Путешественник - Е. Юань

class="p">«Тьфу! Я же в самом начале тебе то же самое талдычил, какого дьявола ты тогда мне не поверил⁈» Эмлин вскинул голову, смерил взглядом поистине исполинскую тушу священника и благоразумно, безмолвно уткнулся обратно в подсвечник.

Покончив с церковной каторгой, юноша сбросил рясу, облачился в привычный щегольской костюм, водрузил на голову спасающий от солнечных лучей шелковый цилиндр и неспешным шагом вышел на улицу Роз.

Воровато, исподволь оглядевшись по сторонам, он не нащупал ни единого признака слежки.

«А тот тип из „Красных перчаток“, Леонард, и впрямь испарился без следа… Я-то грешным делом думал, что стоило мне вытащить его тайну на свет божий и выкупить перчатку „Огниво“, как он мертвой хваткой вцепится в меня и начнет рыть землю носом…» — Эмлин Уайт едва заметно покачал головой, разрываясь от искреннего недоумения.

На первых порах он всерьез подумывал взять на вооружение теорию господина «Повешенного»: натравить ищеек из «Красных перчаток» на верхушку собственного рода, дабы те спутали старейшинам все карты слежки. А самому тем временем отсиживаться под надежным крылом Церкви Матери-Земли и ее избранника, отца Утравски, выстроив тем самым безупречный, железобетонный баланс.

Увы, реальность вдребезги разбила его хитроумные замыслы. Леонард Митчелл, судя по всему, пулей вылетел из Баклунда почти сразу после их сделки.

В конце февраля Эмлин, выбравшись по делам, специально сделал крюк и заглянул на улицу Пинстер, к дому номер семь. Особняк встретил его глухой пустотой — жильцы давно съехали.

Выбросив эту загадку из головы, вампир дошагал до конца улицы, нанял экипаж и покатил прямиком к роскошной вилле семьи Одра.

Ведомый вышколенным лакеем, Эмлин переступил порог просторного кабинета на первом этаже. Его взору предстала стайка совсем еще юных, едва достигших совершеннолетия сородичей. Затесался среди них даже один новоиспеченный барон.

«Выходит, аудиенция не приватная?» — пронеслось в голове юноши. Замерев у плотно закрытой двери, он обратился к хозяину дома, Касими Одра:

— Господин барон, разве лорд Нибайс не желал видеть меня лично?

Титул «господин барон» слетел с его губ настолько буднично и ровно, словно он просто окликнул старого приятеля по имени. Как-никак, Эмлин нынче и сам носил баронский титул, просто пока не успел раструбить об этом на каждом углу.

Касими, в чьем облике сквозила утонченная элегантность зрелого джентльмена, лишь мягко улыбнулся:

— Все вы — цвет нашего молодого поколения. Мой дед поручил мне подвергнуть вас небольшому испытанию.

— И что же это за испытание? — подал голос Рус Батори, тот самый везунчик-барон, удачно отхвативший богатое наследство.

Касими пригубил из бокала густую, щедро сдобренную вином темно-багровую кровь. Окинув молодежь долгим взглядом, он произнес:

— Полагаю, до вас еще не дошли слухи, но тот самый «Змей Судьбы» из Школы Жизни бесследно исчез уже довольно давно.

Пока Эмлин Уайт и остальные вампиры растерянно переглядывались, силясь переварить эту ошеломляющую новость, Касими невозмутимо продолжил:

— Но, смею надеяться, вы кристально ясно осознаете всю шаткость их Школы Жизни. Это ложа, сшитая белыми нитками. На заре Пятой Эпохи, спасаясь от чудовищного гнета семи великих Церквей, они сколотили отчаянный альянс. Под одной крышей оказались те, кто фанатично верит в рок, мня себя возвышенными, хладнокровными мыслителями, и те, кто истово бьет поклоны Первозданной Луне, жадно копаясь в самой сути плоти и духовности.

— Лишь благодаря железной хватке этого самого «Змея Судьбы» их котел до сих пор не взорвался. Поклонение Первозданной Луне они загнали в жесткие рамки банального символизма. А через древнюю систему наставничества и бартер рецептами фракции мало-помалу, со скрипом, но всё же притирались друг к другу.

— Увы, — Касими издал тихий смешок, — стоило «Змею Судьбы» испариться, как весь этот хрупкий мир рухнул. Адепты Первозданной Луны мгновенно слетели с катушек, ударившись в слепой фанатизм. В их рядах вспыхнул кровавый раскол, и они вцепились в глотки тем, кто идет по Пути судьбы.

— Эту междоусобицу виртуозно обернула в свою пользу Школа Розы, нанеся им поистине сокрушительный урон.

Заметив, что Эмлин Уайт, Рус Батори и прочие юнцы всё еще плавают в тумане недоумения, Касими, покончив с историческим экскурсом, наконец-то перешел к самой сути:

— Фанатики Первозданной Луны — наши заклятые, извечные враги. Эти ублюдки денно и нощно рыщут по нашим следам, пуская нас на ингредиенты для своих богомерзких эликсиров и выкачивая из нашей крови силу!

— И сейчас мы попросту не вправе упустить столь роскошный шанс.

— У меня в руках список. В нем — подробные досье на парочку таких прихвостней Первозданной Луны. Тот из вас, кто сумеет взять их след и пустить в расход, выйдет из этого испытания триумфатором. Уж поверьте, ни мой дед, ни многоуважаемые старейшины на щедрую награду не поскупятся.

— Если же куш придется делить, победителя определим по числу отрубленных голов.

— Разумеется, мишени отобраны с ювелирной точностью — вам они вполне по зубам. Дичь покрупнее уже взяли на мушку наши старейшины.

Вслушиваясь в эту пламенную тираду, Эмлин Уайт, пусть и питал к этим жалким «искусственным» кровососам жгучее, первобытное презрение, совершенно не горел желанием марать руки. В его глазах подобная кровавая суета выглядела донельзя утомительной, муторной и грязной затеей. Уж куда приятнее было бы преспокойно отсиживаться дома, ведя неспешные светские беседы со своими любимыми куклами.

Но стоило ему осознать, что всё это превращается в негласное состязание, и уловить устремленные на него выжидающие взгляды Руса Батори и прочих сородичей, как Эмлин рывком выпрямил спину. Горделиво вздернув подбородок, он отчеканил:

— Не вижу никаких проблем.

Его алые глаза неспешно, с ледяным высокомерием обвели остальных существ в кабинете.

…………

Просторная каюта с отдельной уборной на борту «Будущего».

Клейн застыл у окна. Любуясь безостановочно вздымающейся лазурной гладью океана, он в превосходном расположении духа вдыхал пронизывающий, колючий северный ветер.

Этот флагман «Адмирала Звезд» уже давно оставил позади остальную армаду, пустившись в одиночное плавание.

Одному богу известно, сколько минуло времени, когда прямо по курсу вынырнули два китобойных судна. Едва завидев гордо реющий на мачте «Будущего» стяг со звездами и оком, они мигом засуетились, словно растревоженный муравейник.

Китобои проворно перекроили строй, развернувшись бортами к надвигающемуся левиафану и ощетинившись в боевой готовности рядами артиллерийских орудий.

Синхронно с пушками в их сторону развернулись и гарпунные орудия, метающие снаряды с помощью пороха. Рослые, светловолосые рыбаки с архипелага Гаргас — кто с ружьями, кто с острогами наперевес — рассыпались по палубе: кто стоя, кто присев на корточки. Вся команда замерла в пугающем, напряженном