Тайна Черного дракона - Анна Джейн

Слушать его было интересно и необычно. Может быть, потому что для Этель легенды всегда были всего лишь частью семейной истории?

— Кажется, если произойдет что-то плохое, статуя оживет. Дракон взлетит в небо и отправится биться со злом, — с непонятной улыбкой продолжал Том. А Этель даже поперхнулась. То, что статуя великого предка была заколдована, знали немногие. В бронзе скрывалась сильнейшая магия — сила самого Эмиона. В случае, если город будет захвачен, один из тех, в ком текла его кровь, мог активировать эту магию, и тогда захватчиков накрыло бы «черной волной» — смертельным проклятием.

— Как знать, — пробормотала Этель.

— В детстве мы с братом запоем читали книгу «Легенды о Золотоносном», — продолжал Том, не заметив ее замешательства. — Перечитывали раз по пять каждую историю про него. Он был нашим героем.

— Думаешь, Эмион был таким уж хорошим? — фыркнула принцесса, вспоминая домашние архивы. — У него были любовницы и с десяток незаконнорожденных детей. А еще он порой так пил, что впадал в горячку и гонял подданных по всему дворцу.

— Не разрушай образ героя, — погрозил ей пальцем Том. — Политиком-то он все-таки был отличным. Да и воином храбрым.

— Это верно, — нехотя согласилась Этель.

Предок славился особой силой и умением добиваться своего. Народ при нем стал жить в разы лучше, а территория империи стала больше.

— В детстве мы играли в Эмиона и нечисть, — продолжал Том.

— И кто из вас был Эмионом? — заинтересовалась принцесса. В детстве ей и в голову не приходило играть в кого-нибудь из предков.

— Белль, — со смехом признался Том. — А мы с Лиамом — нечистью.

Этель захохотала.

— Серьезно? Как же так? Она ведь девчонка!

— Она хитрая девчонка, — с теплой улыбкой отозвался Том. — Белль предлагала нам тянуть жребий. Тот, кому попадется короткая веточка, был Эмионом. И короткая всегда попадалась ей. Мы только потом поняли, что коротких веточек не было — все три были длинными. А когда она вытягивала свою, то просто незаметно обламывала.

— Это не она хитрая, это вы дураки, — тотчас вынесла свой вердикт Этель.

— О, умнейшая из умнейших, не стану спорить с тобой, — отозвался Том.

— Почему это? — заподозрила подвох принцесса.

— Потому что с умнейшими спорить — что звезды считать…

— Подожди… Но ведь в поговорке говориться о дураках! — возмущенно воскликнула Этель. — «С дураком спорить — что звезды считать, себе дороже». Ты меня дурочкой назвал, что ли?

— Боюсь, ты сама себя так назвала, — скорбно ответил Том. Его серые глаза смеялись, и Этель, не найдя ничего лучше, сгребла с перил снег, слепила комок и бросила в Тома. Вернее, хотела в Тома, а попала в какого-то дородного господина, который вышел на прогулку со своим семейством. Том ловко увернулся, и снег попал господину в лицо.

— Ах, ты, эйхов сын! — взревел господин, приняв Этель за парня. — Я тебя сейчас поймаю и в нос тебе снег запихаю, понял, упыреныш?!

Том не стал ждать, когда господин начнет действовать, а схватил девушку за руку и помчался прочь. Остановились они только тогда, когда покинули пределы Драконьей площади.

— Он меня оскорбил, — тяжело дыша, заявила принцесса. — Надо было защитить мою честь и вмазать ему!

— Ты ему грязный снег в лицо запустила! Я понимаю его негодование!

— Это все из-за тебя! — уперла руки в боки Этель. — Ты уклонился.

— А что, нужно было ждать, пока мне снег в лицо прилетит?!

— Подумаешь, — проворчала Этель. — Мог бы и потерпеть. Неженка.

— Давай я в тебя снегом запущу, и посмотрим, кто из нас неженка? — любезно предложил Том.

— Нет уж, откажусь. Лучше найди мне ягодные пирожки, — потребовала Этель.

— Снова всю лавку скупишь? — поинтересовался Том.

— Принцессе они очень понравились. Так что, может, и всю, — кровожадно пообещала девушка. И они направились дальше — не по широким проспектам с толпами народу, а по узкой улочке со старинными красивыми особняками, окруженными заснеженными деревьями. Здесь не было магазинчиков и кофеен — в особняках располагались банки, адвокатские конторы, представительства торговых компаний, основанных богатейшими купцами и промышленниками. За изящными фасадами скрывались огромные деньги.

— Улица Равновесия считается центром деловой жизни города, — тоном экскурсовода говорила Этель, когда они шли по идеально уложенной брусчатке. — Хотя раньше ее называли улицей Ростовщиков. Еще до того момента, как все ростовщики вдруг стали называть себя банкирами. Кстати, слева от тебя посольство империи Шио.

— Какое-то оно маленькое, — удивленно взглянул на бело-синее здание Том. Элегантное, обрамленное небольшой колоннадой, но без восточного колорита. О том, что это посольство, говорил лишь желто-красный флаг.

— Во-первых, посольство занимает целый квартал, если идти вглубь. Во-вторых, там есть несколько подземных этажей. Не переживай за жителей Шио. Лучше поскорее выберемся отсюда и найдем пирожки!

Глава 10

Лавку-вагончик с уличной едой они действительно нашли — когда покинули улицу Равновесия, разумеется. В этот раз Этель попробовала не только ягодные пирожки, но и лепешки с овощами, мясом и специями. А на прошлой их встрече угостилась жареными каштанами. Том каким-то удивительным образом знакомил Этель с тем, что было привычным для всего народа империи. И это незаметно, но как-то неотвратимо делало принцессу ближе к своим подданным.

— Ну как, больше не думаешь, что торговцы плюют в еду? — весело спросил Том, когда они шагали по набережной, сияющей фонарями. Стало прохладнее, но прощаться не хотелось им обоим.

— Надеюсь, — мрачно ответила девушка. — Можешь говорить о приятных вещах?

— Например?

— Например, обо мне.

— Тебе идет мужской костюм, — еще больше развеселился Том. — Ты как будто настоящий мужчина. Приятно?

— Очень приятно! Говори мне нормальные комплименты! — велела Этель. — Например, что я красивая.

— Ты красивая, Этери, — послушно сказал Том. Они остановились под одним из фонарей. И он не мог оторвать от нее взгляда.

— Ты просто повторяешь за мной, — топнула ногой принцесса. — Надо сказать что-то свое!

— Ты очень красивая. — Том шагнул к ней так близко, что у нее на мгновение перехватило дыхание.

— Слово «очень» не делает комплимент оригиналь… — На этом принцесса