Концепт - Дин Лейпек

Он смотрел вебинары и вдохновляющие видео о продуктивности и стимулировании креативного мышления, но был уверен: структурировать само креативное мышление невозможно. Сюжет, персонажи, концепция — все это должно приходить само, а не выстраиваться искусственно. Но он еще никогда не писал ничего крупнее короткого рассказа, а там сюжет был достаточно простым. Он приходил вместе с изначальной идеей, и Тим никогда особенно не раздумывал над структурой, сразу приступая к написанию.

Сможет ли он сделать так и сейчас?

Тим уставился в экран. Где-то в груди шевельнулась призрачное, но очень знакомое тоскливое чувство, от которого его замутило. «Нет, — с паникой подумал Тим. — Только не это, пожалуйста.»

Экран светился в ответ, и буквы шли строка за строкой, словно…

Тим с громким хлопком закрыл ноутбук, схватил конверт и выскочил из кухни.

* * *

Посещение банкомата никогда еще не было таким важным событием. По правде сказать, оно и сейчас было совсем и не обязательным — Тим мог расплатиться своей новой карточкой везде, где ему вздумается. Но его одолевало любопытство; ему очень хотелось посмотреть баланс своего счета. Когда Тим подошел к банкомату, любопытство сменилось тревогой, а потом переросло в панику. К счастью, очереди за ним не было, иначе кто-нибудь наверняка разозлился бы на молодого человека, который стоял возле банкомата почти десять минут, тупо уставившись на экран.

Но это и впрямь был значимый момент. Тим чувствовал: стоит ему запросить сумму и увидеть ее на экране — пути назад не будет. Пока что он все еще был бедным, неуверенным в себе и ничем не примечательным бывшим сотрудником книжного магазина. У него в кармане было всего несколько десятков долларов наличными и заявление об увольнении, которое предстояло отдать миссис Стэнли.

Но еще в кармане была карта — гладкая, блестящая, с его собственным именем, выгравированным серебристыми буквами, которые внезапно придавали этому имени новое значение. Тим невольно усмехнулся, представив себе, как Иден или Мьюз уговаривают банковских клерков выпустить карту на чужое имя за один день. Ему бы хотелось на это посмотреть.

А может, им и делать ничего не пришлось. Может, Иден однажды продал гендиректору банка какую-нибудь гениальную финансовую идею, и это было небольшой услугой в счет старого долга. Тим понемногу начал осознавать возможные масштабы влияния и власти Идена.

И частичку этой власти он сжимал прямо сейчас напряженными пальцами.

Тим глубоко вздохнул, достал карту и сунул в приемник. Она вошла плавно, с мягким шуршащим звуком, и банкомат загудел, а экран ярко засветился в ожидании. Тим заглянул в конверт, чтобы свериться с пин-кодом, а затем медленно нажал прохладные клавиши, стараясь не допустить ошибок.

Кнопка «Enter» показалась ему еще холоднее остальных.

Банкомат снова загудел и любезно предложил варианты действия. Тим замер, держа руку над кнопкой «показать баланс», когда услышал приближающиеся шаги. Женщина в сером костюме и длинном пальто остановилась в нескольких шагах от банкомата; ее лицо было нетерпеливым.

Надо было быстрее решаться.

Тим поспешно нажал «снять наличные», выбрал минимальную сумму, схватил карту и деньги и торопливо ушел.

* * *

Книжный магазин был полупустым, как обычно в разгар рабочего дня. Пожилая дама разглядывала стенд бестселлеров; ее строгое лицо выражало сомнение и даже недоверие. Мать с застенчивой четырехлетней девочкой перелистывала страницы у секции «Кулинария и домоводство». Тим знал по опыту, что безопаснее всего было бы подойти к матери, предложить один-два варианта и оформить покупку через несколько минут. Пожилая дама — это всегда лотерея: она могла внезапно начать громко критиковать современную литературу, или взять что-то из классики, или ухватить пять-шесть книг с полки бестселлеров сразу. Тим любил таких клиентов — они были и испытанием, и удовольствием одновременно.

Они были… совершенно непредсказуемыми.

Тим улыбнулся. Возможно, ему будет этого не хватать. Он прошел мимо пожилой дамы к двери в подсобные помещения; когда Тим уже собирался открыть заднюю дверь, то услышал, как Мария, продавец-консультант, спросила: «Чем я могу вам помочь, мэм?» Тим обернулся. Она стояла рядом с матерью, приветливо улыбаясь девочке.

Тим тихо усмехнулся и вошел в небольшой холл с несколькими дверьми; одна из них была приоткрыта. Тим тихонько постучал по дверному косяку и заглянул внутрь.

В кабинете, как обычно, царил безупречный порядок; все было на своих местах, включая миссис Стэнли. Она смотрела в экран ноутбука, и ее интеллигентное лицо было еще более сосредоточенным, чем обычно; похоже, она не слышала стука. Наверное, это было неудачное время, чтобы ее отвлекать — но Тим все равно собирался увольняться, верно? Поэтому он тихо кашлянул и сказал:

— Добрый день.

Миссис Стэнли вздрогнула и подняла взгляд.

— О, здравствуй, Тим. Проходи.

— Я принес свое заявление. — Он остановился у стола в нерешительности. Должен ли он сесть?

— Знаешь, Тим, вообще-то… — медленно начала миссис Стэнли. — Наверное, нам стоит все это еще раз обсудить.

— Но вы же сказали, что не можете держать ненадежного сотрудника, — сказал Тим, сбитый с толку.

— Ты не такой уж ненадежный, если честно. Я выразилась слишком резко тогда. И у тебя сейчас сложный период, я знаю.

— Немного, — признался Тим.

— Ну вот, у всех нас бывают сложные периоды, верно? — она нервно рассмеялась.

— Наверное, — согласился Тим неуверенно.

— На самом деле, — продолжила миссис Стэнли серьезно, — ты мой лучший консультант, если говорить о продажах. Так что, если ты пообещаешь быть чуть более ответственным, я буду рада оставить тебя.

Тим стоял неподвижно; кредитная карта в кармане вдруг показалась раскаленной добела.

— Можно я подумаю об этом? — наконец спросил он.

— Конечно, — улыбнулась миссис Стэнли.

Тим кивнул и вышел из кабинета. В магазине пожилая дама уже читала Марии лекцию о классической английской литературе девятнадцатого века. Тим подошел к витрине, заклеенной плакатами с осенними спецпредложениями и картонными листьями. На улице почти чувствовалась зима: декабрь приближался с осторожным обещанием подходящей погоды для праздников. Впрочем, все могло измениться в один миг — и тогда их снова ждет промозглое, дождливое Рождество.

«Ты должен принять ее предложение, — мягко подсказал голос в его голове. — Все равно ты ничего другого не умеешь делать».

— … И, если бы вы когда-нибудь слышали о таких авторах, как Остин или Чарльз Диккенс, юная леди, вы бы не пытались продать мне это! Великолепная мощь их повествования…

Тим обернулся и взглянул на Марию. Она сохраняла спокойствие, но было видно, что ее терпение на