Дневник провинциальной дамы - Э. М. Делафилд
Шрифт:
Интервал:
После некоторых раздумий решаю принять приглашение, поскольку Робин на следующей неделе вернется в школу и хотелось бы как-то отвлечься. Небрежно замечаю Мадемуазель, что, скорее всего, поеду в краткий тур с выступлениями, и она должным образом впечатлена. Вики спрашивает: «Как бродячий цирк, мамочка?» Сравнение, конечно, из ряда вон, хотя и сделано с невинными намерениями. Отвечаю, что вовсе нет, а мадемуазель торжественно добавляет: «Скорее как миссионер». Совсем не разделяю это мнение, но вдаваться в подробности нет времени, поскольку Глэдис зовет меня на задний двор, где завязывается продолжительная дискуссия с представителем прачечной в белом халате. Дело в том, что простыня отправлялась в прачечную со своей парой, вернулась же одна-одинешенька. Работник ведет долгие объяснения, и вокруг него уже собрались слушатели: Кухарка, садовник, Мадемуазель, Вики и какой-то мальчик, очевидно тоже из прачечной. Все, кроме мальчика, соглашаются с каждым словом Глэдис, и в конце концов я оставляю их за этим занятием. По всей видимости, на решение вопроса с простыней уходит много времени, поскольку лишь через сорок минут садовник неторопливо возвращается к работе, а фургон отъезжает.
Проверяю горшки с луковичными на чердаке, но в них ничего не проклюнулось. Не знаю, требуют они полива или нет, так что решаю перестраховаться и немного полить. Делаю соответствующую пометку в зеленом блокнотике, поскольку решительно настроена задокументировать весь процесс самым подробным образом.
22 сентября. От леди Б. приносят записку с приглашением отужинать у нее вечером. Больше похоже на приказ Ее Высочества, и никаких извинений за неудобства, причиненные столь поздним уведомлением. Роберта нет дома, и я под свою личную ответственность категорично отвечаю, что мы уже приглашены на ужин в другое место.
(Вопрос: Праздничное пиршество в соседнем приходе или пирожки с какао у старой миссис Бленкинсоп и кузины Мод? Других вариантов не предвидится.)
Читаю вслух чудесную книгу «Удивительная семейка» М. Д. Хиллиард[186] (явно же она время от времени пишет статьи в «ВНЖ»?), но тут трезвонит телефон, и я спешу в столовую. (NB. Надо наконец избавиться от глупой и инфантильной привычки каждый раз думать, что по телефону звонят, дабы сообщить (а) о наследстве; (б) о масштабной трагедии.)
Хватаю трубку. Там слышен легко узнаваемый голос Б., напрашивающийся на довольно грубое, но небезосновательное сравнение с самкой павлина. Она вопрошает, что это за вздор. Конечно, мы должны прийти на ужин! Отказ не принимается! И чем это таким мы заняты? Собранием? Так с него можно уйти.
В голову приходит уйма неправдоподобных отговорок. Например, что у нас неформально ужинают лорд-лейтенант с супругой или гостит виконтесса, которая не хочет ни оставаться одна, ни ехать к леди Б. (хотя именно это леди Б. сразу же и предложила бы). Или даже что мы с Робертом так часто ходили на поздние ужины в недавнее время, что еще одного не выдержим. Разумеется, вслух я ничего такого не говорю, а с отвращением к себе бормочу, что послезавтра Робин возвращается в школу и мы хотели бы провести эти последние вечера дома с ним. (С моей стороны, может, так и есть, но в случае Роберта нет утверждения, более далекого от истины, и надеюсь, что он никогда не узнает про мои отговорки.) Как бы то ни было, это сразу же пробуждает в леди Б. давнее желание создать мне репутацию Идеальной Матери.
Возвращаюсь к чтению «Удивительной семейки», внутренне клокоча от ярости.
24 сентября. Суматошный сбор нужных и откладывание ненужных вещей после тщательной сверки со Школьным Списком. Робин строго наказывает каждому из нас ничего не трогать в его спальне, похожей на дешевую антикварную лавку в разгар переучета. Мы все в разной мере обязуемся оставить все как есть, по крайней мере до рождественских праздников, что совершенно невыполнимо.
Роберт увозит Робина, который кажется в машине таким одиноким и маленьким, что Вики ревет. Прошу ее немедленно перестать, но Мадемуазель говорит «Ah, elle a tant de coeur!»[187] тоном, подразумевающим, что про меня нельзя сказать то же самое.
1 октября. Сообщаю Роберту о мини-туре по Женским институтам Чика, Литтл-Марча и Кримпингтона. Роберт почти ничего не говорит, но даже в таком ответе слышится мало энтузиазма. Часами (или мне так кажется) просматриваю свои заготовки для речей и пытаюсь вспомнить истории, которые были бы одновременно смешными и уместными (довольно редкое сочетание).
Собираю саквояж, лихорадочно обшариваю письменный стол, спальню и гостиную в поисках значка Женского института. В конце концов мадемуазель находит его в дальнем углу ящика с чулками. Роберт везет меня на станцию, и я прошу его присматривать за луковичными.
2 октября. Перемещаюсь на автобусе из Чика в Литтл-Марч после успешного вечера с рассказом о любительских театрах. Аплодисменты, благодарность от Председателя (имя не расслышала), снова аплодисменты, а затем Помощница Секретаря везет меня к себе ночевать. Мы говорим о нашем Движении (зря Ежегодное Собрание решили проводить в Блэкпуле, а, например, не в Бристоле или Плимуте), трудности составления новых Программ ежемесячных собраний и поистине великолепном выступлении представительниц Чика на недавнем Конкурсе Народного Танца, где их не менее трех раз вызывали на бис с танцем «Сбор гороха». Помощница Секретаря с гордостью сообщает, что две из лучших местных танцовщиц уже бабушки. Выражаю восхищенное изумление, и мы обсуждаем Сельские Клубы, сэра Освальда Мосли[188] и методы выведения чернильных пятен. Помощница Секретаря не замужем и живет в милом коттедже. Проводив меня в очаровательную спаленку, она вспоминает, что в конце концов я поеду в Кримпингтон, и рассказывает о скандальной ссоре двух участниц тамошнего института и загадочном исчезновении имени одной из них из списка членов
Поделиться книгой в соц сетях:
Обратите внимание, что комментарий должен быть не короче 20 символов. Покажите уважение к себе и другим пользователям!