📚 Hub Books: Онлайн-чтение книгНаучная фантастикаИсправительная академия (Оболенский, том 1 и том 2) - Алекс Хай

Исправительная академия (Оболенский, том 1 и том 2) - Алекс Хай

Шрифт:

-
+

Интервал:

-
+
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 ... 142
Перейти на страницу:
печать не растворится, тебя ждет тяжелая судьба.

Я пожал плечами.

— Судя по тому, что я услышал, Володе Оболенскому следовало покоиться на кладбище. Сейчас же какой-никакой, а шанс на жизнь. Смею вас заверить, жизнь я ценю и люблю, поэтому воспользуюсь столь щедрым подарком.

— Ты не понимаешь, Володя… Если эта печать не растворится, ты… Тебя заберут! Определят в Темный Орден.

— Мне это все еще ни о чем не говорит, — виновато улыбнулся я. Хотелось орать, биться головой о стену и выбивать объяснения из людей ногами. Но дама явно была не в том состоянии, чтобы реагировать на давление. Нет, здесь нужно действовать мягко и осторожно.

«Матушка» тихо пробормотала что-то себе под нос и, описав круг у моей кровати, присела стул у изголовья.

— Темная Мать Друзилла — одна из нас, — пояснила дама. — До посвящения она именовалась Марией Валериановной Оболенской. Она сестра твоего деда, князя. Но в юношестве у нее проступила Темная метка — а это свидетельство связи с Темным даром. Поэтому ей пришлось покинуть род, взять другое имя и… И теперь ее семья — Темный Орден.

— Я верно понимаю, что Темный дар — это что-то злое?

— Не совсем. Темный дар — это обратная сторона могущества наших родов. Носитель связи с Тьмой может родиться в любой одаренной семье, Володя. Не они выбирают Тьму, а Тьма выбирает их сама. А уж чем она руководствуется при выборе, мне неизвестно. Но Тьма — не зло. Просто особая сила, способная разрушать. Но сила соблазнительная и опасная даже для могущественных одаренных. Это… хаос, наверное. Пожалуй, так проще всего описать ее суть.

Что ж, становилось немного понятнее. Видимо, так здесь именовали черных магов? Колдунов? Старуха Друзилла постоянно говорила о Тьме, причем так, словно эта Тьма была чем-то одушевленным, обладающим собственной волей.

— То есть, раз на мне появилась печать, то я связан с Тьмой, — я пытался уложить в голове факты. — Если печать останется со мной, то у меня может проявиться так называемый Темный дар? То есть некая сила, которая позволяет, например, вернуть к жизни почти умершего. Что же в этом плохого?

Анастасия Павловна покачала головой.

— Неужели ты совсем все позабыл? Ты как… чистый лист.

— Боюсь, это и правда так. Я ничего не знаю и ничего не помню о вас.

А кроме того, я вообще другой человек. Другая личность, черт возьми! Но судя по всему, об этом следовало помалкивать, так что лучше держаться идеи о полной амнезии вследствие обилия полученных травм. А что, удобно. Хрен прикопаешься. Только вот выяснить нужно куда больше, чем мне расскажут. Потому что говорить они будут лишь то, что полезно им, а не мне.

«Мама» вытащила из уха сережку и у меня на глазах оцарапала ею мою ладонь. Я вздрогнул.

— Зачем?

— Смотри.

Царапина была глубокой и болезненной, но крови проступило совсем немного. А затем прямо у меня на глазах эта ранка начала затягиваться.

— Видишь, Володя? — улыбнулась женщина. — Это дар рода Оболенских.

Я удивленно моргнул, не веря увиденному.

— Усиленная регенерация? Такая быстрая…

— Именно поэтому ты уже можешь сидеть и говорить, — улыбнулась женщина. — Другие называют его пренебрежительно — «собачья шкура». Но суть понятна: рожденные Оболенскими исцеляются быстрее остальных. Таков один из основных даров рода Оболенских.

