Королева из архива - Светлана Богдановна Шёпот

произнес он. — И у меня есть этому доказательства.

— Но… — Анарбера почти задыхалась. Зрение по краям потемнело. Она ощутила тошноту. Ей нужно было придумать аргумент, который мог доказать, что она ничего подобного не делала. — Вижу, вы верите бредням, которые могла написать страдающая от безделья Мелисандра. Если… я действительно чудовище, которым вы пытаетесь меня выставить, то почему вы сами еще живы? — задала она вопрос, который, как ей виделось, должен был перечеркнуть всю теорию короля.

Эта мысль показалась Анарбере настолько удачной, что она даже слегка расслабилась.

— Кажется, для ваших планов я был более подходящим вариантом, — хмыкнул Хальстенмар, глядя ей прямо в глаза. — Неграмотный северный варвар, которого легко можно было обмануть. Удобный кандидат, не так ли?

Глава 116

Глава 116

Анарбера не выдержала и поднялась на ноги. Эмоции душили ее, отчего она никак не могла взять себя в руки.

Ей казалось, что она обо всем позаботилась. Все было тщательно проверено и скрыто. Но этому дикарю каким-то образом удалось что-то узнать.

Проклятая Мелисандра!

В такие моменты Анарбера жалела, что не может убить человека дважды за его или ее глупость и бесполезность.

— Кажется, вам передалось безумие королевы Мелисандры! — громче, чем следовало, бросила она, отворачиваясь.

— Осторожнее, — посоветовал король с угрозой в голосе. — Не забывайте, с кем говорите.

Анарбера стиснула зубы. В ее глазах вспыхнула ярость. С момента, когда ей сказали, что ее судьба стать королевой, она ненавидела, когда кто-то смел разговаривать с ней в таком тоне.

— Прошу прощения, ваше величество, — несмотря на желание разорвать ненавистного человека, повинилась она. — Но вы должны меня понять. Ваши речи наполнены абсурдом. Вы обвиняете меня в страшных вещах, имея на руках лишь догадки и какие-то бумажки, которые можно легко подделать.

Ей очень хотелось выхватить листы из рук короля и сжечь их, но она понимала, что у нее ничего не получится. Варвар был несоизмеримо сильнее.

— Вы не хуже меня знаете, что порой и меньшего достаточно.

О, она прекрасно понимала. Когда высший свет хотел чьей-то крови, то они вполне могли ухватиться даже за простой оговор без каких-либо доказательств.

— Вы не можете меня судить! — крикнула она, резко повернувшись к нему лицом.

Король выглядел так, будто они говорили не о преступлениях, а о погоде. Это только еще больше выводило ее из себя. Невыносимо хотелось стереть это самодовольство с его лица!

Ей нужно было успокоиться.

Анарбера пару раз вздохнула, пытаясь вернуть утраченное равновесие. Она была выше этого. Ей не следовало позволять королю управлять ее эмоциями. Волнение могло сыграть с ней злую шутку.

— Высший свет не примет подобных доказательств, — дрожащим голосом произнесла она, стараясь придать голосу уверенности.

Собственные слова немного успокоили ее, ведь в них имелся смысл.

Она долгие годы собирала «секреты» благородных домов Элендора. Если они позволят ее осудить, она не станет молчать! И те знали об этом.

Король правил всего пару лет. Этого времени было мало, чтобы обрести надежных союзников. Единственные, кто его поддерживал — это люди, которых он привел с собой с севера. У тех власти было еще меньше, чем у самого короля.

Судя по тому, что разговор проходил за закрытыми дверями, Хальстенмар и сам прекрасно осознавал, что суд над ней вызовет переполох среди знати. Из-за этого трон под ним может зашататься.

Кажется, он не был настолько беспросветно глуп, как она думала изначально.

— Я не собирался вас судить, — заверил король, возвращая Анарберу из собственных хаотичных мыслей.

— Что? — спросила она, не понимая, зачем тогда он вообще затеял этот разговор.

— Вы отправитесь в монастырь, как и было сказано ранее. И проведете там свои последние дни, — пояснил он.

Анарбера не собиралась спорить с этим решением. Она и сама стремилась как можно скорее выбраться из столицы, чтобы вновь обрести контроль над своей свободой.

Ни в какой монастырь она, конечно, не собиралась, но Хальстенмару знать об этом было не обязательно. В ближайшем будущем он горько пожалеет, что посмел напугать ее! Она позаботится об этом!

— Полагаю, на этом все, — закончил король и поднялся.

Анарбера не заметила, что он все это время наблюдал за ней с каким-то исследовательским интересом. Казалось, ее мысли не были для него тайной.

— Наша беседа доставила мне удовольствие, — солгала она, почти успокоившись.

— Да, это было занимательно, — согласился король и направился к двери, но прежде, чем выйти, он остановился и оглянулся. — Кажется, у вас была еще одна подруга, не так ли?

Анарбера нахмурилась, не понимая, к чему король вновь начал задавать странные вопросы. Разве они уже не все решили?

— Я была знакома со многими. О ком вы говорите?

— Я про Гиперею Тордвален, — пояснил король. — Единственную дочь герцога Тордвалена.

— К чему вы вспомнили о ней? — с легким напряжением в голосе спросила Анарбера. — Бедняжка давно погибла. Несчастный случай.

— Вы видели, как это произошло?

— Нет, — резко ответила она.

— Жаль, — выдал тот и прежде, чем выйти из комнаты, добавил: — Вы отбываете завтра. Будьте готовы. Спокойной ночи.

Анарбера могла поклясться, что в голосе короля звучала насмешка, но тот уже отвернулся, поэтому она не видела его лица.

Оказавшись в коридоре, Вальгорн и не думал куда-то уходить. Он ждал, глядя при этом на соседнюю дверь.

Спустя некоторое время она резко распахнулась, и на пороге возник всклокоченный мужчина преклонного возраста. Его седые волосы были собраны в низкий хвост, а усы с бородой тщательно подстрижены.

— Хальстенмар! — произнес он, размашистым шагом приблизившись.

Стражники рядом напряглись, но Вальгорн поднял руку, давая понять, что те могли остаться на месте.

— Герцог Тордвален, — поздоровался он. — Полагаю, вы все слышали.

— Разумеется, я слышал! — прогудел старик и впился в него напряженным взглядом. — И теперь хочу знать, что все это значит!

Глава 117

Глава 117

— Этот разговор не стоит вести в коридоре. Пройдемте в мой кабинет. — Вальгорн указал рукой в нужную сторону.

По лицу герцога было видно, что он желал услышать все, что касалось его дочери, прямо сейчас, но все же ему пришлось уступить.

Через некоторое время они достигли кабинета и расположились. Вскоре они оба сидели, глядя