Клаудио - Джинджер Талбот

боли. Почему ее вообще волнует причина, по которой я женился на ней? О чем, блядь, она думает? Я ведь не опускался на одно колено и не обещал сердечки и цветы. Я похитил ее и сказал, что если она не выйдет за меня замуж, я разберу ее брата на запчасти.

Я что теперь должен быть каким-то гребаным прекрасным принцем?

Она вскакивает, по щекам текут слезы, и выбегает из комнаты, ее плечи сотрясаются от рыданий. От этого у меня в животе возникает тошнотворное чувство. Думаю, это похоже на чувство вины, незнакомое и отвратительное. Чтобы заглушить его, наливаю себе виски.

Не иду за ней; чего бы она ни хотела от меня, я не могу ей этого дать. Включаю телевизор, ставлю фильм и жду вестей от Диего. Он будет чертовски зол.

Через час Диего присылает сообщение, вызывая к себе домой.

Хватаю пальто.

— Меня не будет пару часов. Даже не думай выходить из дома, пока меня нет, — говорю я.

— Хорошо, — выплевывает она. Затем ее полный беспокойства взгляд останавливается на мне. — А что, если эти парни вернутся за мной? — спрашивает она.

— Они никогда не придут ко мне и не тронут тебя теперь, когда знают, что ты моя, но мои люди все равно постоянно следят за домом.

Через полчаса я уже в доме Диего. Грегорио и Кармело сидят в гостиной. Грегорио, увидев меня, вскакивает.

— Прости, чувак! Я понятия не имел, что она твоя жена! — в ужасе кричит он. Так и должно быть.

— Ты не заметил обручального кольца у нее на пальце, тупой ублюдок? — не повышаю голос, просто говорю таким тоном, от которого взрослые мужики обделываются.

Он качает головой.

— Нет, не обращал внимания, — бормочет он. — Мне очень жаль. Мне правда жаль. Я думал, что оказываю Диего услугу, а..., — поджав плечи, он замолкает и устремляет взгляд в пол.

Грегорио — низкопробный уличный бандит. Не удивлюсь, если он действительно ничего не заметил. Размер его бицепсов больше, чем IQ.

Но он прикоснулся к моей жене, и однажды он за это заплатит. И этот день не за горами.

Диего смотрит на него с отвращением.

— Грегорио, ты извинился. Знаю, ты пытался помочь, но тебе следовало сначала посоветоваться со мной. А теперь вали нахуй из дома. Тебя переводят в южное отделение, будешь работать под началом Марко. Тебе лучше быть осторожным, чтобы не пересечься с Клаудио снова.

Грегорио выбегает за дверь так быстро, что аж пятки сверкают.

Не поможет. Рано или поздно я до него доберусь.

Кармело встает.

— Клаудио, мне чертовски жаль. Хочешь выбить из меня все дерьмо? Давай, — он серьезно. И он знает, как сильно я бью. — Я отошел в соседний магазин за сэндвичем, Мария пообещала, что Хизер никуда не денется...

Хмуро смотрю на него.

— Все в порядке, ты позвонил мне, как только узнал о случившемся.

— Ну, мне пришлось сломать Марии два пальца, прежде чем она заговорила, — он выглядит раздраженным.

— Оказывается, эта тупая сука трахалась с Грегорио, она позвонила ему, чтобы поделиться сплетнями об этой девушке Хизер, которую ты к ней отправил. Грегорио знал, что ее брат задолжал нам денег, и знал, что я планировал использовать ее в качестве приветственного подарка. Он решил, что заработает несколько очков в свою копилку, если схватит ее и приведет на мою встречу с Костей.

Затем Диего впивается взглядом в Кармело.

— Ты должен был сказать мне, что он женился на Хизер.

Кармело вздрагивает: — Прости, Диего, я думал, он тебе рассказал. Между вами, парни, обычно нет секретов.

Диего презрительно отмахивается от него.

— Просто уходи. Я сейчас, блядь, не в лучшем настроении.

Кармело бросает на меня полный сожаления взгляд и поспешно уходит.

— Ты что, блядь, со всей этой херней издеваешься надо мной?

— Картина была гораздо лучшим подарком, — резонно замечаю я. — Секс-рабынь пруд пруди.

Он бьет меня в челюсть, и я отшатываюсь. Чувствую вкус крови. У него кулак как цементный блок.

Даже не пытаюсь защищаться. Я более чем заслужил это.

— Ты только что выставил меня идиотом! Я уже рассказал Косте о Хизер, ебаный придурок! Показал фотографию, у него уже был покупатель на нее!

Покупатель? Блядь, нет.

— Ты мне этого не говорил, — замечаю я, потирая челюсть.

— Ну, я не знал, что ты, блядь, собираешься жениться на ней! — он в неверии качает головой.

Да. Я виноват. Мне определенно следовало сказать ему. Но даже сейчас я не горю желанием обсуждать это, потому что мне кажется, что говорить о ней — значит делиться ею. А эта девушка на сто процентов моя.

Он подходит к бару и наливает нам виски. Выпиваю половину одним глотком, наслаждаясь жжением в том месте, где мои зубы поцарапали внутреннюю сторону губы.

Диего качает головой, прислонившись к барной стойке.

— О чем ты, блядь, думал? Если ты еще раз выкинешь подобную херню...

— Ты же сказал мне жениться.

— Да, на той, кого выбрал я! — орет он. — А не на какой-то случайной шлюхе, которая должна нам денег. Брак — это на всю жизнь, безмозглый кретин!

Я киваю: — Знаю. Вот почему для меня было важно выбрать самому. Это должен быть кто-то, с кем я смогу жить. Ты же меня знаешь, у меня есть внутренний псих, который постоянно рвется наружу. Если бы я выбрал не ту женщину, это была бы катастрофа.

Он морщится: — Ты должен был сначала посоветоваться со мной, и ты это знаешь. Кроме того, хотя Косте и понравилась картина, которую ты стащил, его не проведешь. Он думает, что ты солгал о женитьбе на ней, потому что захотел сделать своей маленькой игрушкой для траха.

Мрачно улыбаюсь: — На самом деле я и сделал ее своей игрушкой для траха, но я женат на этой игрушке. Могу показать ему документы.

Диего качает головой, хмурится и осушает половину стакана виски.

— Я сам этим займусь. Он хочет прийти к тебе на ужин через два часа. И приведет двух своих людей.

Этот мудак, находящийся в моем доме и пялящийся на мою жену? И у меня остается не так много времени на подготовку.

— Мог бы с этого и начать, — ворчу я.

Он сердито смотрит на меня: — А ты мог бы, блядь, сказать мне, что женился на ней, придурок. Она умеет готовить?

— Конечно, она умеет готовить, — ну, я так думаю. На самом деле не знаю. Еще одна вещь, которую я не знаю о своей жене. Женщины готовят для своих мужчин,