— А другие? — хрипло спросил я, еще не отойдя от удивления.

— Оболенские — род воинов. Потомки Рюриковичей, и за мужчинами нашей семьи тянется длинная боевая слава. Потому и дары у нас такие, какие нужны воинам. Сила, выносливость, «собачья шкура» — все, что поможет одолеть противника в бою. У твоих деда и отца есть и другие дары — они проявляются у князей и их наследников. Именно сила рода позволила тебе дожить до того момента, как я вызвала Темную Мать.

— Значит, повезло Володе Оболенскому, — вздохнул я.

Зато теперь становилось понятно, почему тушка, в которой я сейчас теснился, была такой здоровой. Что ж, неплохой старт. Молодой, крепкий… Правда, судя по всему, на этом достоинства Владимира Оболенского заканчивались.

Анастасия Павловна взглянула на часы.

— Скоро приедут князь и твой отец. Нужно предупредить их о том, что ты очнулся и… подготовиться. Пока лежи, Володя. Тебе нужно поскорее восстановиться.

Она подошла к окну и задернула шторы.

— Отдыхай. Постарайся поспать — во сне ты восстановишься еще быстрее. Если что-нибудь понадобится, позвони в колокольчик, и слуги все принесут.

— Хорошо. Спасибо…

— И еще, — женщина приложила палец к губам. — Не рассказывай никому того бреда о том, что ты — другой человек. Не называйся другими именами. После того, что ты устроил, да еще и с появлением этой проклятой печати, твое положение стало совсем шатким. Князь давно хотел от тебя избавиться и выслать подальше, но мне удавалось уговорить его дать тебе очередной шанс. Я-то все надеялась, что ты возьмешься за ум… Но после вчерашнего я уже бессильна. И если ты начнешь вести себя как сумасшедший, в сумасшедшем доме и окажешься. Дед в ярости от твоих выходок, а у Николая Валериановича нрав тяжелый.

— Да что я такое устроил-то? — не выдержал я.

— Потом, — отмахнулась Анастасия Павловна. — Об этом потом. Пока же просто веди себя тихо.

Туфли «матушки» застучали по паркету. Она бросила мне ободряющую улыбку на прощание и оставила меня в одиночестве.

Я рухнул на подушки и уставился в потолок.

Ну и ну… Нет, на сон не похоже. Да и бред как-то затянулся. Будем исходить из того, что темный ритуал Друзиллы действительно перенес меня… Куда? Год-то сейчас какой?

Осторожно, стараясь распределять вес равномерно, я выбрался из кровати. Пошатнулся, заскрипел зубами от боли, но равновесие удержал.

— Уже хорошо, — шепнул я, так и не привыкнув к новому звучанию своего голоса.

Для начала обследуем комнату. Я вышел за перегородку и осмотрелся. Большая зона была похожа на смесь гостиной и рабочего кабинета. Между двух окон располагался массивный стол с кожаной столешницей. За ним — дорогое кресло. При этом столом, казалось, по назначению не пользовались: он просто был поверхностью, на которые сбрасывали ненужные предметы. Даже кощунство для такого роскошного предмета мебели.

У противоположной стены стоял обитый пестрой тканью диван, низкий столик на витых ножках. На стенах висела живопись, больше похожая на современные полотна — какая-то абстракция, смысла которой я не уловил.

Но больше всего меня заинтересовал книжный шкаф. По дороге к нему, я заметил на столе журнал.

«Мужской домъ», — прочитал я. На обложке красовалась дама с пышными формами в наряде, стилизованном под костюм Снегурочки. Белобрысая коса спускалась от плеча

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 ... 142
Перейти на страницу:

Комментарии

Обратите внимание, что комментарий должен быть не короче 20 символов. Покажите уважение к себе и другим пользователям!

Никто еще не прокомментировал. Хотите быть первым, кто выскажется?