Сохрани. Уничтожь - Мария Хронос

было изящным лезвием Режущего. Это было не похоже на выстрел, не похоже на взрыв. Это было вообще ни на что не похоже!

Чистая энергия Нельт. Огнедышащая. Острая. Ужасающая.

Крис, несясь в пузыре своего золотистого щита прямо к стене, едва осознавала себя.

Зеркала… Стены…

Все трескалось. Лопалось. Разлеталось кусками.

Ее закружило.

Она из последних сил держала щит, понимая, что стоит ей дрогнуть — и Пульсар поглотит ее. Сомнет, как смял настенные зеркала, раскрошит в куски, разнесёт по залу красно-серебряным месивом.

Проклятье. Грёбаный Нельт собирался ее убить!

— Киран! — раздался вдалеке голос Эйлы.

— Вы же хотели увидеть настоящее разрушение.

— Спаркс! Спаркс, ты в порядке? Святые, Киран! Ты хоть понимаешь, что творишь?

— Нам… Стоит зарегистрировать десятку, Эл? — в голосе Ярсега звучал неприкрытый восторг.

Крис, тяжело дыша, растворила щит. Сверху, с потолка и со стен на нее посыпались обломки. Она в спешке прикрыла голову, пригибаясь к полу. Паркет под ногами встал дыбом.

Хруст. Причитания Эйлы.

— Спаркс. Святые! Киран, да что с тобой происходит?

Крис, отряхиваясь, с трудом распрямилась. Она почти не пострадала — пара лёгких ушибов не в счёт. Но все мышцы болели так, будто она только что своими руками остановила поезд, несущийся на полном ходу.

Побледневшая Эйла уже стояла рядом. Из-за ее плеча выглядывал Ярс, но он не выглядел встревоженным: в его глазах горело любопытство, смешанное с восхищением.

Киран все ещё стоял вдалеке.

— Все нормально, — Крис смела с плеч мелкое крошево. — Вы не пострадали?

Она огляделась, осматривая зал. Все вокруг было раскурочено, но дальняя стена и скамейки целы. Это что, Пульсар с направленной мощностью? Она слышала о таком, но видеть подобное вживую ей доводилось впервые. Да что там… Ощущать на себе силу Пульсара, пусть даже и в оболочке щита, ей не доводилось ещё никогда.

Эйла мотнула головой. И в самом деле, на ней, как и на Ярсеге, не было ни пылинки.

Грёбаный Нельт и вправду целился только в Крис. Точная злопамятная скотина.

Киран медленно подошёл, хрустя осколками зеркал под ногами. Руки запущены в карманы. На лице ни капли сожаления.

Нет, это не было похоже на нервный срыв или что-то подобное.

Холодный расчет.

— Ты же мог её…

— Все нормально, Крис? — перебил ее Киран.

Чего он ждёт? Что она станет плакать? Обвинять его? Жаловаться?

Все это означало бы только признать свою слабость.

— Все отлично, — Крис изо всех сил выдавила радостный голос. Не обращая внимания на боль, резво подошла к Кирану и подняла руку вверх, ладонью к нему. — Отлично поработали, а?

Киран улыбнулся, размашисто шлепнув ее по ладони.

— Все в порядке, Эйла, — Крис повернулась к кураторше. — Полагаю, вам с Ярсегом предстоит много работы. Но нам тут больше делать нечего. Боюсь, зал уже непригоден.

Эйла растерянно провожала взглядом их спины, когда Киран и Крис, кроша под ногами блестящие осколки, вместе покинули раскуроченный зал.

***

— Думаешь, если убьешь меня, тебе полегчает? — Крис зашипела, когда Киран приложил к ее ободранной коже вату с каким-то жутко вонючим раствором.

Они сидели в большом зале на первом этаже: Киран рассказывал, что раньше в сопровождении Астеля было куда больше народу, и этот зал почти никогда не пустовал. Сопровождающие играли здесь в настольные игры, затевали глупые споры, пели песни и грелись у камина. Сейчас зал казался огромным, пустым и холодным — глядя на него с трудом верилось, что он вообще когда-то был обитаем.

Крис сидела на огромном мягком диване с обивкой из изумрудного бархата — точнее, полулежала, потому что мышцы ныли так, что ей больно было даже держать собственный вес. Киран сидел перед ней на полу на коленях, а рядом с ним валялась распахнутая аптечка.

Персонал позаботился о камине, и теперь, когда раздавалось чуть слышное потрескивание поленьев в огне, зал всё-таки становился чуть более уютным.

— Я не собирался тебя убивать.

— Ыу… — тихонько провыла Крис, когда вата снова коснулась кожи. — Да, не собирался. Всего лишь зарядил Пульсаром. Только и всего.

— Но ты справилась, Крыска.

Крис зашипела, отдергивая руку.

— Прекрати меня так называть!

Киран невинно смотрел на нее сверху вниз.

— Разве не ты крысятничала у меня в комнате? Боюсь даже подумать, что ты изначально собиралась там найти. Искала кусочек сыра?

Крис надула губы, отвернувшись в сторону. Киран вновь взял ее руку в свои ладони. Снова приложил вату. Деловито порылся в аптечке, что-то выискивая.

— Я искала скетчбук.

Киран замер, несколько секунд глядя на Крис так, будто у нее только что вырос третий глаз.

— Скетч…бук?

И тут же рассмеялся, мотая головой.

— Чёрт, Инри… Серьёзно?

— Ты же ещё не посмотрел его! Сам сказал, что не посмотрел, — надулась Крис. — Я хотела вернуть его, пока ты ничего не увидел! Хватит смеяться! Ничего смешного!

— Ох, Инри… — все ещё смеясь, он нашел в аптечке какую-то мазь. — Вот об этом я и говорил. Ты творишь просто удивительную херню с абсолютно неадекватной мотивацией. Просто невероятно. Скетчбук!

— Куда ты его дел? — обиженно перебила его Крис.

— А? — Киран удивлённо приоткрыл рот. — Ты… Перекопала весь шкаф, но не удосужилась посмотреть на подоконник?

Ответ он понял по ее лицу. И опять засмеялся. Крис ещё никогда не чувствовала себя настолько глупо. Если и было в этом мире что-то более унизительное, чем смех Кирана над ее умственными способностями, то ей эта вещь была неведома.

— Мда-а… — мазь приятной прохладой окутала саднящую кожу. — А я уж начал думать, что привёл змею в свое логово. Все просчитала. Выждала. Раздобыла кровь. Нашла компромат! Но все прозаично… до глупости. Даже не знаю, плакать мне или радоваться, Крыска.

Крис поджала губы, молча наблюдая, как его пальцы методично втирают мазь.

— Не нужен мне был твой компромат. Я ничего не собиралась с ним делать.

— Но сделала.

— Я не дошла бы до угроз, если бы ты не начал первым.

— Я не угрожал тебе. Только сказал, что принял решение.

— Все равно, — возразила Крис. — Ты собирался нарушить свое обещание. Я просто схватила первое оружие, которое попалось мне под руку.

— Точнее, которое первое нашарила в чужом шкафу.

— Послушай, Киран… Я не собираюсь тебя осуждать. Твои… твое здоровье —