Командор - Алла Белолипецкая

что сделается их агентом влияния при Павле Первом, и русский император станет делать всё, что он, Франсуа Леблан, ему скажет. Так оно и вышло! Ну, а способы, какими он, доктор Леблан, добьётся желаемого, совершенно не волновали тех, кто финансировал его деятельность.

И,уж конечно, не следовало им знать, чего хотел добиться сам доктор в течение десяти лет, что пройдут с момента изменения императора: отыскать уникальное место силы, которому древние исследователи дали наименование Ultima Thule. Ибо Франсуа Леблан точно знал: заблуждались все те, кто думал, будто это — остров, находящийся то ли близ Норвегии, то ли возле берегов Исландии. Нет, сделанные месье Лебланом расчеты несомненно показали: место это находится на суше, и располагаться оно должно предположительно неподалёку от прежней русской столицы: Москвы. Но именно что — предположительно. Найти его пока что так и не удалось! А ведь там, именно там, реальность живых людей должна была непосредственно смыкаться с пространством Сведенборга: промежуточным миром духов. И там живые люди могли бы находиться так долго, как им заблагорассудится. И вновь становится такими — и телом, и духом, — какими они были в лучшие годы своей жизни. А потом, если они сами того пожелают, возвращаться обратно. И, стало быть, тот, кто откроет это место и утвердит свою власть над ним, сделается властелином двух реальностей: материального мира люди и полуматериальной вселенной энергетических сущностей, над которой не властно время. А пребывать в этой Ultima Thule будет означать то же самое, что обрести бессмертие.

И, конечно, роль такого властелина доктор Леблан предназначал отнюдь не русскому императору. Павел Первый и так уже был в некотором роде — бессмертен. Тот, кто уже умер, во второй раз уже не умрёт. Но всё же — когда заветное место окажется, наконец, найдено, у Павла Петровича тоже будет своя собственная роль.

Вот только в России все дела совершаются медленно… Ох, как медленно! И никакая некромантия — никакая магия вообще! — тут не поможет. Такая уж это страна: с её необозримыми просторами, с её беспощадным климатом. Ничего не делать с расторопностью — это для русских способ выживания. Если бы эти люди не умели сберегать силы подобным образом, разве удавалось бы им преодолевать все эти бесконечные, чудовищные расстояния? Да и свои зимы,когда снег лежит чуть ли не семь месяцев в году, как бы они выдерживали? Не зря же и столько поговорок они на сей счёт придумали: «Поспешишь — людей насмешишь», «Ретивая лошадка недолго живет», или вот ещё — «Торопом только блох ловят».В знании русского языка и всяких присловий этого народа доктор Леблан поднаторел!

Правда, была ещё поговорка: «Не скоро запряг, да скоро приехал». Но она Франсуа Леблана сейчас совершенно не утешала. Ибо теперь, по прошествии пяти лет, всё, чего доктор Леблан добился, было: полная индифферентность Павла в отношении всех государственных дел. Включая и дела военные.

Да, на своих соотечественников-французов, вторгшихся в Россию, Франсуа Леблан возлагал большие надежды. Они, пожалуй что, могли и побыстрее отыскать эту его Ultima Thule. Но — если они не управятся с этим до начала морозов, придется всё бросать и заключать с русскими мир. Доктор Леблан иллюзий не питал. Французские солдаты, равно как всякие южане, воевавшие в армии Наполеона, вроде итальянцев, испанцев или португальцев, русскую зиму попросту не переживут.

Однако же не беспокойство обо всём этом прервало сон доктора в летнюю ночь. Месье Леблана разбудило другое. Он ощутил — не разумом, а всем своим существом: что-то произошло с его эмиссарами. С теми сущностями, которые были отправлены им в древнюю русскую столицу — дабы блюсти его, Франсуа Леблана, интересы. Ну, и попутно — интересы императора Наполеона, конечно же. Раз уж вышло так, что они совпадали сейчас с интересами самого доктора.

Так что, морщась и кусая губы, Франсуа Леблан поднялся с постели. И, как был — в ночной рубашке, шагнул к письменному столу, стоявшему прямо в его спальне. Нужно было срочно отдать распоряжения — компенсировать нанесенный урон. А, главное, выяснить: кем именно он был нанесён?

1 Оно исчезло? (фр.).

2 Да, мадемуазель, оно — исчезло. (фр.)

Глава XVII

И сон, и явь

Август 1806 года

Москва

Санкт-Петербург

1

Николай Скрябин подумал, что освещение в подвале выглядело мелодраматическим: в старинных, давным-давно проржавевших кольцах, вделанных в стены, тускло и с копотью горели факелы. Возникало впечатление, что дело происходит в каком-нибудь средневековом рыцарском замке. Тогда как на деле все они находились сейчас всего лишь в подвальной части небольшого дворянского особнячка, располагавшегося неподалёку от Дома Пашкова.

В свете факелов Николай оглядывал тех, кто спустился в этот подвал с ним вместе. Почти все, собравшиеся здесь, сидели сейчас на высоких дощатых лавках, продвинутых к столам, тоже сбитым из досок. И бывший старший лейтенант госбезопасности не знал, радоваться ему или сокрушаться при виде этих людей.

Минуло два дня с того момента, как он и его товарищи, составлявшие отряд «Янус», изгнали из княжьего особняка инфернальных тварей. Точнее, с тех пор прошли день, ночь и ещё один день. И Скрябин смел надеяться, что демонические сущности были изгнаны не только из владений князей Щербатовых, но также из всего Первопрестольного града. Однако за недолгое время, прошедшее с момента их изгнания, князю Григорию Алексеевичу удалось привлечь для намечаемого нового дела только пятерых: двоих юношей, которым ещё и восемнадцати лет не сравнялись, и трех мужчин возрастом хорошо за пятьдесят. Притом что боевого опыта ни у кого из них не оказалось — один энтузиазм, который все они выказывали, узнав, что им предстоит участвовать в спасении наследника российского престола.

Но — если всё пойдёт, как Николай задумал, то и таким пополнением отряд «Янус» вполне мог бы обойтись. Как говорится, за неимением гербовой бумаги пишем на простой. Тем более что один из немолодых мужчин как раз и являлся владельцем дома, где все они сейчас находились. Что было весьма кстати, ибо всего в двух шагах отсюда, рядом с усадьбой купцов Ухановых, располагался переход. Возле которого их должны были поджидать те двое: оба Талызина. И помощь того, кто являлся Талызиным-вторым, в самое ближайшее время должна была потребоваться — чтобы всё пошло согласно разработанному плану. А первый его пункт предполагал: отряду «Янус» следует раздобыть французскую военную форму. Желательно — десять комплектов. Ну, в крайнем случае — девять. Да и французское оружие Скрябину и его сотоварищам очень не