Королева из архива - Светлана Богдановна Шёпот

это, — ответил он ей.

Вальгорн действительно собирался даровать Ариане более высокий титул, но после размышлений понял, что подобное может быть воспринято неправильно. Высший свет мог истолковать его волю лишь как желание возвысить фаворитку. Он не хотел, чтобы ей досаждали грязные слухи.

— Мне пора, — повинился он, не желая на самом деле уходить.

Ариана тепло улыбнулась ему и, попрощавшись, скрылась в архиве.

Последнее, что он увидел, это одна из вплетенных в прическу подаренных им лент. Она вспыхнула цветом, оставив в его душе глубокое чувство удовлетворения.

— Ваше величество?

Начальник стражи, назначенный вместо Гренора, когда-то посмевшего накричать на Ариану, стоял неподалеку.

— Веди, — велел Вальгорн.

Вскоре они добрались до отдаленного крыла замка. Здесь редко кто-то бывал. Даже слуги не забредали, о чем можно было судить по висящей по углам паутине.

Когда они дошли до деревянной двери в конце коридора, то увидели несколько стражников. Те, заметив Вальгорна, немедленно упали на одно колено и уперли кулак в пол, приветствуя его.

— Можете подняться, — разрешил он.

Каждый из этих людей прибыл с ним с севера и за годы, что они служили ему, никто из них ни разу не предал.

Воины выполнили приказ и встали по обе стороны коридора. Вальгорн внимательно их осмотрел, а после, убедившись, что ни ран, ни увечий ни у кого нет, подошел к двери и толкнул ее.

За ней оказалась большая относительно пустая комната без окон. Самым примечательным были ряды трупов, лежащих прямо на полу. Десятка полтора мужчин, одетых как простые селяне.

Кроме мертвецов в комнате были и живые люди.

— Ваше величество, — поприветствовал его Тордвален сразу, как только увидел.

— Вижу вы в здравии, герцог.

Приблизившись, Вальгорн взглянул на тело, около которого стоял мужчина. В глаза бросилась серость кожи и удивленное выражение, навеки застывшее на сухом лице. Казалось, человек, умирая, не мог во что-то поверить.

Несомненно, это была герцогиня Вальдрог.

— Как она умерла? — поинтересовался Вальгорн, равнодушно осматривая мертвую.

Вместо ответа Тордвален слегка откинул тряпку, которой до шеи была накрыта герцогиня. Взгляд сразу притянуло кровавое пятно в области груди и прореха в одежде. Кроме этого, рядом с телом лежал ржавый нож с полусгнившей деревянной рукоятью.

— «Разбойник» ударил в грудь, — с иронией ответил герцог.

— Кажется, она этого совсем не ожидала, — заметил Вальгорн.

Тордвален хмыкнул.

— Она была очень удивлена. До последнего не верила. Теперь моя дочь сможет спать спокойно. Эта змея получила свое, — почти выплюнул он с гневом и болью в голосе.

Вальгорн кивнул и подошел ко второму трупу. Им оказалась Иделия. Женщина, заморившая его родную мать голодом…

Он безразлично окинул труп взглядом, а затем осмотрел остальных.

— Это?..

— «Разбойники», которых нам удалось поймать.

Он был бесконечно благодарен королю за то, что тот позволил ему отомстить, поэтому готов был содействовать во всем.

Как и поддерживать любую ложь, необходимую для сокрытия правды.

Глава 128

Глава 128

В архиве меня встретила Хэзель.

— Госпожа? — удивилась она моему появлению. Все-таки я вернулась довольно рано. — Что-то случилось?

— Случилось, — я кивнула, а затем подошла к столу и рухнула в кресло, положив документы на стол.

В тот же момент Осирис запрыгнул мне на колени.

— Куда? Платье ведь запачкаешь! — принялась ругаться на него Хэзель. Она сделала шаг в нашу сторону, явно намереваясь забрать кота, но я махнула рукой.

— Оставь, — попросила ее и, опустив руку, погладила этого возмутителя спокойствия между ушами.

Тот, осознав, что никто прогонять его не собирается, развалился, подставляясь. Хэзель неодобрительно посмотрела на нас.

— Балуете вы его больно, госпожа, — проворчала она.

— Я видела, как ты вчера умилялась его лапкам, — парировала я.

Хэзель на мои слова вспыхнула и засопела.

— Не было такого, — отреклась она сердито. — Что я, лапки его не видела никогда что ли, чтобы умиляться им?

Я с улыбкой посмотрела на нее, покачала головой, но спорить дальше не стала. Сегодня мне совсем не хотелось ругаться.

Несколько минут мы просидели в молчании.

Время от времени из комнаты мастера до нас доносились неясные шумы, вроде ворчания и кашля.

С каждым днем тому становилось лучше, но лекарь запретил работать, сказав, что лишнее беспокойство может плохо сказаться на и так израненном желудке.

Мастер Аберион особо не возражал. Кажется, он давно мечтал о том, чтобы оставить работу и сейчас всеми конечностями ухватился за этот шанс. Судя по всему, тот был полностью уверен, что я займу его место.

Вспомнив об этом, я посмотрела на принесенные документы.

Если ранее у меня не было особо выбора, то сейчас он с легкой руки короля появился.

— Что это, госпожа? — полюбопытствовала Хэзель, заметив мой взгляд.

— Его величество сегодня вернул мне титул и земли Данмрак, — ответила ей.

Поначалу на лице Хэзель не было ничего. Она будто не сразу поняла смысла сказанных слов, но спустя мгновение ее глаза расширились, а рот приоткрылся в удивлении.

— Правда⁈ — воскликнула она, подскакивая со своего места.

Ее крик потревожил Осириса. Тот вздрогнул и поднял голову.

— Тише ты, — укорила я ее.

— Простите, госпожа, — повинилась та и села. — Его величество правда сделал это?

— Да, — я кивнула. — Я снова баронесса.

Хэзель во все глаза смотрела на меня. Я видела, как постепенно в них стало разгораться восхищение.

— Это невероятно, госпожа, — прошептала она. — Вы удивительная.

Я смутилась, не понимая, каким образом умудрилась заслужить подобные слова.

— При чем тут я? — спросила ее прямо. — Это было решение короля. Он сам принял его, я не имею к этому никакого отношения.

Хэзель фыркнула и покачала головой.

— В мире вряд ли найдется вторая женщина, сумевшая самостоятельно вернуть роду утраченный титул, — заметила она.

Если посмотреть с этой стороны, то мои действия действительно могли впечатлять, но на самом деле я сделала не так много, поэтому не ощущала себя как-то по-особенному.

— И что вы будете делать теперь? — задала вопрос Хэзель. — Вернетесь в баронство?

Еще совсем недавно именно этого я и хотела. Да и сейчас понимала, что возвращение было наилучшим вариантом. Вот только от мысли, что вскоре я покину замок, все внутри сопротивлялось. Мне не потребовалось много времени, чтобы понять причину своего