Дело о чёрном рыцаре - Лариса Куницына

вязью узоров, и бархатном плаще, выделялся среди других командиров. Маркиз Беренгар обрисовал нам сложившуюся обстановку, а также те цели, которых следовало достичь в самое ближайшее время. Нужно было захватить или отбить у врага несколько небольших городов и замков. Их значение было неочевидно, но после того, как он разъяснил отдалённый результат наших действий, я мог только восхищаться гениальностью его замысла. Затем Арман говорил с каждым из нас и поставил чёткие и понятные задачи. Отряды Адемара и Ремара-Амоди должны были выдвинуться на север и захватить город Карнаван, отряды Делагарди и де Бертена — Лотри на западе. Де Роше было приказано захватить Моле, Аллар отправлялся в Фонтен, а мне нужно было взять и любой ценой удерживать до подхода подкреплений замок Ремьен. Это был небольшой замок, принадлежащий союзнику алкорцев барону де Ремьену. К моменту моего прибытия туда, в нём хранился подвезённый туда обозом провиант для наёмников альдора из города Берген, которые стояли лагерем под Монтеньи. Разведчик короля, побывавший в замке под видом торговца полотном, разъяснил мне обстановку, и я решил не рисковать своими людьми, устраивая штурм. Я знал, что сам барон де Ремьен со своей дружиной в это время находился в Фонтене, а в замке заправляла его мать. Потому я явился под стены и, не прячась, объявил, что направлен капитаном наёмников, кажется, его звали Штолле, чтоб забрать обоз и препроводить его под Монтеньи. Она поверила мне не сразу и, выйдя на стену, начала расспрашивать о Бергене, но я бывал в этом городе, и отвечал на её вопросы без запинки. Наконец, она приказала открыть нам ворота. Мы без особого труда захватили замок, который охраняли лишь челядь и несколько ветеранов. Я запер их в подземелье, а хозяйку вместе с её дамами в покоях. Всё прошло удачно, но спустя день под стены явился настоящий отряд из Бергена, и вскоре начался истинный ад…

Марк горько усмехнулся своим воспоминаниям.

— У меня было всего тридцать человек, и мне предстояло удерживать замок, который был вовсе не такой уж неприступной твердыней. Штурм следовал за штурмом, к осаждавшим нас ландскнехтам прибыло подкрепление, мои люди гибли, а помощи всё не было. У меня осталась лишь половина моего отряда, когда наконец в тыл наёмникам ударила конница Аллара. Закончив свои дела в Фонтене, он тут же примчался к нам на выручку. Его рыцари разбили изрядно потрёпанных нами ландскнехтов и рассеяли их по равнине, после чего те спешно скрылись в лесах. Впустив Аллара, я по приказу короля передал ему Ремьен. Узнав о наших потерях, он предложил мне отправиться в захваченный им Фонтен, чтоб отдохнуть и залечить раны, а также пополнить наши ряды новобранцами. Он рассказал мне, что стоял под стенами города почти неделю, пытаясь взять его, но всё было безуспешно. Время поджимало, и потому он вынужден был отправить к Арману гонца и просить подкрепление. И вскоре к нему на подмогу явились де Морен и Крылатая конница, которые с ходу вступили в бой и вскоре прорвали оборону алкорцев, после чего город был взят. Де Морен привёз с собой приказ короля передать Фонтен ему и срочно выдвигаться в Ремьен на помощь нам.

— Что ж, — удовлетворённо кивнул лис. — Вашему королю и его баронам не откажешь в умении действовать быстро, решительно и по обстановке. А что с де Роше?

— Я как раз подхожу к этому, — кивнул Марк. — Как вы помните, его Арман отправил отбивать у алкорцев городок Моле. Надо сказать, что хоть сам город невелик, он был очень важен для нас, потому что расположен на берегу реки Роны. Там есть пристани и склады. Жители Моле издавна занимались тем, что принимали грузы с кораблей и барж на реке, перегружали их на телеги и отправляли дальше посуху. Ну, или наоборот, перегружали обозы на баржи и те по реке везли товары на север и юг. Моле расположен на землях Сен-Марко и традиционно поддерживает королей. Он использовался при доставке грузов для нашей армии, но незадолго до этого его захватил алкорский барон Блантор. Арман приказал выбить его из Моле и забрать порт обратно. Когда Крылатая конница прибыла под Моле, они увидели выстроившихся в боевой порядок алкорцев, которых было не меньше полутысячи. Блантор решил дать бой в поле, по всем правилам. Битва была тяжёлой, но де Роше одержал победу и даже захватил Блантора и его капитанов в плен. Однако и сам он понёс потери, почти пятьдесят его рыцарей погибли, было много раненных. Он занял Моле и жители организовали для его рыцарей лазарет в одном из складов. А потом он получил этот приказ… — Марк тяжко вздохнул. — Я так и не узнал, кто его направил. Может, это были алкорцы? Этим приказом Арман будто бы велел ему отправиться в лес у Ведьминой горы под Монтеньи для соединения с отрядом барона де Сегюра, после чего встать лагерем и ждать дальнейших распоряжений. Мне рассказывали, что де Роше, прочитав приказ, ворчал: почему он должен нестись сломя голову ко мне, если у меня лишь горстка головорезов, которым ничего не стоило примчаться в Моле, чтоб присоединиться к Крылатой коннице. Однако он решил, что приказ связан с тем, что именно этот лес должен быть отправной точкой его дальнейших передвижений. К тому же он не мог ослушаться приказа короля. Понимая, что Моле снова может подвергнуться нападению алкорцев, он не решился бросить своих раненных и горожан без защиты. Потому взял с собой сотню всадников и отправился к Монтеньи, приказав остальным охранять город под началом лейтенанта барона де Шамбле. А через день поступил новый приказ, которым барону де Роше было предписано срочно выдвигаться под Фонтен на помощь барону Аллару. Поскольку к Моле уже подходил отряд лучников маркиза Вайолета, де Шамбле со своими подчинёнными поспешил исполнить приказ короля. Он и рассказал всё это Аллару, когда Фонтен был взят.

— Погоди, — нахмурился лис. — Я правильно понял, что первым приказом ему было велено отправиться на встречу с тобой в это Монтеньи, в то время как ты был в Ремьене?

— Именно так, — кивнул Марк. — Но не это самое страшное, а то, что его направили именно туда, где стояли лагерем наёмники из Бергена, которые служили алкорцам!

— То есть, это была западня?

— Да! Едва услышав об этом от Танкреда, я всё понял и, выехав из Ремьена, поспешил к Монтеньи.