Месть Рима - Саймон Скэрроу

их меньшим сородичам, ее сердце ожесточилось из-за необходимости мешать врагу, какие бы действия это не подразумевало.

- Римлянам нужны эти мулы для перевозки припасов. Мы пощадим их сейчас, и они потом попадут обратно в римские руки и привезут больше припасов нашему врагу в Венту Иценорум. Убейте их.

- Как прикажешь. А что насчет пленных?

- Убейте их всех, кроме одного, и оставьте их головы в самой задней повозке. Отодвиньте ее достаточно далеко от остальных, чтобы она не сгорела в огне. Последнего мы распнем. Он может продержаться достаточно долго, чтобы рассказать тем, кто придет искать конвой, кто виноват в этом.

- Я думаю, римляне могли бы сами это понять. - Боудикка повернулась к своему советнику. - Тем не менее, я не хочу, чтобы у них были какие-либо сомнения. Сделай это.

******

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

 

В окрестностях Бранодунума

 

Катон и Макрон стояли на вершине дюны, возвышаясь над каналом, где четыре военных корабля, бирема и три меньших либурны были выброшены на берег в ил у травянистого берега. Зимние штормы сменились более спокойным морем, которое могли легко преодолеть военные корабли и грузовые суда под командованием Катона. От кораблей к берегу тянулись сходни, и можно было увидеть морских пехотинцев, движущихся к поселению в Бранодунуме. Дальше, там, где канал выходил в море, два больших грузовых корабля и две баржи медленно приближались под парусами. Они пришли из Лондиниума, куда их послали забрать инженеров и материалы для строительства форта в Бранодунуме, откуда Катон намеревался нанести удар по болотам, чтобы выследить мятежников. Он находился на борту биремы несколько дней, ожидая прибытия Бесодия и его кораблей, прежде чем подняться по каналу и высадиться недалеко от иценского поселения. Грузовые суда несли легкий весенний бриз, который заставлял пучки травы, росшие на дюнах, слегка покачиваться.

Форт должен был контролировать канал, который вел от моря и проникал на некоторое расстояние в болота, прежде чем уступить место мелководным потокам воды, которые змеились через тростник и небольшие острова, тянущиеся через северные просторы территории иценов. Катон указал на горб возвышенности, где канал разделялся на почти километр дальше вглубь страны. Большее русло вело к поселению иценов, в то время как более узкое извивалось в болотах.

- Это место для форта. Он должен обеспечивать хороший вид на окрестности, а также контролировать канал.

Макрон кивнул.

- Также его легко защищать, с водой, тростником и илистыми отмелями с трех сторон. Единственный реальный подход будет вверх по склону к главным воротам. Одна центурия и, скажем, четыре баллисты будут контролировать любой доступ к морю. Хотя я не вижу, чтобы наварх был слишком рад расстаться со своими метательными механизмами.

Командующий эскадры флота много лет обходился без повышения, и из-за этого был вспыльчивым и склонным протестовать против любого вызова его власти.

- У Турпиллия есть приказ, - ответил Катон. - Если я скажу ему сдать свои скорпионы и баллисты армии, он сделает то, что я скажу, или ответит перед наместником.

- Иногда приходится задаваться вопросом, на одной ли мы стороне, - проворчал Макрон.

Катон слегка хлопнул себя по бедру.

- Решай одну проблему за раз. Это все, что мы можем сделать.

Они ждали, пока «Минерва» проскользит к ним. Катон мог различить Бесодия, стоящего на носу, и ответил ему приветствием, прежде чем капитан повернулся, чтобы приказать своим людям спустить парус и приготовиться бросить якорь посреди канала. Один за другим прочие грузовые суда встали на якорь позади него. Мгновение спустя с борта «Минервы» спустили лодку, и Бесодий сошел в нее, отправившись к берегу. Катон и Макрон спустились с дюны, чтобы встретить его.

- Я бы поставил хорошие деньги, что ты не ожидал увидеть меня снова! - Торговец ухмыльнулся, пожимая предплечье.

- Чушь. - Катон улыбнулся. - Я знал, что ты настоящий патриот. Способный и желающий служить Риму.

- Конечно, - добавил Макрон, - это не имеет никакого отношения к небольшому состоянию, которое тебе платят за твои услуги.

- Разве не замечательно, когда торговля и патриотизм совпадают? - ответил Бесодий, прежде чем опустить руку в свою суму и достать кожаный тубус с крышкой. - Мне дали это, чтобы я передал тебе, пока мои корабли загружались в Лондиниуме.

Катон взял контейнер с посланием и вынул из него небольшой свиток. Он прочитал содержимое с мрачным выражением лица, прежде чем вернуть свиток на место и заткнуть тубус за пояс.

- Плохие новости? - спросил Макрон.

- Боудикка уничтожила конвой с припасами, который мы ожидали. Она нанесла удар, когда он был еще глубоко на территории триновантов между Камулодунумом и Лондиниумом. Сожгла все фургоны и вырезала эскорт.

- Марс Победитель! Они становятся смелее, если готовы нанести удар так далеко за пределами своей территории.

- Или достаточно отчаянны, чтобы пойти на такой риск, чтобы произвести такое впечатление. В любом случае, это тяжелый удар для нас. - Катон на мгновение замолчал. - В любом случае, приятно снова тебя видеть, Бесодий.

Капитан кивнул в сторону своего корабля.

- Я привез с собой несколько кувшинов вина из Галлии. Когда будешь готов.

Катон покачал головой и указал на колонну морских пехотинцев, выстроившуюся и готовую к наступлению по узкой тропе к Бранодунуму, всего в метрах пятистах отсюда.

- Мы разберемся с любезностями позже. Пошли!

******

Колонна морских пехотинцев была выстроена из четырех боевых кораблей под командованием центуриона с биремы. Он отдал честь, когда Катон и остальные приблизились.

- Люди готовы выступить по вашему приказу, господин.

- Очень хорошо. - Катон отдал честь в ответ, прежде чем обратиться к морским пехотинцам. - Хотя Боудикка и мятежники – враги, среди иценов есть много тех, кто не поддерживает ее дело. Поэтому вы не причините вреда ни одному жителю Бранодунума, не возьмете и не повредите их имущество, если я вам не прикажу. Любой морской пехотинец, который не подчинится этому приказу, ответит за это. - Он пристально посмотрел на них, чтобы убедиться, что никто не сомневается в последствиях неповиновения ему.

Затем он повернулся к биреме, где Турпиллий, облокотившись на бортовой поручень, наблюдал за происходящим. - Убедись, что твои люди держат глаза открытыми. Если нам придется отступать из Бранодунума, будьте готовы быстро переместить свои корабли в море.

- Мы будем