Рассказы из русской истории. Петр I. Империя - Владимир Ростиславович Мединский

А та же промышленная революция в СССР 1930-х? Индустриализация, коллективизация. Страшна, чудовищна цена этого скачка.

Историки, считая убыль населения при Петре, доходили до невероятных цифр. Милюков насчитал 20-процентную убыль. Затем цифры были тщательно перепроверены. Конечно, Милюков ошибался, не принял во внимание беглых, военных и переселенцев, тех, кто двинулся на восток, на Дон. Такой убыли населения при Петре, конечно же, не было, хотя реформы давались народу тяжело.

И. Г. Таннауэр. Портрет Петра I. XVIII в.

Считаю, что горы надо сравнивать по вершинам

Считаю, что горы надо сравнивать по вершинам.

Смиряясь с извержениями вулканов.

Мы вообще очень придирчивы, критичны к нашим лидерам. Во всем мире это не так. Наполеон пролил реки крови, довел французскую нацию до фактической депопуляции, проиграл все, что можно было проиграть. И все равно он до сих пор — главный национальный символ Франции. Кумир.

В любой стране правитель, сделавший столько же, сколько Петр, почитался бы без всяких оговорок супергероем. Будет абсолютно справедливым, чтобы мы, взвесив все за и против, относились к Петру Великому именно так.

«Мне снова снилось море»

Есть еще одно его личное качество, о котором не писали ни Соловьев, ни Ключевский, ни Костомаров, ни Павленко. Но я думаю, оно у Петра было. И это очень важно.

Он был романтиком. Он всю жизнь в душе оставался мальчишкой. Как еще можно объяснить его возникшую из ниоткуда тягу к морю? Стремление двигаться быстро, а тогда корабль был самым быстрым средством передвижения. Как еще можно объяснить его любовь к морскому простору? Откуда у московского мальчугана из самой центральной России эта тяга к бескрайнему?

Генерал Гордон как-то спросил молодого Петра: «Государь, зачем тебе корабли? В твоем государстве и моря-то нет». Петр улыбнулся: «Только дайте мне флот, а уж моря-то я найду». И нашел.

Вот он совсем взрослый, ему далеко за сорок, он рассказывает в письме:

— Мне снова снилось море. Я плыл туда-то, туда-то. Мне снились корабли. Я увидел новый большой корабль, и у него были неправильные пропорции. Следовало что-то исправить на этом корабле.

Интересно, если бы Петру привиделась Россия будущего, наша сегодняшняя страна, что бы он захотел в ней исправить? Какие «пропорции» ему не понравятся, а что порадует или восхитит?

Петр в современной России

Уверен, со способностями Петра учиться, с его тягой к самосовершенствованию он быстро освоился бы в современной жизни.

Его бы не испугали автомобили. Но император не стал бы садиться за руль, так же как сам он никогда не управлял экипажем, у него не было на это времени. Петр разместился бы на заднем сиденье и писал в дороге указы на коленке. Или, может быть, на компьютере.

Думаю, очень быстро научился бы пользоваться айфоном и ноутбуком, потому что это техника прикладная. Сообразил бы, как все работает.

Обожал бы «Сапсан». Из любимого Петербурга в менее любимую Москву можно ездить всего за 4 часа и по дороге работать, а не трястись в карете неделю.

И я думаю, что Петр с огромным удовольствием летал бы самолетами, потому что обожал скорость. Он стремился быстро перемещаться от точки к точке, вникать, понимать вещи быстро, принимать решения.

Что касается его болезней, мы их все вылечили бы за пару месяцев. Ультразвук уничтожил бы все камни. Плюс пара эндоскопических операций. Он бы и не заметил, отказался бы от общего наркоза и еще по ходу — наверняка «проводил бы совещание», собрал бы лейб-медиков, чтобы на его примере изучали, как лучше оперировать.

П. В. Басин. Петр I. 1840-е

За многое задал бы нам трепку

Короче, подлечили бы, почистили. Небольшой детокс. На крайний случай — пара уколов пенициллином. Со своим богатырским иммунитетом Петр прожил бы еще лет 30–40, до глубокой старости. И сколько бы за эти подаренные годы совершил новых славных дел!

Порадовался бы, что Азовское море стало внутренним морем России. Он этого сделать не успел. И за Курилы — тоже, он их обсчитал, нанес на карту, но не успел еще построить там базу.

Непременно слетал бы на Чукотку, посмотреть, где Россия сходится или не сходится с Америкой, на пролив, что открыл Витус Беринг. Отправив туда экспедицию, он не успел узнать о ее результатах.

Еще, думаю, он бы за многое задал нам трепку. За расточительность землями — и после 1917-го, и после 1991-го. Всеми теми землями, которые он собирал. За воровство 90-х. За нашу тягу к комфорту, за леность, за расслабленность.

Он был бы тяжелым руководителем. Закрутил бы гайки. Нажал на газ. Поднял все паруса.

И снова бил бы нам ледяной ветер в лицо. И жизнь обрела бы снова — и вкус, и смысл. И вспомнили бы мы позабытое: что мы — Империя, что у Империи отважных — нет ни краев, ни берегов, ни границ. Только горизонты.

«Ибо где Россия кончается? Нигде не кончается».

Это слова не Петра, это слова другого петербуржца.

Но Петр определенно только так и думал. Он в это верил. Он так жил.

Виват, Россия!

Вопросы и ответы — 1. Подменили ли Петра I?

Решил посвятить две главы нашей книги ответам на ваши вопросы, которые приходят через интернет. Думаю, эти вопросы-ответы удачно дополнят общую картину царствования Петра Великого.