Звоните Манькову! Том 4 - Денис Деев

сестренками по городу покатать? Представляю, сколько будет визгу, гордости и восторга.

Всё, решено — звоню.

Я решительно придвинул к себе телефон и старательно набрал записанные цифры. Прижал трубку к уху.

Длинные гудки. Один, второй, пятый… Никто не берет.

Я сбросил вызов и набрал еще раз, на случай, если палец соскользнул и я ошибся цифрой. Снова мимо. Только мерные, тоскливые гудки.

Я со вздохом положил трубку на рычаг. Да уж, стационарные дисковые телефоны — это тебе не сотовые из моего родного времени, которые всегда лежат в кармане и намертво привязаны к абоненту. Здесь нельзя просто взять и достать человека в любую секунду. Тут надо ловить момент, выгадывать время и надеяться, что нужный тебе человек случайно окажется в радиусе пяти метров от дребезжащего аппарата. Придется звонить вечером, шансов застать их дома будет больше.

Но я решил подготовиться заранее. Закрыв кабинет на ключ, я дошел до помещения «Рубежа». На мое счастье, Степан был на месте. Я поманил его рукой и пригласил выйти в коридор, подальше от лишних ушей.

— Степа, я за деньгами, — сразу перешел я к делу.

Степан недовольно поморщился и проворчал:

— Да что за день-то сегодня такой растратный? Сначала Серега твой прибегал, теперь вот ты. Сколько надо?

Я на секунду задумался, прикидывая в уме все возможные затраты по выкупу «Чайки», закладывая сверху сумму на возможный торг, оформление и непредвиденные расходы.

— Двадцать тысяч, — ответил я.

— Ну, ради такой мелочи лишний раз в сейфовую комнату идти нелогично, — добродушно буркнул Степан, доставая из внутреннего кармана пухлый кожаный бумажник, чтобы отсчитать мне двадцать тысяч рублей.

— Долларов, — уточнил я.

Степан замер. Рука с раскрытым бумажником так и повисла в воздухе. Глаза у нашего безопасника округлились, и он уставился на меня, как на умалишенного.

— Долларов⁈ — сиплым шепотом переспросил он, инстинктивно оглядываясь по сторонам. — Маньков, ты часом не рехнулся? Ты же сам распинался, что это наш неприкосновенный запас! Наш стратегический резерв на случай атомной войны, дефолта и полного краха экономики! А теперь что? Сначала типографским отсыпал, теперь двадцать косарей зеленью разом выдернуть хочешь⁈ Ты же этот резерв такими бешеными темпами за месяц до дна вычерпаешь!

— Это в дело, Степа. Всё в дело, — успокаивающе произнес я, слегка покривив душой, но стараясь звучать максимально убедительно. — Исключительно коммерческая необходимость.

Степан тяжело вздохнул, убрал бумажник обратно в карман и, укоризненно покачав головой, пошел за ключами от сейфа.

А свою слегка кольнувшую совесть я быстро успокоил аргументом — это ведь и правда, в каком-то смысле, прямая инвестиция в бизнес. В девяностые имидж решает всё. Если я буду приезжать на стрелки и деловые переговоры к серьезным клиентам на роскошной черной «Чайке», мой статус взлетит до небес. Встречают-то по одежке и по машине. Солидный автомобиль — это доверие. А доверие — это новые выгодные контракты. Так что всё абсолютно логично, никакого транжирства.

Мы спустились вниз, и Степан, лязгнув замками, открыл тяжелую дверцу сейфа. Вытащил оттуда две тугие пачки зеленых купюр и молча протянул мне. Тяжело вздохнул, глядя, как я небрежно убираю их во внутренний карман пиджака.

— Не волнуйся, — я весело ему подмигнул. — Еще заработаем!

В принципе, в этом я был уверен на все сто. Времена сейчас стояли такие, что тот, кто не поленился лишний раз пошевелить мозгами и нагнуться за деньгами, всегда будет обеспечен. Наши дела шли в гору, денежный поток ширился, поэтому настал момент немного побаловать себя и реализовать старую мечту.

К себе в кабинет я возвращался, буквально паря на крыльях. Вот-вот — и с лихвой окупятся все мои тяжкие труды и нервотрепки! Насвистывая какую-то веселую, прилипчивую мелодию, я распахнул дверь.

Люда уже успела вернуться с экскурсии и сидела за своим столом. Рядом с ней стояла Анна Леопольдовна. Я уже открыл было рот, чтобы отпустить в адрес старушки очередную колкую шуточку, но слова так и застряли в горле.

Я увидел лицо Люды. Оно было абсолютно белым.

— Олег! — голос девушки дрогнул. — Срочно позвони домой! Даша звонила, очень просила.

— Что-то случилось⁈ — эйфория от пачек долларов во внутреннем кармане испарилась в ту же секунду.

— Не знаю, — Люда растерянно покачала головой.

Я рывком бросился к столу. Схватил трубку, начал лихорадочно крутить диск, сбиваясь и путаясь пальцами в отверстиях. Длинные гудки. Никто не берет! Да что ж такое! Что могло случиться в середине дня? Мама? Или неугомонная Маша опять что-то отчебучила?

Паника начала волной подниматься от живота к горлу. Я уже почти отчаялся и хотел сбросить вызов, чтобы перенабрать снова, как на том конце щелкнуло.

— Алло⁈ — рявкнул я в трубку.

В динамике раздался голос Даши — сдавленный, прерывистый:

— Олег! Срочно домой езжай!

— Что случилось⁈

— Мама… — сквозь неконтролируемые рыдания выдавила сестра. — Маме плохо… очень…

Глава 6

Я совершенно не помню, как ноги донесли меня до дежурки «Рубежа». Кажется, я летел по лестнице, перепрыгивая через три ступеньки разом, и с размаху распахнул тяжелую дверь.

Степан, сидевший за столом, вскинул голову. Увидев, как я влетаю в кабинет, он хмыкнул:

— Что, опять деньги понадобились⁈

— Степа, мне домой надо! — выдохнул я, едва справляясь с дыханием. Сердце колотилось где-то в горле. — Срочно! Выручай!

Усмешка мгновенно слетела с его лица.

— Что? Что стряслось⁈

— Маме плохо!

Степан подорвался из-за стола так резко, что стул с грохотом отлетел к стене. На ходу срывая с вешалки куртку и накидывая ее на плечи, он бросил:

— Бегом за мной!

Как мы бежали к стоянке, как ехали — всё это отпечаталось в памяти какими-то рваными, смазанными кусками. Взвизгнули покрышки, Степан безжалостно вдавил педаль газа в пол, и машина сорвалась с места, игнорируя весенние ямы и все мыслимые правила дорожного движения. Лицо у Степы было каменным, взгляд прикован к дороге, а руки намертво вцепились в руль. Он не задавал лишних вопросов, просто выжимал из мотора Волги всё, на что тот был способен.

А у меня в голове, под аккомпанемент ревущего двигателя, бешено билась только одна мысль. Проклятый пещерный век! Чертов девяносто второй год! В своем времени я бы уже сто раз перезвонил сестре по сотовому, выяснил все симптомы, сам бы параллельно вызвал реанимацию, дал бы инструкции, что делать до