Муля, не нервируй... Книга 2 - А. Фонд
Шрифт:
Интервал:
Я вздохнул и хотел уже возвращаться на рабочее место, как меня окликнули:
– Муля! – навстречу мне торопливо шла девушка (я так их имена и не узнал), её я видел среди подруг той кареглазки, которая пыталась заманить меня к ним на лекцию вместо субботника.
– Что? – я остановился и подождал, пока она поравняется со мной.
Можно и поболтать. Всё равно после визита седоусого настроения работать больше нету. Не то, чтобы я боялся или переживал за служебку комсорга, но всё равно было как-то неприятно. Мог бы сперва со мной поговорить.
– Муля, слушай, ты давно уже лекции не проводишь, – лучезарно улыбнулась она мне, – а мы с девочками хотим тебя послушать. Вчера ходили в Красный уголок на политинформацию, так этот придурок пригласил из отдела кадров Трофимыча и тот нам полчаса про технику безопасности рассказывал. Я чуть не уснула. Только обед потратила…
– А потом что было? – кажется, я начал понимать, отчего комсорг написал на меня служебку.
– А потом девчонки с ним поругались. Хотели, чтобы ты лучше выступил.
– Ага, теперь понятно, почему меня на собрание по докладной срочно вызывают, – мрачно подытожил её рассказ я.
– Почему? – округлила глаза девушка.
– А потому что ваш любимый комсорг после вчерашнего бунта написал на меня служебку. Сегодня в шесть пятнадцать будет грандиозная разборка, – развёл руками я. – Я оказался виноват во всём.
– Ну, ничего себе! – округлила глаза девушка и добавила, – Ты не беспокойся, Муля, мы все придём на собрание и будем тебя защищать! Честное комсомольское!
– Ну если прямо все придёте, – с печальной печалью в голосе сказал я, – и попробуете спасти меня, то так и быть, прочитаю вам потом одну лекцию. Тема будет о том, как правильно использовать внешний вид, чтобы любому человеку понравиться с первого взгляда. Только ты, пожалуйста, никому не говори, ладно?
– Ах! – девушка поклялась, что конечно же она никому и никогда не скажет. Но по её вспыхнувшим от любопытства глазам стало понятно, что сейчас эту новость будет знать весь Комитет по искусствам, как минимум. Во всяком случае вся её женская часть.
Вот и прекрасно. Именно этого я и хотел.
Нужно чуток всколыхнуть это болотце. А то вишь, решил на меня докладную написать, гад. Я усмехнулся. Уверен, сейчас моя улыбка больше напоминала оскал.
Ну, а что, нужно сейчас сесть и очень правильно и не спеша составить стратегию моего выступления на собрании. Если я всё правильно проверну, и моя группа поддержки сделает всё как надо, то уже через пару дней в Комитете будет новый комсорг.
И я даже знаю, как его зовут…
Поэтому остаток рабочего дня я просидел за столом и прикидывал все доводы, которыми может обличить меня комсорг. Соответственно я проработал и все аргументы, которыми смогу от него отбиться. Отдельным столбиком я выписал косяки комсорга и все вероятные улучшения, которые назрели у нас в комсомольской организации и можно сделать при моём непосредственном руководстве.
И так увлёкся, что почти не заметил, как пролетело время.
Когда закончился рабочий день, ровно в шесть часов, я сложил вещи, собрал портфель (нужно будет озаботиться и купить себе новый, нормальный) и направился в актовый зал. Сейчас мне предстояла нешуточная такая битва. Нет, так-то это был просто хамский наезд на меня и мне достаточно было доказать, что я не при делах. Но я хотел два в одном, чтобы и себя обелить, и сдвинуть комсорга.
Я повернул в коридор и практически нос к носу столкнулся с Ларисой, которая вела какую-то девушку.
– Муля, – сказала она, увидев меня, – Это к тебе пришли.
Я присмотрелся внимательнее – девушка была знакомая, пушистые волосы, тёмные глаза-вишенки.
– Машенька? – удивился я.
- - - - - - - - - -- - -
*принцип «переключения»* используется в детской психологии: когда ребёнок лезет, куда нельзя, то вместо того, чтобы ругать его и наказывать, нужно просто переключить его внимание на что-то более интересное.
Глава 4
– Извините меня, Муля, – пролепетала девушка, чуть не плача, – я… я…
– Машенька, – давайте вы успокоитесь и всё мне расскажете, – сказал я и взглянул на Ларису, которая застыла рядом и жадно прислушивалась. – Спасибо, товарищ Лариса. Дальше мы сами.
Лариса намёк поняла, фыркнула и надулась. Однако, ей пришлось ретироваться. Напоследок она одарила меня таким недовольным взглядом, что мне аж стало не по себе. Ну да чёрт с ней. Я посмотрел на Машу:
– Рассказывайте!
– Я… ыыы… – пролепетала она и вдруг разрыдалась, всхлипывая и хлюпая носом.
– Вот, возьмите, – я протянул ей носовой платок (этот тоже был чистым. В последнее время я попросил Дусю, и она выдавала мне сразу по два. Одним я пользовался сам (он всегда лежал в правом кармане, а второй, в левом, был для таких вот случаев, которые с недавних пор что-то участились).
Она схватила носовой платок, словно утопающий пресловутую соломинку. Несколько мгновений Машенька занималась тем, что пыталась прервать фонтан слёз с помощью носового платка. Получалось у неё, честно скажу, не очень.
Наконец, с горем пополам, она справилась и подняла на меня свои глазки-вишенки, которые сейчас покраснели от слёз:
– Б-беда случилась, М-муля-а-а-а… – она опять разрыдалась.
– Что-то с отцом? – у меня аж руки похолодели. Да, он не был мне отцом (да и Муле, собственно говоря не был), но я оценил добрую душу этого человека и вполне искренне к нему привязался. По сути, на сегодняшний день, у меня
Поделиться книгой в соц сетях:
Обратите внимание, что комментарий должен быть не короче 20 символов. Покажите уважение к себе и другим пользователям!