Путешественник - Е. Юань

тончайшие, иллюзорные черные «нити духовного тела». Однако со стороны сидящего там человека не доносилось ни звука, ни единого движения.

Посреди царящего вокруг абсолютного, панического хаоса подобное ледяное спокойствие выглядело пугающе противоестественным!

«Неужто тот самый кукловод, дергающий за ниточки этого случайного покушения, засел именно там? Судя по тому, как искренне недоумевали и тряслись от страха трактирщик и гости после своих нелепых атак, они отнюдь не превратились в безвольных марионеток. Здесь пахнет контролем совершенно иного толка… Иллюзия? Эмоциональные семена „Апостола Желаний“? Или же иное вмешательство в сам разум?» — Клейна внезапно осенило. Не теряя ни секунды, он сделал два быстрых шага вперед и с силой отшвырнул какого-то перепачканного кремом посетителя, прорубая для Андерсона Худа спасительную брешь в толпе.

«Сильнейший Охотник» не заставил себя долго ждать. Молниеносно выскользнув из кольца именно через этот коридор, он пулей понесся вслед за Клейном на второй этаж. Добравшись до лестничной площадки, парень тяжело привалился спиной к стене в углу и надрывно, жадно заглатывал воздух.

— Неужто мои таланты «Провокатора» взлетели до таких немыслимых высот? Довести до белого каления толпу случайных обывателей так, что те готовы голыми руками разорвать меня на куски⁈ Тсс… — Андерсон судорожно втянул воздух сквозь зубы, неосторожно потревожив изодранный дробью бок, отчего едва не взвыл от боли.

«О нет, суровая реальность такова: если над твоей головой сгустились тучи проклятия, охоту на пиратов лучше отложить до лучших времен…» — Клейн, благоразумно отказавшись от затеи подобраться к цели и перехватить контроль над ее «нитями духовного тела», пришел к единственно верному выводу:

Толпа набросилась на Андерсона столь слаженно и методично лишь потому, что в их разум заложили незримое внушение. И этот почерк категорически не вязался со стилем «Апостола Желаний» — атаки загипнотизированных марионеток отличались пугающей точностью, направленностью и явной, предварительной подготовкой. А в памяти сыщика тут же всплыло название одного эликсира четвертой Последовательности — «Манипулятор»!

Ко всему прочему, опираясь на недавние откровения вырвавшегося из «Ползучего голода» «Психиатра», Клейн и без того всерьез подозревал, что на острове Тоскат прочно обосновались агенты «Алхимии Психологии».

Сплетя воедино ментальные установки, манипуляции разумом и фирменные черты Пути «Зрителя», Клейн без труда сложил два и два: профессия «Манипулятора» с высочайшей долей вероятности принадлежала именно к стезе «Зрителя», то бишь к ветви «Дракона». Картина прояснилась кристально четко:

Ложа «Алхимия Психологии» раскинула на Тоскате весьма солидную базу, отрядив для ее охраны полубога четвертой Последовательности. Этот мастер исподволь, играючи взял под контроль разумы некоторых пиратов, превратив их в слепые орудия своей воли. А минувшей ночью эти самые корсары имели неосторожность стать щедрыми спонсорами Андерсона Худа. И вот, с первыми лучами солнца, истинный хозяин награбленного явился за должком лично!

Титаническим усилием воли удержав на лице маску ледяной невозмутимости, Клейн смерил Андерсона равнодушным взором и холодно произнес:

— Держу пари, за спинами тех пиратов, которых ты вчера пустил в расход, стоял затаившийся на острове скрытый полубог.

— Как думаешь, подобный спектакль по зубам заурядному Потустороннему средних эшелонов?

— Да ну, бред… Неужто я настолько проклят? — голос Андерсона предательски дрогнул, сорвавшись на еле слышное бормотание. — Так и знал, что вся эта толпа — просто кучка обманутых марионеток, ни в чем не повинные бедолаги. Какое счастье, что я не стал палить в ответ! Иначе мигом бы обернулся палачом, вырезавшим полгорода, и взлетел на вершину розыскных списков! Дьявол, тогда бы мне точно пришлось податься в отпетые пираты.

Уголки губ Клейна едва заметно дрогнули, и он бросил:

— А что, если бы под гипноз угодили вооруженные до зубов корсары? Или, того хуже, Уполномоченные Каратели да жрецы Церкви Бури? Чем бы тогда всё обернулось?

— Я бы уже кормил червей, — Андерсон обреченно развел руками, после чего в его глазах блеснула искра озарения. — Выходит, он и не собирался пускать меня в расход? Это было лишь банальное предупреждение?

Клейн с абсолютной серьезностью кивнул:

— Именно. И потому у тебя всё еще есть шанс.

— Ступай и принеси извинения.

Предстояло выяснить, чего именно добивается этот таинственный полубог.

— Извинения? — Андерсон страдальчески скривился, словно проглотив лимон. — Слушай, в Туманном море я вообще-то птица высокого полета, у меня репутация…

Клейн не проронил ни звука. Молча выпрямив спину и небрежно отряхнув пальто, он всем своим видом показал, что умывает руки и собирается уходить.

В эту секунду Андерсон хищным рывком рванул вперед, намертво преградив ему путь у лестничного пролета, и во всё горло завопил:

— Простите! Я был неправ!

— Любое недоразумение можно уладить!

Выдержав паузу длиною в секунду, он истошно повторил:

— Простите! Я был неправ!

— Любое недоразумение можно уладить!

Хлоп, хлоп, хлоп! На первом этаже раздались медленные, размеренные хлопки, и в проеме лестницы тут же вырос человеческий силуэт.

Под тихий шелест шагов незнакомец неспешно приближался к лестничной площадке. Однако Клейн, повинуясь какому-то глубинному, первобытному инстинкту, мгновенно отвел взор, словно на подкорке заставив себя отказаться от малейшего желания разглядывать лицо гостя.

Вдобавок он с леденящим ужасом осознал: мысль выхватить револьвер и взять визитера на мушку напрочь испарилась из его головы. Казалось, кто-то незримой рукой стер из его сознания саму идею сопротивления!

«Воистину пугающая мощь… Ведь это даже не прямой зрительный контакт и не гипноз в лоб! И всё же я чувствую, как чужая воля просачивается в мой разум. Вздумай он ударить прицельно — страшно вообразить последствия… Опираясь на теорию мисс „Справедливости“, он, должно быть, бесшумной тенью проскользнул сквозь океан коллективного бессознательного, приблизился к острову моего разума и изящно дернул за пару ниточек?» — на Клейна внезапно снизошло озарение, а следом его охватил непреодолимый, жгучий порыв немедленно развернуться и укрыться в своей каюте.

«Негласный приказ, ниспосланный полубогом?» — сыщик мгновенно сообразил, что незнакомец жаждет потолковать с Андерсоном с глазу на глаз. Не став сопротивляться наваждению, Клейн покинул площадку и безропотно вернулся в свой номер.

Не прошло и пяти минут, как тишину разорвал стук в дверь. На пороге топтался Андерсон, чье лицо выражало крайнюю, невыносимую скорбь.

— Поладили? — как бы невзначай, с показным безразличием поинтересовался Клейн.

Андерсон тяжело, обреченно кивнул:

— Фух… Да. Он повесил на меня одно дельце. Вдаваться в подробности не могу — строжайший секрет.

— А лицо его хоть запомнил? — намеренно проверяя догадку, спросил сыщик.

Искатель сокровищ нахмурился, мучительно роясь в памяти, и в замешательстве выдавил:

— Вылетело из