Похищение в «Калифорнийской комете» - Сэм Сэджман

теперь этим будет заниматься полиция.

— Я не против, но лишь бы с Марианной не случилось ничего реально плохого.

За окном плясали столбы и бежали телеграфные провода. Они то отвисло припадали к земле, то натягивались в струну. Сквозь выжженную солнцем землю кое-где пробивались кустики чахлой травы. Это была первая пустыня, которую Хол видел в своей жизни. Но думал он не о пустыне.

Когда они с дядей пришли в вагон-ресторан, вся семья Моретти была уже там. Фрэнк сидел от детей отдельно, через проход, и, радушно взмахнув рукой, пригласил к себе дядю Нэта.

— Пусть дети пообщаются, Натаниэль. Кофе?

Хэдли и Мэйсон сберегли место для Хола.

— Жалко, что мы не сможем поехать с тобой до конца, — сказала Хэдли.

— Угу, — боднул воздух Мэйсон.

— Минуточку, — сказал Хол, — замрите.

Он быстро набросал их двойной потрет, не забыв прописать и детали стола в виде горки оладий и жареного бекона. Внизу страницы он написал свой адрес и номер телефона.

— Не знаю, сможете ли вы заехать в Кру, но, если будете в Лондоне, позвоните, и я приеду туда на электричке. — Он вырвал лист и положил его на стол.

Мэйсон перехватил у Хола карандаш и написал в его блокноте какое-то слово:

— Это название отеля, в котором мы остановимся в Рино. Звякни, если что.

— Если что?

— Что-что… Если раскроешь преступление, ясен пень, — выпучил глаза Мэйсон. — Короче, не забывай про нас.

— Не забуду, — улыбнулся Хол, и тут же улыбка исчезла с его лица, когда он увидел, как официант Эрл сдержанно приветствует Адельберту Кэбидж с её неизменной игуаной на плече.

К счастью, на этот раз Эрл не подсадил Ади к ребятам. Он нашёл ей местечко возле самых дверей да ещё и предупредил, что ей немедленно придётся уйти, если мест для нормальных посетителей будет не хватать.

Ади выглядела усталой и осунувшейся. Хол заметил, что она действительно пользуется розовой помадой. Ярко-розовой. Пурпурно-розовой. Забрав у Мэйсона карандаш, он поспешил нарисовать эту женщину максимально быстро и достоверно.

— Не оборачивайтесь оба сразу, — глухо, прикрывая рукой рот, проговорил Хол. — Но обратите внимание, что на лбу у неё видна полоска светлых волос, а рыжие волосы — это скорее парик.

Мэйсон уронил вилку на пол и, поднимая её, оглянулся.

— Точно, парик, — прошептал он.

— И ещё этот пуховик… — продолжил Хол. — Он такой большой и тёплый. В нём наверняка очень жарко, но она его никогда не снимает.

— Давайте ешьте, дети, — поторопил детей Фрэнк. — Мы ещё не собрали все вещи.

— Да, пап, — ответила Хэдли и тут же повернулась к Холу: — Поезд стоит в Рино пятнадцать минут. У нас будет время купить газету и узнать новости про Марианну.

— Хорошо, — кивнул Хол. — Встретимся на платформе.

Когда все Моретти ушли, к Холу подошёл дядя Нэт:

— Как тебе оладьи?

— У меня что-то нет аппетита. Мой живот в это время ещё спит. Я только допью чай.

— Что рисуешь? — Дядя Нэт глянул на рисунок через плечо. — Понятно.

— Мне теперь кажется, она как-то замешана в похищении, — тихо проговорил Хол. — Только не знаю как. Но я уверен, что это была её помада, которую мы нашли в «Серебряном страннике».

