Концепт - Дин Лейпек

с легким удивлением ответил Иден.

— Что?

Иден улыбнулся.

— Это идея тюрьмы. Этого достаточно, чтобы ни одному персонажу не пришло в голову отсюда сбежать.

— Я не понимаю.

Иден тяжело вздохнул.

— Я знаю.

— Кто эти люди наверху? Почему та женщина захотела меня казнить? И почему ты велел ей это сделать?

Иден не ответил — вместо этого он огляделся, нашел металлическое кольцо в стене, вставил туда факел, а потом сел прямо на каменный пол, как придворный менестрель, и жестом предложил Тиму сесть на охапку соломы.

Тим упрямо продолжал стоять.

— Я отвечу на твои вопросы, если ты сядешь, — сказал Иден с некоторым нажимом. — Я сверну себе шею, если мне придется все время задирать голову.

Тим помедлил и наконец неохотно подчинился. Иден одобрительно улыбнулся.

— Знаешь тот момент в сюжете, когда кто-то мудрый и просвещенный выдает герою всю Википедию лора? — сказал он.

— Допустим, — неуверенно отозвался Тим.

— Ненавижу его.

— Значит, ты мне ничего не расскажешь, — раздраженно пробормотал Тим. Иден поднял руку, прерывая его — изуродованная ладонь в дрожащем свете факела выглядела еще более пугающе, чем при свете дня.

— Расскажу, — заверил его Иден. — У меня нет выбора, раз уж ты решил сюда внезапно завалиться.

— Но я не решал! — воскликнул Тим. — Я не знаю, как я тут оказался!

— Серьезно? — Иден вскинул брови. — Любопытно. В любом случае, план был не такой. Ты должен был следовать за мной и постепенно разобраться во всем сам, в меру своей испорченности. Поэтому я буду сейчас предельно краток, а ты вынесешь из этого, что сможешь.

Тим только кивнул. Похоже, это было лучшее предложение, на которое он мог рассчитывать.

— Прежде всего, — начал Иден, — та толпа наверху — это не «люди». Это персонажи.

— А разве персонажи — не люди?

— Только отчасти. Они не растут, не меняются, не развиваются. Как офисный работник с кредитами и ипотекой, который живет между работой и домом, изредка прерываясь на тщательно спланированный отпуск.

Тим хмыкнул:

— И потом выходит на пенсию, чтобы смотреть телевизор и играть в мини-гольф?

— Именно. Жизнь расписана, распланирована и известна заранее — пока не произойдет событие, меняющее статус кво и превращающее жизнь в сюжет. Белоснежки не существует, пока королева не попытается ее убить. Она просто милая, воспитанная девочка. И она могла бы жить своей милой, воспитанной жизнью вечно, если бы не стала частью сюжета.

— И как только появляется сюжет, персонажи становятся героями?

— Не обязательно. Герой — это всего лишь один из архетипов, хотя ему и достается все внимание. Мы все считаем себя героями — но для других людей можем быть кем-то совсем другим. Прямо сейчас я для тебя играю почетную роль Наставника, хотя, если честно, я бы предпочел продолжить свою собственную историю.

Тим обдумывал это несколько секунд.

— Окей, кажется, я понял. А что насчет казни?

— Ты просто оказался не в том месте и не в то время. Королева должна была судить другого персонажа, но она не может отойти от своего сценария без сюжета. Я мог бы заступиться за тебя, но тогда нас обоих посадили бы в темницу, а у меня были другие дела.

— То есть я не находил себе здесь места, ожидая скорой смерти, потому что у тебя были дела поважнее⁈ — Тим снова рассердился.

— Нет, — спокойно ответил Иден. — Ты не находил себе места, потому что склонен волноваться и не доверяешь мне.

Тим хотел сказать что-то не слишком вежливое, но вместо этого глубоко вдохнул и задал другой вопрос:

— Что это за место?

— Ты имеешь в виду замок или…?

— Или.

Иден задумался.

— Не думаю, что у него есть название. Так что можем прямо сейчас придумать. Хочешь?

— Что?

— Хочешь назвать это место?

Тим смутился. Это было неожиданно.

— Может быть, — сказал он неуверенно. — Если я пойму, что это за место.

— Это мир идей. Не твоих идей, как в пустыне, а идей всех людей в мире.

— Типа коллективного бессознательного?

— Ты читал Юнга! — удивленно улыбнулся Иден.

— Немного. Значит, все это — чьи-то идеи?

— И персонажи, да. Какие-то идеи универсальны и относительно стабильны, как этот замок, а какие-то постоянно меняются. И у всех есть собственное сознание, даже у самых устойчивых.

— То есть этот замок… живой?

— Нет. Но он разумен. Держу пари, ты это заметил.

Тим на секунду вспомнил то странное ощущение, что он испытал по пути сюда.

— Пожалуй.

Иден широко улыбнулся.

— Я знал, что ты это почувствуешь. Окей, на этом лекция окончена. — Он ловко вскочил на ноги. — Нам пора отсюда выбираться.

— А мы можем?

— Конечно, — Иден улыбнулся, подхватывая факел. — Мы ведь герои, в конце концов.

* * *

Теперь, когда Тим знал, что у замка есть сознание, он постоянно чувствовал его присутствие. Оно было живым, дышало, пульсировало, и крошечные сдвиги во времени и пространстве стали вполне ощутимыми, стоило Тиму понять, на что обращать внимание. Казалось, замок пытался подстроить свой облик под их ожидания, показать самую идеальную, безупречную версию себя. Но не мог, потому что Тим не знал, чего ожидать — а Иден, похоже, предпочитал ничего не ожидать в принципе.

Они не следовали маршруту, который использовали стражники днем, но Тим сомневался, существовал ли вообще тот путь теперь. Иден поднялся по лестнице, но не дошел до уровня большого зала, а открыл маленькую боковую дверь и вошел в узкий низкий коридор. Свет факела лизал каменные стены, на мгновение окрашивая их в теплый желтый и тут же пачкая хаосом теней. Тим следовал за Иденом, и темнота за его спиной казалась живой — слишком плотной, слишком разумной, словно появление Тима открыло ей его собственное сознание…

— Тим, — Иден обернулся, и его безупречные черты лица заострились от пляшущего света. — Прекрати.

— Что?

— Ты накручиваешь себя. Это всего лишь замок, а не «Солярис».

— Но ты же сказал…

— Что он обладает сознанием, да. Но я имел в виду, что он осознает наше присутствие. Не подпитывай его чувство собственной важности. Он не настолько умен, чтобы смочь это переварить.

Тиму показалось, что он ощутил слабое гудение.

—