая за ним из лесных зарослей. Сколько их там — двое, трое? Наверное, кто-то из них и вспугнул птицу…
Поделиться книгой в соц сетях:
Обратите внимание, что комментарий должен быть не короче 20 символов. Покажите уважение к себе и другим пользователям!