Магия веры - Клод Бристол

И тогда она стала продвигать свой продукт на рынок. Подобно большинству людей, которые начинают с идеи, ей пришлось столкнуться с множеством препятствий: нехваткой денег, противодействием конкурентов, возражениями родственников и трудностями в плане производства и сбыта. Но ничто не могло испугать эту женщину из Новой Англии, и в конце концов уверенность Лидии Пинкхэм в своих силах и энтузиазм охватили всех членов ее семьи, особенно после того, как бизнес стал приносить реальные доходы.

Ни одна книга, посвященная великой силе веры, не будет полной без упоминания о миссис Мэри Бейкер Эдди – еще одной женщине из Новой Англии, которая построила громадную религиозную организацию, известную как «Христианская наука». Миссис Эдди часто доводилось сталкиваться с разочарованиями, раздорами и насмешками, но после того, как ее посетило озарение, даровавшее миру знаменитую книгу «Наука и здоровье, с ключом к Священному Писанию» (Science and Health with Key to the Scriptures), она начала развивать в себе способность к энергичному лидерству, непоколебимую веру в свое учение и живую индивидуальность, которая оставила свой отпечаток в сердцах миллионов людей. Мало кто из авторов оказал такое сильное воздействие на научную медицину и теологию, как она. «Христианская наука» – это еще одна практическая демонстрация мощной силы веры.

Мир навсегда останется в долгу перед Флоренс Найтин-гейл, которая проявила потрясающую изобретательность в спасении тысяч людей и привела профессию сестры милосердия в соответствие с высокими стандартами, признанными сегодня во всем мире. Это еще один пример женщины, которая с юных лет знала, чего хочет, и направила все силы на достижение своей амбициозной цели. Наверное, страстное желание ухаживать за ранеными и больными было даровано ей высшими силами – ведь в то время, когда она приступила к осуществлению своей великой миссии, профессия медицинской сестры не считалась занятием, приемлемым для порядочной женщины.

Флоренс родилась в одной из богатейших семей Англии, но для этой великой женщины аристократическое происхождение ничего не значило. Свою деятельность на поприще медицины она начала с мытья полов в коридорах школы, где обучали уходу за больными, созданной пастором Флиднером в Германии. Вскоре Флоренс показала, что способна не только скрести полы, но и перевязывать раны, пробуждая у пациентов надежду своими подбадривающими беседами. Ей тоже пришлось на каждом шагу преодолевать упорное сопротивление, но для женщины, вдохновленной видением своего призвания, все препятствия были нипочем. Флоренс ненавидела фанатиков, верила, что ухода заслуживают все, независимо от религиозной принадлежности, цвета кожи и политических убеждений. Она не стеснялась использовать свой ум и острый язычок, когда нужно было дать кому-то достойный отпор.

Во время Крымской войны мужчины в Военном министерстве Великобритании пробовали отмахнуться от Флоренс Найтингейл, заявляя, что ее затея закончится полным провалом. Но в конце концов они позволили «сумасбродке» настоять на своем. Она организовала для тридцати восьми сестер милосердия частную поездку за собственный счет и привезла их в госпиталь в Скутари (Турция). Невзирая на категорическое нежелание госпитального начальства позволять женщинам вмешиваться в их работу, Флоренс не замедлила это сделать. Вскоре отважные женщины, возглавляемые родоначальницей современного сестринского ухода, взяли управление госпиталем в свои руки. На протяжении всего периода работы в Крыму железная воля Флоренс Найтингейл постоянно стучала в каменную стену оппозиции. Кто-то из них должен был уступить, и сделать это пришлось каменной стене.

Некоторые из самых влиятельных государственных мужей Великобритании высмеивали деятельность этой поразительной женщины и делали все возможное, чтобы остановить ее реформаторские начинания. Но ее «наполненные динамитом» письма пробуждали сознание соотечественников, и в конце концов Флоренс стала объектом всеобщего обожания. Когда в возрасте восьмидесяти двух лет она заболела, сиделка попыталась удержать ее в постели, но добилась лишь того, что Флоренс Найтингейл встала и уложила в постель саму сиделку. В девяносто лет, незадолго до ее смерти, кто-то из друзей спросил, знает ли она, где находится, и в ответ услышал: «Я стою у алтаря, воздвигнутого в честь убитых мужчин, и, пока живу, буду сражаться за их дело».

Когда мы думаем о мучениках, в сознании большинства людей возникают образы мужчин, которые умерли, были распяты или брошены в тюрьму за то, что боролись за свои взгляды. Давайте всегда будем помнить о том, что история хранит имена многих выдающихся женщин, которые принимали мученический венец с таким же мужеством, как и мужчины, – от Жанны д'Арк, которую сожгли на костре, до современных женщин, которые получали тюремные сроки за то, что пытались отстаивать права женщин.

Имя Кэрри Нейшн, возможно, мало что говорит сегодняшней молодежи и даже исчезает из памяти многих представителей старшего поколения. Но на рубеже XIX и XX веков она была одной из самых известных женщин-мучениц. Подобно многим людям, одержимым какой-то идеей, Кэрри Нейшн была убеждена в том, что высшие силы дали ей задание уничтожать салуны, и решила положить конец незаконной торговле спиртными напитками в своем родном штате Канзас. Призывая на помощь своих последовательниц, миссис Нейшн стала проводить публичные молебны и демонстрации против пьянства, что привело к закрытию многих нелегальных питейных заведений. Когда она решила, что этот метод действует слишком медленно, то вооружилась топориком и принялась крушить бутылки, пивные бочки и барные стойки. Кэрри постоянно высмеивали и часто арестовывали, но она была настолько твердо убеждена в правоте своего дела, что принимала все эти мучения с радостью.

Имя Сары Бернар, надеюсь, известно всем. Природа наделила ее нравом тигрицы, однако в истории она останется одной из самых великих драматических актрис всех времен. Начало ее сценической карьеры было омрачено бесчисленными неудачами, но Сара страстно стремилась овладеть техникой актерского мастерства и достигла в этом совершенства, к двадцати четырем годам став знаменитостью. Эта женщина курила сигары, пила крепкие напитки и была подвержена необычайно резким перепадам настроения. Иногда она посещала кладбища и сидела на могильных плитах, словно оплакивая ушедших. Сару Бернар никогда не беспокоило, что думают о ней люди, скорее, она наслаждалась их критическими замечаниями. Она была индивидуалисткой в самом высоком смысле этого слова. Память о ее драматическом таланте, наверное, не умрет никогда. Несмотря на то что в конце жизни Саре пришлось ампутировать ногу, она продолжала играть на сцене, поскольку никакая сила не могла поколебать ее веру в то, что она непревзойденная актриса, каковой Сара и оставалась до конца своей жизни – до 1923 года.

Не могу не вспомнить необычайно энергичную мадам Шуман-Хайнк[71], чья история является таким же ярким примером того, что может совершить вера, когда за дело берется ее верный проводник – разум. Желание дарить миру свой прекрасный голос стало ее главной движущей силой в пятнадцать лет,