Бессмертный - Е. Юань

Махт вполоборота развернулся к собеседникам и с усмешкой отозвался:

— Дуэйн тут травил байки, как в свою бытность на Южном континенте нос к носу столкнулся с настоящим призраком.

— Как-то ночью они с напарником внезапно очнулись. Глаз было не разомкнуть, а на грудь навалилась такая свинцовая тяжесть, словно сверху уселся человек.

— Парни рвали жилы и в конце концов сбросили это оцепенение. Но стоило им вскочить с постелей, как оказалось, что комната выстужена до костей. Вам, должно быть, невдомек, но погода в Восточном и Западном Баламе почти всегда стоит изнуряюще жаркая.

— В итоге Дуэйн с приятелем, вооружившись двустволками, не сомкнули глаз до самого рассвета. А едва первые лучи солнца коснулись земли, пулей умчались из того проклятого городка.

Выслушав этот рассказ, леди Лиана с живым, неподдельным интересом посмотрела на Дуэйна Дантеса:

— Неужто это чистая правда?

— Неужели призраки и впрямь бродят по свету?

Клейн с улыбкой покачал головой:

— Ручаться не стану. Вполне вероятно, что мы с напарником тогда только-только выпутались из серьезной передряги. Нервы ни к черту, здоровье подорвано, вот рассудок и сыграл с нами злую шутку, подкинув всякую чертовщину.

По правде говоря, в основу этой байки легла реальная история злоключений Андерсона. Тот самый Сильнейший Охотник Туманного моря, блуждая по заброшенному святилищу в недрах первобытных джунглей, имел счастье нарваться на фантома, после чего устроил грандиозный, панический марафон под покровом ночи.

«Призрак…» — Хейзел слегка скосила глаза в сторону сада. Уголки ее губ едва заметно дрогнули в усмешке, но она тут же вернула лицу ледяную невозмутимость.

Девушка так и не проронила ни звука. Молча дождавшись, пока родители раскланяются со всеми знакомыми, она вместе с ними благополучно отбыла в родные пенаты.

Глубокой ночью Хейзел, уже успевшая облачиться в изящную ночную сорочку, выскользнула на балкон. Затаившись за неплотно прикрытой портьерой, она устремила пронзительный взор на тот самый канализационный люк, что зиял на улице Бёклунд.

Чем дольше она смотрела, тем сильнее бледнело ее лицо. Казалось, память вновь безжалостно воскресила те самые, пропитанные болью и первобытным ужасом мгновения.

Титаническим усилием воли отведя взгляд, девушка пару раз глубоко вдохнула и, развернувшись, на негнущихся ногах побрела к кровати.

По пути она до боли прикусила нижнюю губу и беззвучно прошептала:

'Это стопроцентно был «Мстительный дух»… Сомнений нет…

Мне позарез нужны амулеты или реликвии из домена «Солнца»…'

И пока Хейзел сверлила взглядом вход в канализацию, Клейн точно так же неотрывно следил за этим местом.

«Столько воды утекло. Одному богу известно, оклемалась ли эта ведьма Трисси и не успела ли дать деру… Хвала небесам, девчонка Хейзел тогда изрядно струхнула и всё это время носа не совала к коллектору…» — сыщик скользнул взором по стройным рядам чугунных газовых фонарей и едва заметно кивнул собственным мыслям.

С сухим щелчком распахнув железный портсигар, он выпустил свою марионетку. «Мстительный дух» мгновенно, беззвучной тенью вынырнул в ростовом зеркале.

Юноша твердо решил спустить Сеньора с поводка и отправить его на прочесывание стоков. Ему кровь из носу требовалось выяснить, в каком состоянии пребывает Трисси, дабы эта сумасшедшая стерва не учудила какую-нибудь катастрофу прямо у него под боком.

К тому же, это зловонное укрытие располагалось в пугающей близости от особняка Дуэйна Дантеса. Клейн совершенно не желал терпеть подобное соседство, искренне уповая на то, что ведьма поскорее залижет раны, снимется с якоря и уберется подальше от улицы Бёклунд.

«Хм, тот факт, что „Адмирал Крови“ Сеньор то и дело мелькает в здешних краях, безупречно вписывается в мою заготовленную легенду. Мол, он тут не живет, а просто раз за разом наведывается, почуяв сокрытые в стоках тайны…» — направляя марионетку в потертой треуголке, Клейн заставил болванчика перескочить сквозь зазеркалье на гладь газового фонаря. Следом Сеньор, обратившись бесплотным призраком, ювелирно просочился сквозь чугунную крышку люка и устремился к тому самому глухому туннелю, где затаилась Трисси.

Еще не добравшись до финала пути, наделенный ночным зрением «Мстительный дух» безошибочно зафиксировал: убежище пустует.

«Уже встала на ноги и слиняла?» — сыщик, заинтригованный таким раскладом, велел марионетке продвинуться вглубь и замереть ровно на том месте, где раньше отлеживалась беглянка.

Его взору предстала поразительная, режущая глаз чистота. Пол напрочь лишился своей скользкой, зловонной сырости, а со стен и из углов бесследно испарился весь многовековой мох.

«Даже ни единой крошки от съестного не завалялось… Сменив пол на женский, этот ублюдок вдруг заделался маниакальным чистюлей? Хотя нет, он же и в былые времена страдал этим…» — скрупулезно прочесав округу глазами Сеньора, Клейн вынес железобетонный вердикт: либо Трисси до сих пор ошивается где-то поблизости, либо снялась с якоря не более суток назад. В противном случае здешняя промозглая сырость давно бы всё изгадила.

Не успела эта мысль окончательно оформиться в голове, как чуткий слух «Мстительного духа» уловил едва слышные, крадущиеся шаги.

Повинуясь воле хозяина, Сеньор плавно развернулся и двинулся навстречу звуку. Вполне ожидаемо, перед ним вынырнула облаченная в выцветшее черное платье Трисси.

Густые, шелковистые черные волосы ведьмы небрежно струились по плечам. В отличие от сверстниц, помешанных на модных прическах, её образ дышал предельной простотой и строгой, непорочной элегантностью.

Вкупе с вернувшимся румянцем на алебастрово-белом лице, в этот миг Трисси походила на дивный, сказочный цветок, безмятежно распускающийся под покровом ночи.

«Воистину, истинная Демонесса… Какое счастье, что я смотрю на нее сквозь призму марионетки, иначе бы точно пустил слюни и потерял лицо… Хех, а мертвецы к соблазнам глухи! Будь она хоть тысячекратно прекрасна, трупу из могилы не восстать…» — Клейн мысленно отвесил ей парочку едких шпилек. Глядя на с виду растерянную, но на деле натянувшую нервы как струны и уже распустившую незримую паутину ведьму, он произнес:

— Куда запропастилась?

Трисси слегка вскинула бровь:

— А вы предпочитаете справлять нужду прямо там, где спите?

«Э-э… А я-то, наивный, свято верил, что Демонессы в уборную вообще не ходят…» — с горькой самоиронией подумал сыщик, заставив «Мстительного духа» Сеньора издать глухой смешок:

— Это ты про дерьмо и ссанье?

Клейн намеренно вложил в уста марионетки эту скабрезность, дабы безупречно выдержать марку неотесанного корсара, коим и являлся «Адмирал Крови».

Изящные брови Трисси едва уловимо, брезгливо сошлись на переносице:

— А что, есть иные варианты?

«Мстительный дух» благоразумно не стал обсасывать эту пикантную тему, плавно сменив русло:

— Гляжу, ты неплохо оклемалась.

Губ Трисси коснулась легкая, призрачная улыбка:

— Грех жаловаться.