Гадина - Квинтус Номен

— Так это замечательно! Я уже ухожу… к вам туда зайду, минут через пятнадцать. Вы меня можете подождать?

— Только об этом и мечтаю. Кабинет директора на втором этаже, вход…

— Знаю я, постараюсь даже поскорее придти у меня и к вам, и к ней просьба есть…

Знает он меня… я даже примерно не представляю, что это за дядька, как выглядит, чем занимается, а у него ко мне уже просьба! Впрочем, чем он занимается, я все же знаю, и просьба у меня к нему тоже есть — так что будем квиты. А если мы еще и друг дружкины просьбы выполним, то вообще наступит… как там? — и память мне тут же подсказала: «благорастворение на воздусях и во человецех благоволение». Во-во, именно оно, особенно если он мою сможет выполнить.

— Чаю хотите? — спросила у меня Эльвира Андреевна, втыкая в розетку вытащенный откуда-то из-под стола чайник. — И сейчас, и вообще: ко мне утром из торга приходили, индийского четыре пачки, но не со слоном, а вообще в жестянках, принесли и сказали, что сколько угодно еще принесут… но я-то что могу тут поделать? Я им так и сказала, а они в ответ, что хотя бы попросить… А кого? Валентина Арсеньевна ведь тоже не господь всемогущий…

Что называется, помяни черта… дверь в кабинет открылась и в него вошла Валентина Арсеньевна, с вопросом вошла:

— Ну как?

— Сядь да покак! Из торга приходили… кстати, возьми вон коробку чая, они принесли нам в подарок… спрашивали, сколько им на лето в магазины инструментов разных завозить. У них в универмаге три скрипки несколько лет валялись, а сегодня утром после открытия там вообще отдел культтоваров покупатели вынесли! И спрашивали, где челесты делают, у них уже человек десять интересовались на предмет купить…

Услышав это, я не смогла удержаться от смеха, а когда обе руководительницы культурных заведений на меня с недоумением посмотрели, я причину своего смеха им раскрыла:

— Челесты делают только в одном месте: на заводе Шидмайер в Штутгарте. И стоят они, насколько мне известно, очень немало, самая дешевая, на четыре октавы, по-моему, около восьмидесяти тысяч марок.

— Ну, с челестами вопрос закрыт. Из профкома в пять звонили, у них больше трех сотен заявок, причем просят даже десятиклассников на обучение принять! Правда, есть и хорошие новости: профком выделяет деньги на приобретение инструментов, только пока они сами не знают сколько получится…

— Так себе новость, у них лишних денег никогда нет.

— А не знают они потому, что по просьбам трудящихся — и это не форма речи, мне сказали, что у них уже шесть протоколов профсобраний цехов и отделов — они хотят сбор в профсоюзе устроить добровольный, чтобы нам с инструментами помочь. Ну и чтобы студия такие концерты чаще могла устраивать. Мне идея нравится, а зал для такого я через профсоюз всегда выделить смогу…

— А закупку инструментов же на Елену Александровну повесить хотят, ох, и не завидую я вам! — Валентина Арсеньевна повернулась ко мне. — Когда наш руководитель оркестра домры хорошие заказывал, он чуть не все лето на фабрике провел, иначе такие и не найти нигде…

— Обойдусь без фабрик. Кстати, для вас, Валентина Арсеньевна, я сегодня две скрипки уже сделала, довольно неплохих, по звуку как у Страдивари. Только я их лаком покрыть не успела, точнее, у меня пока лак закончился, но это вопрос решаемый…

Дверь снова распахнулась и в кабинет вошел высокий поджарый мужчина:

— Добрый вечер, я, надеюсь, не опоздал? А Елена Александровна где?

— Здесь я.

— А… это вы? Эльвира Андреевна…

— Я же уже вас говорила: мест нет!

— А вдруг…

— Борис Леонидович, ну что вы как маленький?

— Жаль. Елена Александровна, что вы хотели у меня узнать?

— Мне нужен новый Дворец, но не такой, как этот, а поменьше… я думаю, если взять от входной лестницы до кинозала половинку, а с другой стороны такую же зеркальную приставить, только без кинозала, то получится как раз то, что нужно. Ваш отдел такое построить может? А то для хоровой студии просто места нет, чтобы побольше учеников набрать.

— То есть если выстроить, то в студии новые места будут? Наш отдел построить может всё! Но вот где на это найти фонды…

— Фонды будут.

— Тогда выстроим, и довольно быстро, уже в следующему лету…

— Мне нужно до первого сентября.

— Ну у вас и запросы! До первого мы разве что фундамент поставим, а чтобы все здание — тут минимум спецстроймантаж нужен.

— А он построить успеет?

— Он — точно успеет, но его сюда направить…

— Спасибо, тогда второй вопрос: студии новые преподаватели потребуются, а селить их негде.

— Тут я точно не помощник, мы для предприятия дома хозспособом какие-то строим, но опять же фонды…

— Фонды будут. Но мне нужен не просто дом, а специальный дом, но я даже не знаю, у кого проект заказать.

— Ну, в этом я помочь могу, в меня ректор МАРХИ в приятелях.

— А дом вы до первого сентября построите?

— В принципе-то задача подъемная, но ведь и нашим сотрудникам…

— За моим домом пустырь, там и два жилых дома влезут. Если я вам фонды на два здания найду…

— Можете уже раздавать ключи от будущих квартир, фонды будут — будут и дома, до первого сентября уж точно… один вам сдадим, а второй, для себя, чуть, может и попозже…

— Отлично, я сейчас с фондами быстренько вопрос решу… –сняла трубку с желтого телефона, набрала знакомый номер:

— Добрый вечер, я снова по тому же вопросу. Вы мне обещали, что с фондами на строительство поможете…

— Гадина? Ну, раз обещал… но и ты три концерта обещала!

— Я свое слово сдержу.

— И я сдержу. У тебя все?

— Почти. Тут люди по срокам боятся не уложиться, так что мне нужен еще и этот, как его, спецстройонтаж. Это на Дворец музыкальных пионеров, без этого спецстроя ну никак не укладываемся.

— Ну ты и… Гадина, я его тебе точно не обещал. Но если ты нам гарантируешь первое место в Сопоте этим летом…

— Присылайте этот спецстрой в отдел капстроительства завода нашего, там народ будет в курсе.

— То есть гаранируешь?

— Противно,