Маг поневоле. Том 1 - Роман Романович

вступился. Чего ждёшь-то? — глянул он на одного из парней.

Это был один из тех, кто моего отца донимал.

Он посмотрел неуверенно на главного, перевёл взгляд на меня и атаковал. Напрягся так, что жилы на лбу проступили, толкнул воздух ладонями в мою сторону. Я ощутил лёгкий ветерок, но не понял, обычный это ветер или следствие потуг парня.

На всякий случай я подошёл и с ноги в корпус ему пробил. Одна рука свёртком была занята, снова его бросать не хотелось, а так куда проще.

Парень выпучил глаза ещё сильнее, схватился за живот да свалился на колени.

— Ух! — выдохнул главный мачо. — А ты жесток, сын электрика. Зачем же так сразу с ноги?

— Он так тужился, что я испугался, — дал я ответ.

После чего, пользуясь чужой растерянностью, вознамерился уйти и даже пару шагов сделал, когда по мне новый ветерок прошёлся, куда сильнее. Не особо впечатлённый, я дальше пошёл. Из окружения вышел, уже хорошо. Был готов и побежать. Я, конечно, хорошо выступил, аж двоих уложил, но от остальных-то непонятно, чего ждать. Даже четверо дебилов способны из меня тут инвалида сделать, если им хотя бы немного повезёт.

— Да погоди ты! — донеслось мне в спину. — Давай со мной! Один на один!

— В следующий раз, — ответил я, не оборачиваясь, но достаточно громко.

Самое интересное, мне дали спокойно уйти. Может, это и не матёрые гопники? Может, обычные школьники, у которых дури в голове много? Да кто знает. Когда удалился, выдохнул с облегчением. Всё же неплохо отработал. Репутацию какую-никакую заложил. Ну, или просто проблем новых нажил.

Надо бы изучить вопрос относительно любителей махать руками и ногами. В обычной школе, на большой земле, я это дело забросил, но, видимо, надо заново включаться. Лишним не будет.

Или ну его? Может, тот ветерок был какой-то техникой магической? Тогда надо боевую магию учить. С другой стороны, эти парни своей магией мне ничего сделать не смогли. Или не успели? А чёрт их знает.

***

Я сказал, что неприятности не заставили себя ждать. Случай в подворотне к ним не относился. Так, маленькая разминка, которая ничего не значила. Пока что или вообще — посмотрим, но настоящая проблема ждала вечером дома.

Обед я донёс. Отцу помог отработать. В этот раз провода между столбами оборвались. Помощников отцу не выдали, пришлось нам двоим отдуваться, и скажу так, это было то ещё издевательство над здравым смыслом. Настолько, что я испытывал жгучее желание перейти на язык прорабов, матерно-ёмкий. При отце сдерживался, но с трудом.

До дома мы тоже без приключений добрались. И мать там нашли. Вполне живую, готовящую ужин. Так сразу и непонятно было, что что-то случилось. Уже за самим ужином я заподозрил неладное. Мать была бледна, ела без аппетита, смотрела стеклянным взглядом. Отец вымотался за день, в тарелку пялился, а на рядом сидящую жену и не посматривал. Не буду его осуждать. Денёк выматывающий выдался. Тем не менее что-то дёрнуло меня руку протянуть и лоб матери потрогать.

Температура без всякого градусника ощущалась.

— Только этого не хватало, — сказал я. — И чего сидишь, молчишь, а? — добавил осуждающе. — Отец, где ближайший врач?

— Не надо врача, — встрепенулась мать. — Так выздоровею.

— Да неужели… — посмотрел я на неё.

Ну, как смотрит человек, который предвидит проблемы, которые другой человек отрицает.

— Сын прав, — сказал отец, встрепенувшись. — Вдруг что серьёзное?

— Обычная простуда, — возразила мать. — Поверь, я знаю. Усталость дала о себе знать.

— Давай в постель, — скомандовал я. — Сейчас полотенце холодное сделаю. Кашель был? Горло болит? Тяжесть в груди? Живот?

— Давай не умничай, — огрызнулась женщина.

Но в спальню к себе всё же уползла. Отец её проводил, я же полотенце подготовил.

— Лекарств в доме нет? — уточнил я у него.

— Нет, — качнул он головой. — Надо бы жаропонижающее. Да и градусник… Что же делать, — посмурнел он.

Что-что. Лечить, вот что.

Для меня это было очевидно. Но тут я вспомнил кое-что другое очевидное. Это город магов. В городскую поликлинику не обратишься. Скорую помощь не вызовешь. Если звать врача-мага, это выльется в новый долг. Если к нам в принципе пойдут без оплаты вперёд. Деньги есть, но их столько, что хватит, чтобы продукты в течение недели по чуть-чуть покупать.

Как быть? Положиться на то, что мать сама выздоровеет? Учитывая недавний выкидыш, большое количество стресса, а также работу с Потусторонними растениями, сейчас могло происходить что угодно. Как обычный взбрык организма, так и какое-нибудь серьёзное внутреннее воспаление.

Пока я думал, родители всё решили за меня. И решили ничего не делать. С чем я был категорически не согласен. Поспорил с отцом и всё же уговорил его дать мне сгонять в аптеку, пока не закрылась.

На часах всего восемь с чем-то, а ближайшая аптека, которую видел по пути, работала до девяти. Чудо, что в этом городе они в принципе есть.

Так я вскоре оказался в так называемой аптеке. Лавке травника-энтузиаста, блин. То ли у меня интуиция прорезалась, то ли ещё что, но сложилось чёткое впечатление, что дядечка хочет меня нае… Обмануть. Ответил ему в сердцах, что дурить не надо. Дядечка проникся, продал товар попроще и, как я понадеялся, работающий.

Спустя час я убедился, что да. Сработало. Температура ощутимо спала, мать уснула. Мы с отцом тоже легли спать. Ну а что ещё делать? Наши финансовые запасы оскудели почти до нуля. Еда-то дома есть, но… Но.

Если мать заболела, то есть несколько вариантов. Она завтра встанет как огурчик. Она сляжет для на три и пойдёт по пути классического сценария вирусных болезней, после чего выздоровеет. И, наконец, ей станет хуже, придётся звать врача. Я недавно рассуждал о том, что наша жизнь сейчас — это борьба за дни, которые мы выигрываем. Если мать не будет работать, станет в разы тяжелее. Вплоть до того, что она потеряет своё место. А если она серьёзно заболеет… Нас это в совсем неприличную позу поставит.

Ещё веселее будет, если мы все заболеем. Но за нас с отцом я не так волновался. Всё же женский организм, выкидыш… Нет, мать в куда большей опасности.

Заснул с трудом. Жалея, что не согласился на предложение Кайзенберга. Дополнительный источник заработка сейчас не помешал бы…

***

Утром мать чувствовала