Ведьма пустоши - Джессика Кури

с ними оказалось полное собрание Шекспира в тонких кожаных томиках вперемешку с исписанными тетрадями и разрозненными листами. Увидев среди них карту поместья, я уже было потянулась за ней, но в тот миг, когда мой палец коснулся бумаги, за моей спиной прозвучал мягкий мужской голос с шотландским акцентом:

– Если уж вы намерены воровать, могли бы начать с чего-нибудь поценнее этих старых бумажек.

Я так резко вздрогнула, что свеча выпала у меня из рук. Пламя погасло, погрузив библиотеку в темноту. Я услышала глухой стук покатившейся свечи и шипение, с которым растекся по полу горячий воск.

А затем в десяти шагах от меня снова вспыхнул свет – сперва я решила, что дело в магии, но затем увидела спичку между пальцами мистера Норта. Он поднес ее к другой свече, стоявшей рядом с креслом, в котором сидел, и колеблющийся свет озарил библиотеку.

Я застыла, не в силах вымолвить ни слова. Он сидел, откинувшись в кресле, с перевязанной головой и ногой на скамеечке и смотрел на меня с нескрываемой усмешкой. На столике рядом с ним лежал его скин-ду, а рядом – кучка деревянных стружек и наполовину вырезанный волк. Пес Капитан растянулся на полу у его ног, громко и радостно хлопая хвостом по полу, будто мы только что встретились и будто это не он отчасти виновен в том, что я здесь оказалась.

– М-мистер Норт, – запинаясь, выговорила я. – Прошу прощения, я всего лишь…

– Шпионили? – подсказал он.

– Ну… можно и так сказать.

Я остро сознавала, что стою перед лэрдом в одной лишь ночной сорочке и шали, но все же подняла подбородок: он мог бы дать о себе знать в тот миг, как я вошла, а не позволять мне выставлять себя дурочкой.

– Я не знала, что вы здесь.

– Очевидно. Значит, вы Роуз Прайор?

Он произнес мое имя с шотландской протяжностью, будто снимая стружку ножом с дубовой ветки.

– И часто вы промышляете тем, что роетесь в личных вещах хозяев крадучись, как призрак в ночи?

Мое лицо вспыхнуло.

– Я не могла уснуть. Ваша собака скреблась в мою дверь.

Капитан поднял голову и бросил на меня такой взгляд, словно я его предала.

– Как вы себя чувствуете, милорд? – спросила я, чтобы сменить тему.

– Незачем так обращаться. Я не дворянин, а всего лишь землевладелец из глубинки. А чувствую я себя хорошо. Необычайно хорошо. Сверхъестественно хорошо. Можно было бы даже подумать, что это…

Он нахмурился, затем пошарил в кармане одежды и вытащил оттуда ажурный носовой платок, вышитый целительным заклятьем.

…«Магия» – это слово прозвучало как самое настоящее обвинение.

Я взяла платок, который запихнула в его карман еще на дороге, и скомкала в кулаке, будто это было нечто постыдное, хотя на самом деле плетение получилось превосходным.

– Это было меньшее, что я могла сделать.

– Уверяю, несмотря на все ваши старания, больше всего пострадала моя гордость. Я узнаю заклинание, когда вижу его. И ветер, что напугал мою лошадь, не был обычным ветром.

– А, – вот и все, что я смогла выдавить.

Стало ясно, что он вовсе не тот простак, каким я наполовину надеялась его увидеть.

– Ладно, это была я. Но, честное слово, я и не подозревала, что вы там едете. Это случайность.

– Хм.

Он смотрел так, будто верил мне лишь наполовину.

– Что ж, я хотел бы узнать побольше о своей искусной в магии гостье, о том, как она оказалась одна в моем лесу и почему слоняется по моему поместью в столь поздний час. Садитесь.

Он кивнул в сторону кресла у камина, обитого декоративной тканью с изображениями рыцарей и замков.

Как только я устроилась на краешке своего кресла, он откинулся на спинку своего и снова взял в руки нож и заготовку волка. Его большой палец направлял лезвие по дереву, искусно снимая тонкие, изящные стружки. Пальцы у него были такими же длинными и умелыми, как у любого прядильщика, ногти – подстриженными и чистыми. Каждое легкое движение заставляло мускулистые сухожилия на тыльной стороне ладоней напрягаться, словно нити-основы на станке.

– Миссис Макдугал сообщила мне, что вы в Блэксвайре по делам, – сказал он, выдернув меня из задумчивости. От осознания, как пристально я разглядывала его руки, по шее разлился жар.

– Я жду своего нанимателя, – машинально ответила я, прибегнув к легенде, которую сочинил для меня Лахлан, и надеясь, что он не заметит моего румянца. – Он торговец тканями, приехал закупать шерсть. Но в дороге захворал и сейчас поправляется в одной гостинице неподалеку. Он отправил меня вперед, чтобы я его дождалась, а нанятый мной экипаж высадил меня недалеко от вашего поместья.

Лахлан, конечно, будет оставаться «больным» еще несколько дней или даже недель – пока я не найду Эльфхейм и не вернусь с его наградой.

Или пока мне не исполнится двадцать один и магия не покинет мои кости навсегда.

– И давно вы работаете на этого торговца нитками? – спросил мистер Норт.

– Недавно, с тех пор как оставила место учительницы в благотворительной школе Перкинс в Вестминстере.

– Вы преподавали магию, – сказал он, не сводя с меня глаз.

Мужчина подул на деревянного волка, и свежая стружка взметнулась в воздух. Пара щепок прилипла к его нижней губе. Он неспешно смахнул их большим пальцем, по-прежнему не отрывая от меня взгляд.

– Судя по этим оберегам, я бы предположил, что у вас более высокий статус. Вы сами их вышивали?

Его взгляд остановился на моих рукавах.

Я смущенно поправила их, удивленная, что он заметил вышивку, поднимающуюся до локтей. Большинство людей не замечают; нить совпадает по цвету с тканью, стежки крошечные. Узоры вышиты по всей моей одежде: по подолам и воротникам, в швах, на чулках и нижней юбке. Даже в подкладке моей шляпки, которая сейчас сохнет у кухонного камина, спрятано маленькое заклинание. Я вышивала их по пути сюда в трясущемся, переполненном экипаже, беззвучно посылая проклятия в адрес того фейри, что прижимался ко мне и мешал двигать локтями.

Да, это действительно были обереги. Большинство из них отражали физические атаки, некоторые отгоняли враждебность. Были там и наваждения, которые делали меня чуть выше и крепче. Разница настолько незначительна, что никто и не заметил бы, если бы не наблюдал очень-очень внимательно. Но так как я вышила один и тот же узор практически на всей своей одежде, у окружающих просто не оставалось и шанса увидеть разницу. Даже то потрепанное платье, что я носила до того, как Лахлан обновил мой гардероб, покрывали бесчисленные узоры защитных заклинаний.

Я