Танец теней - Гурав Моханти

пока только мелочь: осколки, сажа, обрывки канатов. В нескольких дюймах от того места, где он лежал, расползлась огромная дыра – часть палубы обрушилась вниз, уничтожив драгоценные артефакты Сада Бхагадатта.

Обернувшись, он увидел, что оплавленный мост между Первой галерой и Второй был разорван взрывом. Отделившиеся Вторая и Третья галеры сошли с рельсов и накренились набок – еще несколько мгновений, и они окончательно завалятся и затонут в трясине. Проклятье. Айраваты свернули за поворот, и Дантавакра потерял оторвавшиеся от Первой галеры Вторую и Третью за поворотом. Глаза рыцаря наполнились слезами. Надеюсь, никто не пострадал.

Наконец он вытащил Мати, и та закричала: широко распахнутые глаза мерцали. Обернувшись, она глянула на Дантавакру. Пронесшийся слева жар опалил его лицо, волосы, щеку и позаимствованные доспехи.

– Отлично, – простонала Мати. – Мне было бы жаль, если бы ты умер.

Тихий смешок.

– Рыжие свалились вниз. – Он указал на дыру в палубе.

– Надеюсь, там они и останутся.

– Согласен. Но что теперь? Остальные галеры отделены. По канатам вы не взберетесь – неважно, насколько вы мускулисты. Айраваты не останавливаются, я не знаю почему. О, ну разумеется. Серый шаман мертв. И нам не спастись.

Но улыбающаяся Мати, взяв его за руку, указала наверх.

– Это невозможно!– выдохнул он. И совершенно… нечестно! Это должен был быть я!

– Дантавакра! – раздался высоко над ними знакомый голос. – Вы оба в порядке? – В лунном свете блестел зависший в воздухе небольшой кораблик – по бокам от него развевались огромные крылья, а из него самого на них смотрела рыжеволосая девушка. Убедившись, что все живы, Вахура, первый человек, совершивший полет впервые за тысячу лет, исчезла на борту летающего корабля. – Просто подождите, хорошо? Просто подождите! – донесся ее взволнованный голос.

Улыбка Мати как-то затухла. Но не успел он спросить ее, в чем дело, как с борта летающего корабля упал край веревочной лестницы.

Он с беспокойством уставился на нее. Это было совершенно неестественно. Корабли, которые плавали по суше. Корабли, которые бороздили небеса. Совершенно неестественно! Да и вообще плавание под парусом ему никакого удовольствия не доставило. Вряд ли полет будет лучше. Хотя разве у него был выбор? Дантавакра оглянулся на обугленные перила земного корабля, как несчастный влюбленный, а затем ухватился за веревочную лестницу здоровой рукой, чтобы по ней могла взобраться Мати. А потом и сам последовал за ней.

Вахура протянула ему руку.

– Добро пожаловать на борт,– сказала она.– Балханский корабль Ваурихура отправляется в экспедицию по спасению мира. Капитан Вахура к вашим услугам. – Дантавакра закашлялся от рвущегося из груди смеха, и Вахура присоединилась к его смеху, чуть ли не подпрыгивая от удовольствия. – Мы сделали это! И не только это, мы еще нашли потерянного хранителя ветра и Проклятую Кузницей Астру! Мы можем отправиться за помощью, чтобы спасти пассажиров с двух оставшихся галер. Можем… – Она замолчала, увидев лицо Мати. – С тобой все в порядке, царевна?

– На хрен другие галеры. – Мати вцепилась в поручни хранителя ветра так, словно в нее ударила молния. А потом она… описала брюки. Хотя выглядело это гораздо хуже. Казалось, изнутри ее брюк просто вылили целое ведро.

– Вам нужны брюки поплотнее, царевна, – заметил Дантавакра.

– Я выбью твои кривые зубы один за другим! – рявкнула Мати. – Придурок! Я рожаю!

Челюсть Дантавакры отвисла, как подъемный мост.

– Вы… Что?

 Мати сломала бы Дантавакре челюсть, если бы на карту не были поставлены две жизни. Но поскольку – были, она этого не сделала. Она знала, что сейчас неподходящее время. Не хватало только, чтобы и он сейчас начал захлебываться воздухом, будто схватки были у него.

– Хорошо, что нам делать? – спросил Дантавакра у Вахуры, а та как раз пыталась маневрировать хранителем ветра вокруг такелажных канатов прямо под рогом земного корабля – на том самом месте, где они потерпели неудачу с паучьим шелком. – Ты же у нас кучу книг прочла!

– Откуда мне знать? – Вахура недоверчиво уставилась на него. – Я не читала… ну, книги о родах!

– Как и о полетах! – охнул Дантавакра, когда хранитель ветра зацепился за очередной канат, так что все качнулись набок. – Помоги, Вахура! – взмолился он.

– Перестань орать!

– Я не ору, – заорал Дантавакра.

Мати разразилась рыданиями – похоже, в этот момент она сама себя ненавидела за то, что ее тело инстинктивно реагирует даже на малейшие погодные изменения.

– Нет, нет, – проворковал Дантавакра. – Прости, что накричал, – пробормотал он, осторожно провожая ее к сиденью.

Она следовала за ним, как ягненок, и Дантавакра, непривычный к такой уступчивости от нее, чувствовал себя безумно неловко.

– Ш-ш-ш, не волнуйся, – прошептал он, уткнувшись лицом ей в волосы. – Мы справимся. Ты Черный Лебедь, помнишь? Дочь Бури. Ты ведь должна знать хоть что-то о родах? Из лекций в Магадхе, или, возможно, ты что-то узнала во время путешествий…

Мати вытерла нос о его рукав.

– Вероятно.

– Постарайся думать об этом не как о боли при родах, а просто как о известии, что твое дитя готово появиться на свет, – сказала Вахура. Эту гадость она, без сомнения, вычитала в одной из своих книг.

– Конечно, а бурю можно назвать легким бризом, идиотка!

О, это, должно быть, карма за ее грехи, наказание, слишком суровое по всем стандартам правосудия: господин Я Хочу Быть Героем и царевна КнигоЗависимая стали ее повивальными бабаками.

– И не волнуйся, царевна! Книги о родовспоможении я, может, и не читала, но как-то помогла родить корове в наших стойлах. – Вахура замолчала, без сомнения пытаясь вспомнить, как получилось, что она оказалась замешана в этом мероприятии по пополнению поголовья крупного рогатого скота, – и лишь потом поняла, что Мати смотрит на нее с невыносимой злостью.

– Может, мне опуститься на четвереньки и помычать? Это поможет? Уверена, Дантавакра давно хотел увидеть меня на четвереньках!

– Это Вахура назвала тебя коровой! Не я! Это несправедливо!

– Я… Я не хотела называть тебя коровой. Я имею в виду, э-э, что… – Вахура беспомощно глянула на Дантавакру, но ему нечего было предложить. – Прости!

– Нет, вы правы. Посмотрите на меня. Я толстая! Как корова! Оставьте меня! Я все сделаю сама, – прорычала Мати, вытирая глаза рукавом, и отправилась к корме хранителя ветра, придерживая рукой вздымающийся от схваток живот.

К этому моменту Дантавакра окончательно понял, что к тому времени, когда он вернется в Магадх, он поседеет настолько, что вряд ли кто его узнает.

– Царевна… – Алая вспышка почти отсекла ему руку, но клинок отскочил от перчатки, которую Дантавакра снял с Бальтазара. Но времени на то, чтобы ругать себя за то, что