Путешественник - Е. Юань

сильно из-за Великого баклундского смога; что подлинная зрелость вовсе не обязывает ставить крест на хорошем настроении и навсегда стирать улыбку с лица. Ведь умение радоваться жизни ничуть не умаляет серьезности отношения к бедам, а, напротив, дарует силы выстоять в долгой борьбе. Однако, трезво всё взвесив и решив не рушить монументальный, недосягаемый образ «Шута», юноша скрепя сердце оставил этот искренний совет «Клоуна» при себе.

Вслед за этим он снял незримый барьер, возвращая слух и зрение остальным участникам, и приготовился безмолвно дожидаться, пока свободный обмен новостями иссякнет, знаменуя финал очередного собрания Клуба Таро.

Глава 489

Отложенное предложение

Пообщавшись еще некоторое время, «Солнце» Деррик внезапно задал вопрос:

— Многоуважаемый господин Шут, какой жест нам следует использовать, вознося вам благодарность?

«Жест?» — Клейн на мгновение опешил, застигнутый врасплох вопросом маленького «Солнца».

Ему и в голову не приходило выдумывать для себя какой-то особый молитвенный знак, подражая Церкви Богини с ее круговым начертанием по часовой стрелке из четырех точек или Церкви Повелителя Бурь, чьи адепты били правым кулаком в левую сторону груди.

«Должно быть, это и есть та самая последняя, незыблемая черта для любого уважающего себя фальшивого бога…» — с горькой иронией мысленно усмехнулся он.

Увидев, что господин Шут лишь взирает на них с легкой улыбкой и хранит божественное безмолвие, словно предоставляя им самим полет для фантазии, «Справедливость» Одри мигом воодушевилась и тут же перескочила на новую, куда более захватывающую мысль.

Обведя собравшихся сияющим, предвкушающим взглядом, девушка предложила:

— Господа, а почему бы нам заодно не придумать и некий тайный знак, по которому мы смогли бы узнавать друг друга в реальном мире? Пусть пока ряды Клуба Таро немногочисленны, и нам вряд ли грозит столкнуться лбами по разные стороны баррикад. Но ведь в грядущем подобного исхода избежать будет архисложно! Нам жизненно необходима система условных сигналов, дабы безошибочно отличать соратников от врагов.

«О, а вот на этот счет у меня есть пара идей…» — Клейн мгновенно воскресил в памяти целую россыпь масонских жестов из прошлой жизни, вроде того же тайного рукопожатия с пальцем на пульсе или знака со скрытой в рукаве рукой.

Юноша уже было вознамерился дернуть за ниточки «Мира» и внести свою лепту, как вдруг слово взял «Повешенный»:

— Увольте, мисс Справедливость. Смею заметить, затея эта в корне провальная.

— Главный козырь нашего Клуба Таро, выгодно отличающий нас от прочих подпольных лож — это абсолютная анонимность участников. Приведу самый скверный, фатальный сценарий: даже если кто-то из нас угодит в лапы инквизиторов и подвергнется жесточайшим пыткам, это ни на йоту не поставит под удар остальных. Разумеется, если только враг не обладает мощью, способной бросить вызов самому господину Шуту и напрямую вторгнуться в эти чертоги, что само по себе является чистой воды абсурдом.

— Но стоит нам обзавестись системой шифров и тайных жестов, как предательство одного-единственного участника даст врагам идеальную удочку, чтобы выловить и пустить в расход всех нас поодиночке.

— Неужто вы так отчаянно жаждете кичиться своим членством в Клубе перед каждой встречной собакой?

— … — Одри, лишенная веских аргументов, на долю секунды опешила и лишь растерянно пробормотала: — Но ведь…

— Впрочем, в ваших опасениях тоже есть зерно истины. Вот только решать подобные проблемы следует иначе: через еженедельный обмен информацией, разовые, заранее оговоренные условные знаки для конкретных ситуаций или же через мольбу к самому господину Шуту, — «Повешенный» Элджер, вовремя вспомнив, что эта юная леди вот-вот отвалит ему кругленькую сумму золотых фунтов, благоразумно сменил тон на куда более обходительный.

До «Справедливости» Одри наконец дошло, и она с просветлевшим видом уточнила:

— Иными словами, если мы заранее, прямо на понедельничном собрании Клуба, выясняем, что можем пересечься в реальном мире или же оказаться по разные стороны баррикад, мы просто придумываем временный жест. Узнаем друг друга, а как только дело будет сделано — тут же забываем этот пароль навсегда. Хм, а если ситуация патовая, связаться времени в обрез, но закрались подозрения, то мы просто улучаем момент и возносим мольбу господину Шуту, проверяя, не ввязан ли в это другой участник?

— В общих чертах, именно так, — беззвучно, с легким облегчением выдохнул Элджер.

Тут и «Солнце» Деррик словно прозрел:

— Прошу простить мою дерзость, это был поистине глупый вопрос. Господин Шут потому и не обмолвился ни словом о молитвенных жестах, что всеми силами оберегает нас от разоблачения.

С этими словами юноша благоговейно устремил взор на восседающего во главе длинного бронзового стола владыку:

— Ваша воля — наш единственный, незыблемый путь.

«А я ведь только-только придумал чертовски изящный знак…» — с легкой, снисходительной усмешкой обронил Клейн:

— Весьма похвально.

Затем он неспешно обвел взглядом остальных участников и с ледяным, божественным спокойствием возвестил:

— На сегодня наше собрание подошло к концу.

— Повинуемся вашей воле! — все присутствующие, за исключением новоиспеченного «Луны», синхронно вскочили со своих мест.

Эмлин впал в секундный ступор, после чего тоже торопливо подскочил, неуклюже копируя чужие прощальные поклоны.

В следующее мгновение мир перед его глазами затопило глубокое багровое сияние, а тело прошило легкое, щемящее чувство падения в бездну.

Едва наваждение рассеялось, зрение обрело былую резкость, вновь выхватив из полумрака заставленную бесчисленными куклами спальню.

Фух… Лишь теперь Эмлин Уайт смог окончательно перевести дух и, успокоившись, принялся скрупулезно препарировать в уме свое первое собрание Клуба Таро:

«Если вынести за скобки самого господина Шута, остальные участники явно не блещут заоблачной боевой мощью. Неужто все они, прямо как и я, оказались затянуты сюда по воле случая или скрытых мотивов? За моей спиной незримо стоит Прародительница, но кто же, черт возьми, дергает за ниточки остальных?»

«До чего же смехотворно… А я-то поначалу грешным делом решил, что этот „Солнце“ — суровый полубог, едва унесший ноги от карающего ангельского меча. И кто бы мог подумать, что он всего-навсего жалкий маг восьмой Последовательности, отчаянно рвущийся на седьмую ступень!»

«Неотесанный, невоспитанный юнец, у которого еще и молоко на губах не обсохло! Впрочем, те сказки про Город Серебра и бесконечный, закольцованный кошмар звучат до одури жутко и странно. Нужно будет при случае закинуть удочку лорду Нибайсу… Нет, для начала расспрошу Касими да собственных родителей, вдруг они хоть краем уха слыхали об этой серебряной дыре. Хм, подумать только, эти жалкие летописцы из Города Серебра посмели извратить и переписать истинную, великую историю нашего благородного