Бессмертный - Е. Юань

— Я там краем глаза заметила, что почтовый ящик забит под завязку. Ты что, сегодня его вообще не проверяла?

— Руки не дошли, — Форс тут же напустила на себя вид невероятно загруженной, горбатящейся над рукописью труженицы.

Сио, будучи девушкой слова и дела, пропустила эти отмазки мимо ушей. Она уже скрылась за порогом, сноровисто выгребая корреспонденцию.

Спустя жалкий десяток секунд она вернулась в комнату, сжимая в руках пухлую стопку газет и писем. На ходу сортируя их по адресатам, она констатировала:

— Вся эта макулатура — тебе! Пара конвертов из издательства, какое-то приглашение на слет хирургов и еще одно послание прямиком из порта Притц.

«Из порта Притц…» — сердце Форс радостно екнуло. Небрежно отставив бокал, она поймала брошенное подругой письмо.

Ничуть не таясь от Сио, она с нарочитой безмятежностью вскрыла конверты. Как девушка и предполагала, весточка из Притца оказалась от её наставника, Дориана Грея Авраама:

«…Город Кальдерон — поистине диковинная, окутанная мраком аномалия в самых недрах духовного мира. Раскопать подлинные истоки этого места мне так и не удалось. Ясно лишь одно: там таится первобытная, фатальная угроза. История помнит случай, когда порог Кальдерона переступил настоящий полубог, да так и сгинул там без следа… Если всё же надумаешь сбыть точные координаты этому загадочному участнику ложи, будь любезна, брось ему веское предостережение на этот счет…»

«Господин „Мир“ нацелился на столь гибельную, проклятую цитадель в мире духов?» — глаза Форс, неотрывно бегающие по строчкам, инстинктивно расширились от шока.

…………

Тем временем отряд «Красных перчаток», благополучно добравшийся до очередного полиса в Восточном Баламе, навел мосты с местными Ночными Ястребами и оккупировал один из их кабинетов.

— Отбой на полдня. Выдвигаемся на штурм глубокой ночью, — Соэст сухим щелчком откинул крышку карманных часов, сверяясь с циферблатом.

Их нынешней миссией было стереть в порошок тайное убежище Спиритического культа. Инквизиторы жаждали вытрясти оттуда свежие досье по проекту искусственного бога Смерти, а заодно нащупать ниточки ко второй ячейке фанатиков, залегшей на дно в Баклунде.

Что же до тех ценных сведений, выбитых из Улики, — их уже благополучно отстучали по телеграфу прямиком в столицу. Ломать голову над дальнейшей зачисткой «Красным перчаткам» больше не требовалось. Как-никак, они были отнюдь не единственной элитной группой Церкви, а уж баклундский гарнизон Ночных Ястребов и вовсе славился пугающей численностью и сокрушительной мощью.

Леонард, Дейли и прочие оперативники уже вознамерились разбрестись по углам ради заслуженного отдыха, как вдруг в кабинет заскочил местный дежурный с явными чертами Восточного Балама на лице. Сжимая в руке телеграмму, он выпалил:

— Свежая сводка из Баклунда!

Соэст сноровисто перехватил листок. Скрупулезно пробежавшись глазами по тексту, он сурово сдвинул брови и мрачно изрек:

— Герман Воробей вновь вышел на свет. Прорицание выдало железобетонный вердикт: это подлинный, настоящий Воробей.

«Герман Воробей…» — Леонард ни на йоту не удивился этому откровению. Поэт давным-давно выпытал у Дуэйна Дантеса, что его бывший сослуживец Клейн Моретти вполне себе жив и здоров.

Обуреваемый искренним любопытством, он поинтересовался:

— И что этот сумасшедший успел натворить на сей раз?

Соэст обвел подчиненных тяжелым взглядом и с абсолютной серьезностью отчеканил:

— Он заявился прямиком на борт «Черного Тюльпана» и превратил «Адмирала Ада» Людвилла в свою послушную марионетку.

— «Адмирала Ада»⁈

— Людвилла⁈

— В марионетку⁈

«Красные перчатки» в едином порыве ахнули, не в силах скрыть бьющий через край шок. Даже Леонард Митчелл на мгновение потерял дар речи, остолбенев от услышанного.

Любой еж знал: «Адмирал Ада» Людвилл, владеющий кольцом, оставленным самим богом Смерти, по праву считается самым свирепым и дорогостоящим монстром среди всей семерки пиратских адмиралов. В кулуарах его негласно признавали сильнейшим существом во всем океане после Четырех Королей. Тягаться с ним заурядному магу пятой Последовательности было попросту не по зубам. И вот, Герман Воробей играючи стер эту легенду в порошок прямо на его же флагмане, наплевав на армию нежити и свору головорезов, да еще и обратил бедолагу в куклу!

И пускай тонкости ремесла «Безликих» и «Марионеточников» оставались для Инквизиторов загадкой, сам термин «марионетка» красноречиво вопил о том, что участь «Адмирала Ада» оказалась в сотню раз мрачнее и страшнее банальной смерти.

«Неужто он взлетел до таких заоблачных, пугающих высот? Выходит, тот его дерзкий налет за Врата Чаниса в соборе Святого Самуила был лишь частью ритуала для возвышения в ранг полубога?» — Леонард проглотил готовые сорваться с языка расспросы, с головой провалившись в глухое, звенящее молчание.

Воспользовавшись повисшей тишиной, Соэст добавил:

— Допрос выживших матросов с «Черного Тюльпана» выявил одну диковинную деталь. Никакой бойни вообще не было. Герман Воробей ступил на палубу в компании некоего загадочного господина. И едва «Адмирал Ада» Людвилл узрел этого спутника, как мгновенно бросил оружие. Он рухнул ниц прямо на доски, раболепно выкрикнув: «Консул Смерти!» А затем без малейшего сопротивления позволил Герману Воробью выпотрошить свою душу и превратить в болванчика.

— «Консул Смерти»… — Леонард на чистых инстинктах скосил глаза в сторону Дейли Симон.

Поэт резонно рассудил: уж мадам Дейли, будучи магом пятой Последовательности на Пути «Сборщика трупов», просто обязана знать, какая именно хтоническая жуть кроется за этим титулом.

Дейли издала тихий смешок и, отрицательно покачав головой, проронила:

— Мои познания скудны. Ведомо лишь, что во времена былой Баламской империи материальной реальностью безраздельно правили кровные потомки самого бога Смерти. Их-то и величали «Консулами Смерти».

— Вот только нынешний предводитель монархической фракции Спиритического культа отродясь не примерял на себя столь громких титулов, — с искренним недоумением встряла Синди, еще одна из «Красных перчаток».

Эта историческая сводка не была тайной за семью печатями в рядах Ночных Ястребов. Дослужившись до седьмой Последовательности или примкнув к элите «Красных перчаток», любой оперативник получал к ней беспрепятственный доступ.

А уж что до фанатиков, одержимых созданием искусственного божества Смерти — тем и подавно было не с руки козырять именем «Консулов Смерти».

— Как знать? Быть может, Спиритический культ в очередной раз почковался, и на свет выползла новая фракция «Консулов Смерти», — небрежно бросила Дейли, но тут же задумчиво добавила: — Прошлое Германа Воробья покрыто мраком. Зачем он просочился за Врата Чаниса — загадка. Вполне вероятно, что он и впрямь заодно со Спиритическим культом.

Этот культ испокон веков ходил в главных мишенях Церкви Богини Вечной Ночи, и вражда между ними пылала поистине непримиримая.

Эта брошенная вскользь фраза внезапно послужила для Леонарда Митчелла толчком. Поэт