Сохрани. Уничтожь - Мария Хронос

Исцеление двигалось полным ходом — совсем скоро она уже могла полулежать, почти что сидеть, установив механизм кровати в особое положение. А значит, можно было рисовать, чем она и занималась почти все свободное время. Шуршание карандаша по бумаге так умиротворяло, что ни воспоминания о случившемся, ни проблемы Лав, ни мысли о матери не занимали ее в процессе: только приятная, чуть шероховатая текстура бумаги, только мягкие линии, появляющиеся из-под ее рук, только спокойствие и уверенная сила, что неизбежно рождается из многолетней привычки. В такие моменты Киран не лез посмотреть и не занимал ее глупыми разговорами — только надевал наушники и смотрел что-то в телефоне, за что Крис была ему очень благодарна.

Через два дня после детективов в палату заглянул Рэд. Тогда это был Господин Рэд. Крис была уверена, что этот приземистый и лысоватый мужчина — это и есть настоящий облик менеджера. Очень уж аутентично сочетались его движения, мимика и приказной тон с этой внешностью. Хотя и серьга в ухе, безусловно, серьезно выбивалась из общего строя.

— Снимай свою повязку, симулянт, — Рэд, сидевший на табурете между кроватями, почти не отрывался от своего планшета с без конца всплывающими уведомлениями. Стоял солнечный день, и его серьга блестела в ярких лучах, переливаясь голубоватым серебром. — Я только что от твоего врача и знаю, что всё прекрасно срослось уже на третий день.

— Вообще-то я пострадал очень серьезно, — Киран обиженно прижал перевязанную руку к груди. — Только, видишь ли, если раны не видно снаружи, никто не станет тебя жалеть.

— Вот об этом я и хотел поговорить, — Рэд отложил планшет и серьезно посмотрел на Кирана. — О том, что не видно снаружи.

— О, нет, — Киран закатил глаза, застонав. — Я же не всерьез, Рэд!

— Всерьез или не всерьез, — тоном, не принимающим возражений, ответил менеджер, — А Нельт с проблемами с башкой мне в команде не нужен. Я уже поговорил с врачами, так что тебе на днях подберут психотерапевта.

— Зачем? Рэд! Мы же уже все это проходили! Они не могут просто… Не знаю, отметить, что я уже проходил этот курс?

— В этот раз все было иначе. Едва не убили тебя, Кин. Я не доктор, но даже я понимаю, что тебе нельзя возвращаться к работе просто так.

— Спасибо за заботу, — кисло улыбнулся Киран. — Но я в порядке. Может, пусть специалист поговорит с тем, кто действительно пострадал?

Они оба посмотрели на Крис. Крис отложила карандаш, что вертела в руках, и растерянно встретила взгляд Рэда.

— С ней тоже проведут работу. Не беспокойся об этом. Но я не сомневаюсь, что она примет эту помощь, Кин. Дисциплина Спаркс не вызывает вопросов, в отличие от твоей.

Киран снова закатил глаза.

— Можно, это будет хотя бы Мэг?

— Пусть это будет хоть Ингмар, восставший из мертвых, Кин. Мне все равно. Главное, чтобы ты прошел этот курс. Ты меня услышал?

— Да, капитан, — уныло отозвался Киран.

— Я… Я тоже в порядке, — пробормотала Крис, отводя взгляд. — Я просто выполняла свою работу. Не думаю, что это было… Чем-то особенным для члена сопровождения.

— Берешь плохой пример, Спаркс, — Рэд нахмурил тяжёлые брови. — Похоже, что я раздаю советы? Это приказ. Мои приказы подлежат обсуждению?

— Нет, — Крис удручённо помотала головой.

— Вы оба, — Рэд упер руку в бок, отодвинув полу коричневого пиджака. — Если вы намерены вернуться на свои места…

— Намерены, — в один голос ответили Киран и Крис. Рэд усмехнулся, потирая серьгу.

— Отличный настрой. Буду рад видеть вас снова в рядах группы Астеля. Через… — он снова бросил взгляд на планшет, что-то щёлкнув на экране. — Через три недели.

— Три недели?! — Крис неловко потянулась вперед, и ей тут же показалось, что в бедрах что-то подозрительно хрустнуло. Снова откинулась на подушки, ощущая, как подступает боль.

— А ты торопишься, Спаркс? — Рэд недоуменно выгнул бровь. — Хочешь вернуться на работу в коляске?

— Нет. Нет, но…

— Никаких “но”. Все условия прописаны в вашем договоре, и меня выпорет комитет, если я позволю вернуться вам хоть на день раньше. Ранение есть ранение, — он перевел тяжёлый взгляд на Кирана. — Даже если оно не серьезное.

Когда Рэд ушел, а подоспевшая медсестра поменяла капельницу с обезболивающим, Киран, упав на кровать и уставившись в телефон, спросил Крис как бы между делом:

— Ну, и какие планы на отпуск?

— А?

— Три недели. Что станешь делать? Только не говори, что восстанавливаться. Джер сказал, все движется хорошо, так что бегать ты будешь уже дня через два.

— У меня там что-то хрустнуло, — пожаловалась Крис, легонько стуча по бедру ладошкой. — Как-то тяжеловато верится, что из вот этого… Я снова превращусь в прежнюю Крис.

Киран перевел на нее взгляд.

— Да уж, Рэд был прав насчёт мозгоправа. Разочарование, неуверенность в себе, кошмары. Чую надвигающуюся депрессию.

— Да нет у меня никакой депрессии! — она вскинула руки и расстроенно уронила их на одеяло. — Просто… Не знаю. Я не знаю, что я стану делать чёртовы три недели. У Лав проблемы, ей сейчас не до меня, мать все ещё за океаном, а я…

Она замолчала, глядя в потолок и задумчиво кусая губы. Какой жалкой, должно быть, она сейчас выглядела! Киран наверняка поедет к семье, увидеть всех и показать, что он жив и здоров. Наверняка вместе с родными будет праздновать Фриверан. Праздновать нормально, в кругу самых любимых, понимающих людей. Есть ароматные пироги, смеяться, играть и петь. Что ещё делают нормальные семьи на Фриверан? Уж точно не превращают его в напыщенный фарс, отводя половину вечера под бессмысленные светские разговоры, а вторую — под унизительное подобие смотрин.

Нет, у него все будет нормально. Киран, как бы ему не приходилось сложно из-за проблем с маячком, все же был зацелован судьбой. Семья заботилась о нем. Они помнили о его существовании. Волновались за него.

Очевидно, они его любили.

Крис сжала в кулаках одеяло, ощутив в груди такое тяжёлое напряжение, что уж лучше бы снова вернулась физическая боль. Вот бы было ещё лекарство, которое могло бы унять эти фантомные боли в сердце!

— Поедем со мной, — голос Кирана вывел ее из