Красный священник - Е. Юань

громоздкий скарб был абсолютно непрактичным и банально неподъемным.

Что же касалось прочих фресок, они являли собой лишь зарисовки главной картины с разных ракурсов. Сплетаясь воедино, они безупречно выстраивали полноценную, объемную сцену.

Покончив с обыском, Деррик вкупе с остальными соратниками вновь собрались вместе. Тенью следуя за Вождем, они подошли к выходу в дальней части чертога.

Там возвышалась сплошная, не двустворчатая дверь пепельно-сизого оттенка.

Колин Илиад какое-то время с параноидальной скрупулезностью сверлил взглядом эту десятиметровую преграду, после чего наконец глухо проронил:

— За створками затаилась весьма могущественная стража.

Глава 1119

Безупречное взаимодействие

Услышав слова Вождя, «Пастырь» Ловия немедля задала свой вопрос:

— Как и те два «Серебряных Рыцаря» у парадных врат Двора, этот страж не станет атаковать цели за пределами своей зоны?

Колин Илиад едва заметно кивнул:

— По крайней мере, пока всё выглядит именно так.

Они уже подобрались вплотную к выходу, но страж за дверями не выказывал ни малейшей реакции.

Это красноречиво вопило о том, что противник напрочь лишен подлинного разума и духовности, являясь, скорее всего, лишь неким оживленным предметом.

Не дав остальным следопытам и рта раскрыть, «Охотник на Демонов» Колин продолжил:

— Исполинский, невероятно тяжелый…

Получив эти разведданные, отряд Города Серебра с полуслова разбился на группы. Первая команда отступила подальше от выхода, но при этом встала точно напротив створок; под надежной опекой старейшины-«Пастыря» Ловии им отводилась роль наживки, чтобы выманить стража. Вторая же команда, приняв из рук Вождя освященное масло, сноровисто щедро смазала им каменные плиты у самого порога. Хайм, сжимающий «Неомраченный крест», вкупе с «Охотником на Демонов» Колином заняли позиции по обе стороны входа, надежно укрывшись за массивными колоннами.

Затем Колин Илиад плавным движением вернул один из прямых мечей за спину. Выудив крошечный металлический флакон, старец залпом, в пару глотков, осушил его содержимое.

Его аура вмиг потускнела, став практически неосязаемой. Если не вглядываться в упор, заметить его присутствие было попросту немыслимо.

Это был еще один слой их виртуозной засады: Хайм оставался на свету, а «Охотник на Демонов» таился во мраке.

Выждав еще с десяток томительных секунд, «Пастырь» Ловия выбросила вперед правую руку, сделав хищный, хватательный жест в пустоте.

В эту самую долю секунды её серебристо-серые локоны налились глубокой, океанской синевой.

Под сводами взвыл яростный ураганный ветер, и монументальные сизо-голубые створки с оглушительным лязгом распахнулись настежь.

Вслед за этим раскатился тяжелый, гулкий перестук шагов — бам! бам! бам! Поступь была настолько сокрушительной, что весь чертог ощутимо содрогнулся.

Исполинский «гигант», с ног до головы закованный в доспехи стального цвета и сжимающий в руках длинную алебарду, хищным рывком ворвался в зал.

В его неприкрытой броней плоти не угадывалось ни малейшего намека на живую ткань — казалось, тварь целиком отлита из металла. А в прорезях непроницаемо-черного забрала угрожающе полыхали сгустки багрового света.

Замри этот монстр на месте, он ни на йоту не отличался бы от заурядного изваяния.

Бам! Бам! Бам!

Дрожь под ногами стала пугающе явной. Исполинская статуя с пугающей скоростью метнула свою алебарду прямо в Деррика и остальных, стоявших напротив врат. Оружие со свистом рассекло воздух, подняв за собой настоящий ураган.

Бум!

Алебарда с сокрушительным грохотом впечаталась в незримый барьер, пустив по воздуху расходящиеся иллюзорные волны.

Невесть когда перед «Пастырем» Ловией соткался призрачный, закованный в серебряные латы силуэт. Фантомный рыцарь с силой вогнал свой исполинский двуручный меч прямо в щель между каменными плитами пола.

Бам! Бам! Бам!

Гигантская статуя, даже не сбавив шага, ворвалась в чертог.

И в этот самый миг из-под её ног раздался скользящий звук, и колоссальная туша резко завалилась назад.

Тварь наступила прямиком на щедро смазанные святым маслом плиты.

В ту самую секунду, когда статуя начала заваливаться, багровое сияние в её глазах ослепительно вспыхнуло. Незримая мощь окутала исполина, силясь удержать его от падения.

Внезапно из «Неомраченного креста» вырвался обжигающий, ослепительно-белый луч света. Он с ювелирной точностью впечатался прямо в пылающий циклопический глаз статуи.

Кричащий багрянец вмиг потускнел.

«Охотник на Демонов» Колин пружинисто взмыл в воздух. Намертво перехватив прямой клинок обеими руками обратным хватом, он, подобно пикирующему на добычу ястребу, с сокрушительной силой обрушился вниз.

Мириады искр утренней зари вспыхнули вокруг, стремительно сливаясь с клинком. Оружие гротескно раздулось в размерах, на голову превзойдя рост самого Колина Илиада.

С глухим, влажным хрустом этот сотканный из чистого света исполинский меч вонзился в щель забрала статуи, пронзив её единственный глаз насквозь.

Ревущий океан рассветного сияния бурлящим потоком хлынул в недра монстра.

Колин Илиад с неимоверным усилием вдавил рукоять еще глубже. В то самое мгновение, когда статуя с оглушительным грохотом рухнула оземь, старец резким рывком высвободил клинок и отскочил в сторону.

Гигантская статуя так и осталась лежать на пороге. Из её нутра донеслась целая череда треска и разрывов, после чего тварь окончательно замерла, напрочь лишившись малейших признаков «жизни».

«Охотник на Демонов» Колин даже не удостоил поверженного врага взглядом. Повернувшись к распахнутым вратам и выждав пару секунд, он изрек:

— Других стражей поблизости пока не видать. Можете приступать к разделке статуи.

Деррик вкупе с остальными следопытами мигом обступили поверженного исполина, сноровисто, со знанием дела принявшись выуживать из его туши ценные материалы.

Парящий над серой мглой Клейн, безмолвно созерцавший весь этот спектакль от начала до конца, был искренне, до глубины души восхищен безупречной, отточенной слаженностью отряда Города Серебра.

Его цепкий взор уже успел подметить: статуя была выкована из одному богу известного металла, а поверх еще и несла на себе броню с пугающей, заоблачной защитой. В открытом бою эта махина могла играючи плевать на львиную долю атак. Завалить такого монстра было задачей архисложной.

Ко всему прочему, эта тварь напрочь была лишена «духовности». Иными словами, любые паранормальные таланты, бьющие по этому параметру — будь то «Манипуляция нитями духовного тела», «Гипноз», «Безумие» или «Кошмар» — отскакивали от неё как от стенки горох. Эта бестия являла собой самую настоящую ходячую цитадель, и сыщик всерьез заподозрил, что к её созданию приложила руку сама «Богиня Урожая».

Клейн мысленно примерил эту ситуацию на себя: окажись он на их месте, с наглухо заблокированным стержневым талантом «Мага причуд», ему бы не оставалось ничего иного, кроме как полагаться исключительно на арсенал двух своих марионеток. И как бы тогда развернулась эта сеча — одному богу известно.

Быть может, «Искажение» вкупе с «Хаосом» «Графа Грехопадения» и возымели бы должный, пробивной эффект. Вот только