Станция города Рино была глубоко погружена в землю. Пути и обе платформы находились на дне глубокой траншеи с высокими бетонными стенками, в тени которых прятались пассажиры. Но солнце уже поднялось достаточно высоко, чтобы и сюда заглянуть. Жаркий воздух пустыни заставил Хола максимально расстегнуть ворот. Все трое Моретти уже шли с чемоданами от багажного вагона, вливаясь в толпу приехавших пассажиров.

— Я только куплю газету и попрощаюсь с ребятами, — сказал Хол дяде.

Автомат по продаже газет обнаружился недалеко на платформе. Хэдли потрясла горстью монет, Хол выбрал «Лос-Анджелес таймс». На первой полосе опять была Марианна.

— Они прислали ещё один её зуб! — ахнул Хол.

В статье говорилось, что второй зуб был прислан в офис корпорации «Реза Технолоджис» сегодня рано утро.

— Н-да, похитители шутить не собираются, — сказал Мэйсон, быстро пролистывая газету.

— Ничего не понимаю, — тряхнул головой Хол. — Я был уверен, что Марианна всё ещё в поезде. Абсурд какой-то.

— Успокойся. Значит, в поезде её всё-таки нет, — погладила его по руке Хэдли. — Иначе она бы закричала, и все бы услышали. Да и как можно из поезда переслать зуб?

— Хол! — крикнул из дверей вагона дядя и поднял руку. — Время!

— Надо прощаться, — вздохнул Хол.

— Да, — кивнула Хэдли и по-дружески обняла Хола.

— Держи, Англия, — сказал Мэйсон, отдавая Холу газету.

— Спасибо, Америка, — ответил Хол. — Не забывай разницу между чипсами и криспами.

— Как вырасту, напишу диссертацию, — пообещал Мэйсон.

— Тебе надо идти, — сказала Хэдли. — Ой, постой! Я тут думала о том, какой трюк могла бы провернуть я. Я бы попросила кого-нибудь схватить Марианну, как только она вышла из вагона, и сразу затащить в другой вагон поезда. Тем временем Мэйсон, одетый как Марианна, стоял бы возле машины и ждал, когда выйдет Зола. Увидев её, он бы закричал и начал бороться со мной, похитителем. Но я бы бросила его в багажник, мы бы отъехали, потом бросили машину, переоделись и вернулись в поезд.

Хол задумчиво посмотрел на Хэдли.

— Не сходится, — сказал Мэйсон, — кричала-то сама Марианна. Я знаю её голос, акцент. Он у меня здесь. — Он показал пальцем на свою голову.

— Хол! — снова закричал дядя. — Быстрей!

— Ладно, побегу, — сказал Хол, развернулся и побежал к поезду, успев в последний момент. Он махал друзьям, пока двери не закрылись, потом приложился щекой к стеклу. Хэдли и Мэйсон продолжали махать вслед отходящему поезду.

— Такова судьба путешественника, — услышал Хол голос дяди и ощутил на плече его тёплую ладонь. — Когда попутчик становится тебе другом, расставаться с ним особенно тяжело.

Глава 27

Сюрприз и сюрпризы

— Пошли со мной, — сказал дядя Нэт, — я приготовил тебе сюрприз. А то чего-то ты кислый. — И он повёл Хола в вагон-кафетерий.

Хол действительно был не в лучшем настроении. Расставшись с друзьями, он слегка загрустил и уныло смотрел на проплывающие за окном пригороды Рино.

— Вот мы и пришли, — сказал дядя, но не Холу, а Сеймуру Харту. Тот сидел за столиком, дипломат лежал перед ним. Сев напротив и усадив Хола, дядя Нэт загадочно улыбнулся. Но загадочно у него плохо получалось, он был неважный актёр, хотя всячески старался соответствовать обстановке сюрприза.

— Что, начали? — спросил Сеймур.

— Начали что? — не понял Хол, больше готовый к сюрпризам по детективной части.

— Хол, я хочу сделать тебе подарок на день рождения, — торжественно объявил дядя.

Сеймур открыл дипломат, достал откуда чёрную