2064: Зима - Сергей Твардовский

был в мёртвой тишине. Он не торопил её. Не задавал вопросов. Просто держал. Гладил. Шептал что-то — неважно что. Главное — быть рядом.

Он лишь надеялся, что Люк не войдёт. Они должны сперва собрать себя, чтобы потом попытаться собрать его.

Пока что пусть машет лопатой. Это поможет.

Ему ведь помогло.

***

Лена стояла у двери, прислонившись плечом к косяку, пока Марсель рылся в столе. Бумаги шуршали, ящики выдвигались и захлопывались.

На столе лежала закладка — с восемью цифрами, выведенными аккуратным отцовским почерком.

— Ты так и не искал его? — спросила Лена.

— Не-а, — Марсель не обернулся. — Даже не думал.

Катя говорила ему про сейф. Потом рассказала и Лене. Но он так и не нашёл в себе сил — выполнить последнюю просьбу отца. Того, кто его вырастил.

Марсель отмахнулся от этого внутреннего щелчка. Разберётся потом. Сейчас — сейф. Найти. Открыть.

— Я не знаю, тут его нет, — пробормотал он. — Может, в комнате?

— Нет. Он точно в кабинете. Катя говорила — он сказал ей именно в кабинете.

Они оба повернулись к массивному книжному шкафу.

Кроме него, в кабинете просто не было места, где можно было спрятать сейф.

Не в кресле же.

Минуту спустя почти все книги валялись на полу. Пыль, обложки, мелкие закладки.

Почти все.

На полке осталась одна.

«Отцы и дети».

Стояла с краю. Странно. Марсель вспомнил — отец читал другую. Всегда.

Зачем ему две?

Он потянул за книгу. Раздался щелчок.

За декоративной панелью открылось углубление — небольшой сейф. Прямоугольный. Бумажный. Именно такой, каким бы его выбрал отец. Без излишеств.

Марсель ухмыльнулся краем губ.

Отец всегда говорил: «Без бумажки ты букашка».

Он всё дублировал в бумажном виде — договоры, документы, даже некоторые фотографии, что вклеивал в альбом.

Хотя, обычно хранил всё это в ящике стола. Закрытом на ключ, который лежал в органайзере, что стоял на столешнице. Предсказуемость — второе имя папы.

Даже документы на владение землёй и контракты с закупщиками лежали в столе.

Но сейф…

Марсель открыл его.

Внутри — несколько папок с логотипами неизвестной компании. Тонкие, аккуратные. Бумаги сжаты резинками.

И сверху — один белый лист.

Исписанный вручную.

Марсель сразу узнал почерк Алена.

***

«Марс, если ты читаешь это письмо — значит, меня уже нет. Я так и не смог сказать тебе этого при жизни…Прошу, пойми меня… и прости».

Марсель прочитал вслух первые строки и мрачно посмотрел на Лену.

— Давай-ка я выйду. Позови, когда закончишь… Уберу книги потом, — она кивнула в сторону беспорядка.

— Нет, не уходи. Посмотри, что там в папках, пока я читаю. Ладно?

— Марс, там явно что-то личное… я не…

— Лен, посмотри, пожалуйста, чёртовы папки.

Ему уже не нравилось то, что он прочёл в самом начале. А то, что может оказаться дальше, — возможно, ещё хуже.

Цинично? Да. Но пусть сперва Лена глянет. Словно дегустатор.

— Хорошо, — кивнула она, — но если что… выгоняй.

Марсель глубоко вдохнул и вновь уставился в лист.

Он начал читать про себя, всё больше погружаясь в отцовский почерк:

«Марс, если ты читаешь это письмо — значит, меня уже нет.

Я так и не смог сказать тебе этого при жизни. Надеюсь, что наберусь смелости… но с каждым днём это всё труднее.

Прошу, пойми меня. Прости.

Я не умею говорить о любви, но знай — я любил тебя всегда.

Да, я хреновый отец. Но я пытался. Прости меня за это.

Сегодня, когда ты попал в аварию, но чудом выжил — я переписываю письмо. Предыдущее я сжёг. Потому что, всё-таки, смог немного облегчить то, что должен был когда-то признать.

Да, я о том, что сказал тебе в амбаре.

Мальчик мой… ты принял этот удар гораздо спокойнее, чем я представлял. Ты не представляешь, как я был горд.

Ты сильный. И я уверен: ты справишься со всем, сынок.

Марс, я надеюсь, что ты так же стойко примешь то, что я должен тебе сказать теперь.

Я постараюсь подготовить тебя, но не знаю — успею ли. Сердце хватает всё чаще. Сегодня я едва не потерял сознание.

Похоже, времени у меня осталось мало, а сказать я должен много.

Держись.

Теперь — к делу.

Те папки, что лежат в сейфе, ты должен изучить внимательно.

Там — канцелярщина. Много формальностей, сложной лексики и завуалированных формулировок.

Будь осторожен. Корпораты умеют прятать зло за формулировками.

Я всё вычитывал. Разбирал построчно. До последней нитки.

Марс…